Ссылка на архив

Коррекция и развития свойств внимания у детей младшего школьного возраста

В настоящее время перед школой стоит задача обучения младших школьников, развития их психических процессов, особую актуальность приобретает проблема умственного воспитания детей младшего школьного возраста. Один из центральных вопросов умственного воспитания – вопрос о развитии внимания.

Дети, начинающие обучаться в школе, чаще всего страдают от рассеянности или неразвитости своего внимания.

Одной из важнейших проблем в младшем школьном возрасте является развитие произвольного внимания. Но, к сожалению, в наше время встречаются такие случаи, что даже у учащихся второго класса до сих пор преобладает непроизвольное внимание, то есть дети привыкли заниматься тем, что им интересно и наиболее привлекательно для них. Хотя произвольное внимание должно быть сформировано еще в старшем дошкольном возрасте. Произвольное внимание и его свойства являются необходимыми факторами в образовательном процессе. От степени его развития зависит также развитие и формирование других когнитивных процессов, таких как память, мышление и различные интеллектуальные способности. Внимание всегда есть сосредоточенность, на чем-либо. В выделении одного объекта из массы других проявляется так называемая избирательность внимания: интерес к одному есть одновременное невнимание к другому. Внимание само по себе не является особым познавательным процессом. оно присуще любому познавательному процессу (восприятию, мышлению, памяти) и выступает как способность к организации этого процесса.

Развивать и совершенствовать внимание столь же важно, как и учить письму, счету, чтению. Внимание выражается в точном выполнении связанных с ним действий. Образы, получаемые при внимательном восприятии, отличаются ясностью и отчетливостью. При наличии внимания мыслительные процессы протекают быстрее и правильнее, движения выполняются более аккуратно и четко.

Восприятие, понимание и усвоение школьниками изучения на уроке учебного материала зависит от многих условий, среди которых особое значении имеет внимание. Как бы ни был прекрасно оснащен урок наглядными пособиями, как бы ни был он хорош по своему содержанию, учитель не достигнет соей цели – усвоения школьниками учебного материала, – если он не сможет обеспечить устойчивого внимания учащихся.

Воспитание внимания неразрывно связано с формированием личности школьника, с его отношением к предметному миру и людям, с формированием таких свойств, как организованность, дисциплинированность, выдержка и самообладание.

Одной из основных проблем в развитии произвольного внимания является трудность ребенка в адаптации к новой ведущей деятельности – учебной. У многих детей младшего школьного возраста преобладает игровая деятельность. Существенно-значимое влияние оказывает на развитие произвольного внимания у младшего школьника построение учителем учебного процесса на уроке. Разработка проблем детской психологии, и в частности развития внимания, осуществлялась отечественными учеными в русле основных направлений психологической науки. Глубокая теоретическая разработка коренных вопросов психологии и педагогики обусловила успехи в развитии детской психологии, в том числе в исследовании познавательных процессов детей.

Дидактическая игра является одним из инновационных методов обучения и развития детей младшего школьного возраста.

В результате исследований выдающихся отечественных психологов (Л.С. Выготского, С.Л. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина, П.Я. Гальперина.) были раскрыты особенности внимания младших школьников.

Наиболее эффективным инструментом развития внимания в младшем школьном возрасте является дидактическая игра. Дидактическая игра интересует ребенка, намного больше, чем скучное задание на уроке, игра привлекает интерес ребенка и тем самым становится толчком к развитию внимания.

Объектом нашего исследования выступает внимание детей младшего школьного возраста.

Предметом является развитие внимания младших школьников средствами дидактической игры.

В исследовании выдвигается следующая гипотеза – Если при проведении работы с детьми, по развитию внимания использовать дидактическую игру, это позволит обеспечить более эффективную работу с детьми, улучшит их внимание, и тем самым повысит обучаемость. А так же облегчит им процесс адаптации, процесс вхождения детей в учебную деятельность.

Цель данной работы: Рассмотреть особенности развитие внимания у детей младшего школьного возраста. Для реализации цели и подтверждения гипотезы исследования необходимо решить следующие задачи:

выявить особенности развития внимания младших школьников; определить условия формирования внимания;

показать эффективность влияния дидактической игры на развитие внимания.

В исследовании использовались следующие методы:

Наблюдение;

Беседа;

анализ теоретической, научной литературы по теме; экспериментальное изучение вопроса.

Корреляционный анализ.

Формирующий эксперимент в виде коррекционно-развивающей работы.


1. Основные свойства внимания и их проявление в младшем школьном возрасте

1.1 Научные взгляды на изучение внимания и его развитие

Внимание – очень важный психический процесс, который является условием успешного осуществления любой деятельности детей как внешней, так и внутренней, а его продуктом – ее качественное выполнение. (10. с. 250)

Проблемой изучения внимания в течение многих десятков лет занимались и занимаются известные зарубежные психологи и педагоги: Э. Титченер, Дж. Миль, И. Гербарт, Т. Рибо.

Среди отечественных ученых: С.Л. Рубинштейн, Н.Ф. Добрынин, Л.С. Выготский, П.Я. Гальперин, Л.Н. Леонтьев, Р.С. Немов, Г.А. Урунтаева, Н.Н. Ланге, Ю.В. Гиппенрейтер и многие другие.

Т. Рибо считал, что внимание независимо от того является оно ослабленным или усиленным, всегда связано с эмоциями и вызывается ими, т.е. между эмоциями и произвольным вниманием он усматривал особенно тесную зависимость. (32. с. 75)

В своих трудах отечественный психолог Н.Ф. Добрынин подчеркивает, что внимание – есть особый вид психической деятельности, выражающейся в выборе и поддержании тех или иных процессов этой деятельности. (11. с. 125)

По мнению С.Л. Рубинштейна, внимание – это избирательная направленность на тот или иной объект и сосредоточенность на нем, углубленность в направленную на объект познавательную деятельность. (31. с. 524)

Л.С. Выготский и Л.Н. Леонтьев указывали на существенное значение речи для внимания, т.к. при посредстве слова происходит указание предмета, на котором надо сосредоточиться.

Л.С. Выготский пытался проследить историю развития внимания. Он писал, что история внимания есть история развития организованности его поведения, что ключ к генетическому пониманию внимания следует искать не внутри, а вне личности ребенка. (5. с. 147)

П.Я. Гальперин определяет внимание как идеальное, свернутое и автоматизированное действие контроля, учение о внимании как функции контроля – составная часть теории поэтапного формирования умственных действий. (7. с. 110)

Н.Н. Ланге выделил следующие основные подходы к изучению внимания.

1. Внимание как результат двигательного приспособления. Приверженцы этого подхода исходят из того, что раз мы можем произвольно переносить внимание с одного предмета на другой, то внимание не возможно без мускульных движений. Именно движения приспосабливают органы чувств к условиям наилучшего восприятия.

2. Внимание как результат ограниченности объема сознания. Не объясняя, что они понимают под объемом сознания и какова его величина.

Внимание – это направленность на объект и сосредоточенность на нем так, что он становится отчетливым и выпуклым в поле сознания. Направленность отражает привлечение внимания, сосредоточенность – его поддержание, а результат свидетельствует о том, что внимание – обязательное условие результативности любой деятельности, будь то восприятие реальных предметов и явлений, выработка двигательного навыка или операции с числами, словами, образами, совершаемые в уме.

Внимание представляет собой психологический феномен в отношении, которого до настоящего времени среди психологов нет единого мнения. С одной стороны, в психологической литературе рассматривается вопрос о существовании внимания как самостоятельного психического явления. Некоторые авторы утверждают, что внимание не может рассматриваться как самостоятельное явление, поскольку оно в той или иной мере присутствует в любом другом психическом процессе. Другие наоборот, отстаивают самостоятельность внимания как психического процесса.

С другой стороны существуют разногласия в том, к какому классу психических явлений следует отнести внимание. Одни считают, что внимание – это познавательный психический процесс. Другие связывают внимание с волей и деятельностью человека, основываясь на том, что любая деятельность, в том числе и познавательная, невозможна без внимания, а само внимание требует проявления определенных волевых усилий.

Мы имеем множество определений внимания, ставшее более или менее устойчивыми и общепризнанными. Тем не менее, их разноречивость чрезвычайно велика. Так, один из крупнейших представителей крупнейшей психологии Вильгельм Вундт определяет внимание как «фиксационную точку зрения», как наиболее ясное поле нашего сознания. (Вундт, c. 178–179). Эта ясность достигается путем перехода содержания из зоны перцепции, т.е. смутного, неотчетливого восприятия, в зону апперцепции, т.е. ясного и отчетливого сознания. Как видим, здесь подчеркивается лишь субъективный характер нашего переживания, его ясность и отчетливость, чего, конечно, недостаточно. С другой стороны, Вундт понимает апперцепцию как проявление особой «психической активности». Причинность, по мнению Вундта, в психологии совсем не похожа на причинную зависимость физических явлений. Закон эквивалентности причины и следствия, закон сохранения энергии, по мнению Вундта, не имеют никакого отношения к психической деятельности. В последней мы имеем процесс творческого синтеза, развитие из одной раз начавшейся мысли все большего и большего числа мыслей без всякого равенства с предыдущим. Он пишет: «Творческий синтез создает духовные ценности, физические энергии суть процессы природы, измеримые величиною механической работы. Оба принципа принадлежат к абсолютно различным областям воззрения на вещи». (Вундт, 1880–1881).

Другой представитель эмпирической психологии более позднего периода, а именно американский психолог Э. Титченер, в противоположность Вундту, определяет внимание как свойство ощущения, как «сенсорную ясность». Эта сенсорная ясность, т.е. выступление того или другого ощущения с большей или меньшей силой, по мнению Титченера, есть одно из основных свойств ощущения, подобно таким свойствам, как качество, интенсивность и длительность. Он пишет: «Ясность – это качество, которое дает ощущению его особенное положение в сознании: более ясное ощущение господствует над другими, держится самостоятельно и выделяется среди них: менее ясное ощущение подчинено другим ощущениям и сливается с фоном сознания». (Э.Б. Титченер, 1914)

Титченер считает, что ясность ощущения обусловливается нервным предрасположением, тогда как качество ощущения обусловливается нервной дифференциацией. Хотя определение Титченера и является на первый взгляд прямой противоположностью вундовской теории, но в них есть общие черты. Титченер подчеркивает биологический характер внимания, он как будто отрицает активность личности вместо особого принципа апперцепции, введенного Вундтом, он пишет о ясности как о простом свойстве ощущения. Но это свойство выражает ведь преобладание ощущения в сознании, т.е. не внешнее, а внутреннее его качество, зависящее от субъекта, от «предрасположения» его нервной системы. Подчеркивание нервного момента в ясности, т.е. во внимании, является, конечно, ценным. Но объяснения этому «предположению» Титченер не дает. Он скорее описывает, чем объясняет явление. К тому же личность и ее активность как бы совсем исчезают. Поэтому описание Титченера имеет в значительной степени механический характер.

Также якобы биологический характер носит определение внимания у известного психолога Эббингауза. Он считает внимание выбором или отбором, получающимся в результате поддержки нервного возбуждения и торможения всех остальных. (Эббингауз, кн. 4, гл. 1,1911).

Такое объяснение могло бы быть принято, если бы были выяснены причины, отчего происходит поддержка этих возбуждений и торможение других.

Другой представитель, так называемой «эмпирической психологии» Георг Мюллер считал недостаточным понимание внимания как свободного протекания возбуждений и торможения всех прочих возбуждений. Он полагал, что раздражение идет обратно к периферии, к органу чувств, чем это периферическое раздражение поддерживается и усиливается. Таким образом, внимание является как бы «сенсорной поддержкой» ощущения. Внимание понимается Мюллером, следовательно, как какой-то добавочный механизм. Трудно пока утверждать что-нибудь вполне определенное об этой гипотезе. Но если даже мы имеем какое-то добавление или усилие к начальному ощущению, все же не оно составляет сущность внимания. Ведь это «сенсорное добавление» будет поддерживать уже отобранные впечатления, и, следовательно, вопрос снова, как и у Эббингауза, сводится к процессу отбора или выбора впечатлений.

Если мы обратимся к нашим советским психологам, то и здесь мы найдем самое разнообразное понимание и самую различную трактовку понятия внимания. Возьмем хотя бы для начала определение П.П. Блонского в его «Психологических очерках».

Подчеркнув, что выражение внимания и страха почти одинаково, что «внимание и страх – два слова, обозначающие один и тот же моторный симптомокомплекс», только страх более интенсивно выражен, что «страх, с этой точки зрения, есть максимальное выраженное внимание»; отметив затем все же, что страх есть эмоция, чувство, а во внимании элемент чувства отходит на задний план, П.П. Блонский определяет далее снимание, как «преобладание симпатических рефлексов над ваготоническими», как «максимальное бодрствование».

«Внимание есть преимущественно кортикальное явление». Из этого противоречия он пытается выйти путем признания того, что «внимание, вероятно, есть по своему существу в развитом виде – кортикальный процесс». Однако и это мало спасает данное определение, так как даже активное внимание Блонский понимает чрезвычайно биологически и механически. Так, по его мнению, «когда мы говорим об активном внимании, мы, собственно говоря, имеем в виду определяемость установки органов чувств мыслью» (Блонский, 1927, С 25).

Совсем другое определение внимания дает К.Н. Корнилов.

Он считает, что «объективно это обычно выражается в необходимом приспособлении тела для наилучшего восприятия объекта». Однако этим внимание не ограничивается, субъективно оно сводится, прежде всего, к выделению данного объекта из ряда других или, как называют иногда некоторые из психологов, к ограничению поля сознания и затем к интенсивному сосредоточению мыслей на данном объекте, для того же процесса. Нам кажется, что выбор выражается и в установке как проявления этого выбора, а вовсе не является только «субъективной стороной» внимания. Но и само понимание выбора, а с ним вместе и всего процесса внимания нам кажется недостаточным. К.Н. Корнилов пишет: «Вот эта-то психическая функция, которая заключается в выделении и сосредоточении нашего сознания на одном или нескольких объектах внешнего мира или наших представлениях, и называется вниманием». Выбором и сосредоточением нашего сознания на одном или нескольких объектах внешнего сознания на наших восприятиях, как нам кажется, наше внимание не ограничивается. Мы склонны считать, что внимание есть направленность всей нашей деятельности, а не только процесса восприятия. Определение К.Н. Корнилова представляется нам слишком статичным, неподвижным. Выбор объекта и остановка на нем понимается им как особый процесс, отдельный от всей прочей деятельности.

Понимание внимания как неподвижного статического выбора противоречит самому обычному употреблению этого слова. Поэтому вместо выбора мы склонны говорить о направленности нашей деятельности на данный отрезок времени, выбор, выражающийся в самой этой деятельности. Таким образом, внимание, по нашему мнению, не есть только выбор объекта нашего восприятия, а выбор всей нашей деятельности, но отнюдь не исчерпывает ее. С этой точки зрения внимание не является «субъективной» стороной «установки», как это можно понять из описания К.Н. Корнилова. Внимание именно и есть направленность и сосредоточение нашей психической деятельности. Поскольку же наше сознание никогда не бывает неподвижным, содержание нашей направленности все время несколько изменяется. Но эти изменения не должны быть столь большими, чтобы изменить общее русло протекания всей деятельности. Тогда мы говорим об устойчивом внимании. Когда же изменяется вся направленность, тогда мы говорим об изменении внимания.

Представим себе школьника, выполняющего домашнее задание по математике. Он целиком углублен в решение задачи, сосредоточен на ней, обдумывает ее условия, переходит от одного вычисления к другому. Характеризуя каждый из этих эпизодов, мы можем сказать, что он обращает внимание на те предметы, которые он выделяет из других. Во всех этих случаях можно говорить о том, что его психическая деятельность на что-то направлена или на чем-то сосредоточена. Эту направленность и сосредоточенность психической деятельности на чем-либо определенном Рогов называет вниманием. (18. с. 210)

В свою очередь под направленностью психической деятельности следует подразумевать ее избирательный характер, т.е. выделение из окружения значимых для субъекта конкретных предметов, явлений или выбор определенного рода психической деятельности. В понятие направленности включается также и сохранение деятельности на определенный промежуток времени. Недостаточно только выбрать ту или иную деятельность, чтобы быть внимательным, – надо удержать этот выбор, сохранить его.

Другой характеристикой внимания является сосредоточенность. набольшая или наименьшая углубленность в деятельность. Очевидно, что чем сложнее задача, тем большей должна быть интенсивность и напряженность внимания, т.е. требуется большая углубленность. С другой стороны сосредоточенность связана с отвлечением от всего постороннего.

Направленность и сосредоточенность тесно связаны между собой. Одно не может существовать без другого. Когда человек направляет на что-либо свое внимание, то одновременно с этим он сосредотачивается на этом. И наоборот, когда человек сосредотачивается на чем-либо, то он направляет на это свою психическую деятельность. Но, несмотря на тесную связь между ними, эти понятия не являются тождественными. Направленность связана с переходом от одного занятия к другому, а сосредоточение – с углубленностью в занятие. (18. с. 207)

Внимание обеспечивает четкость и ясность сознания, осознание смысла психической деятельности в тот или иной момент времени. Маклаков А.Г. указывал на то, что внимание, как и любой психический процесс, связано с определенными физиологическими явлениями. В целом физиологическую основу выделения отдельных раздражителей и течения процессов в определенном направлении составляет возбуждение одних нервных центров и торможение других. Воздействующий на человека раздражитель вызывает активизацию мозга. Активизация мозга осуществляется, прежде всего, ретикулярной формацией. Раздражение восходящей части ретикулярной формации вызывает появление быстрых электрических колебаний в коре головного мозга, повышает подвижность нервных процессов, снижает пороги чувствительности.

Среди «пусковых» механизмов ретикулярной формации следует отметить ориентировочный рефлекс. Он представляет собой врожденную реакцию организма на всякое изменение окружающей среда у людей и животных. Однако внимание не может быть объяснено лишь одним ориентировочным рефлексом. Физиологические механизмы внимания более сложны. В психологической литературе обычно рассматривают две основные группы механизмов, осуществляющих фильтрацию раздражителей: периферические и центральные.

К периферическим механизмам можно отнести настройку органов чувств. Прислушиваясь к слабому звуку, человек поворачивает голову в сторону звука, и одновременно соответствующая мышца натягивает барабанную перепонку, повышая ее чувствительность. При очень сильном звуке натяжение барабанной перепонки ослабевает, что ухудшает передачу колебаний во внутреннее ухо. Остановка или задержка дыхания в момент наивысшего внимания также способствует обострению слуха. (18. с. 208)

Среди современных отечественных психологов оригинальную трактовку внимания предложил П.Я. Гальперин. Основные положения его концепции можно свести к следующим понятиям:

– внимание является одним из моментов ориентировочно-исследовательской деятельности и представляет собой психологическое действие, направленное на содержание образа, мысли, другого феномена, имеющегося в данный момент в психике человека;

– по своей функции внимание представляет контроль над этим содержанием. В каждом действии человека есть ориентировочная, исполнительская и контрольная части. Эта и последняя и представлена вниманием как таковым;

– в отличие от действий, направленных на производство определенного продукта, деятельность контроля, или внимание, не имеет отдельного, особого результата;

– с точки зрения внимания как деятельности психического контроля все конкретные акты внимания – и произвольного и непроизвольного – являются результатом формирования новых умственных действий. (Гальперин П.Я.С. 167–174)

Вполне очевидно, что указанные теории опираются на реальные факты, однако, абсолютизируя выделенные феномены, они игнорируют все остальные проявления. Правильно понять феномен внимания можно лишь в совокупности всех его свойств. В настоящее время, общепринято следующее определение.

Внимание – это направленность и сосредоточенность сознания на каком-либо реальном или идеальном объекте, предполагающие повышение уровня сенсорной, интеллектуальной или двигательной активности индивида.

По мнению Д.Е. Бродбента, внимание – это фильтр, отбирающий информацию именно на вдохах, т.е. на периферии. Он установил, что если человеку подавали разную информацию одновременно в оба уха, но согласно инструкции, он должен был ее воспринимать лишь левым, то подававшаяся при этом в правое ухо информация полностью игнорировалась. В дальнейшем было установлено, что периферические механизмы отбирают информацию по физическим характеристикам. У. Нейсер назвал эти механизмы предвниманием, связывая их с относительно грубой обработкой информации (выделение фигуры из фона, слежение за внезапными изменениями во внешнем поле).

Центральные механизмы внимания связаны с возбуждением одних нервных центров и торможением других. Именно на этом уровне происходит выделение внешних воздействий, что связано с силой вызванного или нервного возбуждения. В свою очередь, сила нервного возбуждения зависит от силы внешнего раздражения. Более сильное возбуждение подавляет возникающее одновременно с ним слабое возбуждение и определяет течение психической деятельности в соответствующем направлении. Однако возможно слияние двух или нескольких одновременно воздействующих раздражителей, усиливающих друг друга. Этот вид взаимодействия раздражителей также является одной из основ выделения внешних воздействий и течения процессов в определенном направлении. (7. с. 96)

Говоря о физиологических основах внимания, нельзя не сказать еще о двух очень важных явлениях: об иррадиации нервных процессов и доминанте. Закон индукции нервных процессов, установленный Ч. Шеррингтоном и широко использованный И.П. Павловым, в определенной степени объясняет динамику физиологических процессов, обеспечивающих внимание. Согласно этому закону возбуждение, возникающее в одной области коры головного мозга, вызывает торможение в других ее областях (так называемая одновременная индукция) или сменяется торможением в данном участке мозга (последовательная индукция).

Согласно принципу доминанта, выдвинутому А.А. Ухтомским в мозге всегда имеется временно господствующий очаг возбуждения, обуславливающий работу нервных центров в данный момент и придающий тем самым поведению человека определенную направленность. Благодаря особенностям доминанты происходит суммирование и накапливание импульсов, поступающих в нервную систему, с одновременным подавлениям активности других центров, за счет чего возбуждение еще больше усиливается. Благодаря этим свойствам доминанта является устойчивым очагом возбуждения, что, в свою очередь, позволяет объяснить нервный механизм поддержания интенсивности внимания. (Ухтомский, с. 135)

Виды внимания

Смотря по тому, какой характер имеет господствующее впечатление, можно различать чувственное и интеллектуальное внимание, далее непосредственное и посредственное внимание. При чувственном внимании в центре сознания находится какое-нибудь чувственное впечатление, например цвет, запах, звук и т.п., в интеллектуальном – какое-нибудь отвлеченное представление или мысль.

При непосредственном внимании роль впечатления в сознании определяется его особенностями, например, силой впечатления (громкий звук, яркий блеск); посредственным же вниманием называют те случаи, когда господствующая роль зависит не оттого, что в нем содержится, но то того смысла или значения, которое оно для нас имеет: тихо, шепотом произнесенное слово может по своему смыслу поразить нас, сделать совсем нечувствительными к посторонним, хотя и громким звукам.

Это внимание тесно связано с так называемой апперцепцией. Первоначальными формами внимания надо считать внимание чувственное и непосредственное, интеллектуальное же и посредственное развиваются позднее, то же, конечно было и в общей теории эволюции человечества. Умственное развитие в значительной степени состоит именно во все большем развитии этих последних форм внимания.

При интеллектуальном внимании перцепция само собой должна существовать как объект мысли, ибо в этом случае объектом служит простая идея, воспроизведенное представление или концепт. Следовательно, доказав существование преперцепции при чувственном внимании, мы докажем, что она налицо во всех извне и какой элемент восприятия проникает в наше сознание извне и какой изнутри, но если мы найдем, что приготовление к напряжению внимания всегда состоит отчасти из творческого пополнения данного объекта психическими продуктами воображения, то этим уже будет доказано то, что требуется.

Появление образа в уме и есть внимание: преперцепция (предварение восприятия) есть половина перцепции (восприятия) искомого объекта.

Именно по этой причине у людей открыты глаза лишь на те стороны в воспринимаемых впечатлениях, которые они ранее приучились различать. Любой из нас может заметить известное явление после того, как на него нам было кем-нибудь указано, но то же явление без помощи постороннего указания не сумеет открыть и один человек на десять тысяч.

В общем, мы обыкновенно видим лишь те объекты, которые были указаны нам другими под известным ярлыком, а ярлык этот запечатлелся в нашем уме. Потеряв накопленный нами запас, мы почувствовали бы себя в окружающем мире лишенными всякой умственной опоры. (Джемс, 1905).

Рефлективное внимание.

Рефлективным вниманием мы называем все те движения, служащие для лучшего восприятия раздражений, которые возникают как рефлексы от ощущения этих раздражений. Акт внимания состоит здесь, следовательно, только из некоторого ощущения, рефлективного движения, приспособляющего орган внешнего чувства к наилучшему восприятию этого ощущения, и из нового усиленного ощущения, являющегося прямым и непосредственным следствием адаптации. Никакой эмоциональной окраски эта форма внимания не имеет; равным образом, она происходит помимо всякого волевого решения, так сказать, механически. В области зрения сюда принадлежат: рефлекс аккомодации хрусталика к ближайшим расстояниям, далее рефлексы зрачка, особенно же рефлекторное сведение осей зрения и пассивное направление взгляда, а также движения головы, перемещающие глаза. Хотя не все эти движения в равной степени прирожденны, но иные являются только в течение первого времени жизни, и хотя одни из них в большей степени, а другие – в меньшей способны стать волевыми. Но для нас важно здесь лишь то, что эти движения, во всяком случае, первоначально рефлективные и вместе с тем улучшают условия зрительных восприятий, т.е. суть акты рефлективного внимания, как мы его определили выше.

Рефлекторный поворот головы к источнику звука есть, по всей вероятности, рефлекс полукружных каналов уха. Согласно исследованиям Прейер, Арнгейма и Шеффера полукружные каналы имеют функцию (не восприятие пассивных движений, но) определение направленного звука, а с другой стороны, раздражение этих каналов, как известно, вызывает поворот обусловлен субъективными слуховыми ощущениями, возникающими при таком раздражении полукружных каналов.

Внимание инстинктивное

Инстинктивное движение отличается от рефлексов главным образом тем, что между ощущением и движением вставляется особое психическое состояние, которое мы называем инстинктивными эмоциями или влечениями. Физиология и психология этих состояний мало изучено и представляют лишь ряд более или менее правдоподобных гипотез. Но как бы ни было, несомненно, что эти своеобразные инстинктивные эмоции порождают ряд весьма сложных действий или движений, целесообразных как для индивидуума, так для сохранения рода, исполняемых без предварительного обучения и без сознания о цели и являющихся унаследованными навыками. Сюда принадлежит огромное число человеческих действий, определяемых инстинктами подражательности, борьбы, воинственности, страха, игры, общительности, стыдливости, любви и целого ряда других.

Среди прочих инстинктов важное место занимает инстинкт внимания. Этим именем мы называем те приспособления к наилучшему восприятию, которые вызываются инстинктивными эмоциями любопытства и удивления. Здесь, как и в других инстинктах, некоторое впечатление возбуждает своеобразную эмоцию, а эмоция имеет следствием ряд целесообразных приспособлений (в данном случае к наилучшему познанию), причем это приспособление совершается без сознания о цели. Насколько глубок этот инстинкт внимания, видно как из распространенности, так и из результатов. Относительно последних, достаточно заметить, что этот инстинкт лежит в основе всякой любознательности, всякой науки; удивлением началась философия, говорит Аристотель. Относительно распространенности укажем, во-первых, что как замечает Прейер, изумление (и инстинктивный страх) есть, одна из первичных эмоций младенца проявляется (в широко раскрытых неподвижных глазах и раскрытом рте при новых впечатлениях) уже на пятом месяце.

Что касается, во-вторых, животных, то Роменс относит начало удивления (как и инстинкт страха) к первоначальнейшим эмоциям и именно находит его уже у моллюсков, более же развитую форму – начиная с насекомых и пауков; в стремлении рыб (и насекомых) к свету он видит тот же инстинкт; любопытство птиц общеизвестно, а относительно обезьян Дарвин подтверждает наблюдение Брема, что обезьяны хотя и боятся ужей, но их любопытство так велико, что они не могут удержаться от искушения приподнимать крышку ящика, где находятся ужи. Таким образом, было проведено учение Дарвина о внимании у животных.

Далее, к числу внешних же знаков инстинктивного внимания должно отнести неподвижность животного, пораженного изумлением, и тот моментальный паралич, который охватывает часть его уменьшения в других или, может быть, следствия прямого угнетения их деятельности. Эти внешние признаки инстинктивного внимания имеют, однако, значение и в смысле улучшения условий восприятия: неподвижность помогает лучше уловить каждую перемену в объекте, возбудившем удивление, а открытый рот облегчает дыхание, становящееся весьма бурным и глубоким (в связи с усиленным движением сердца), когда существо поражено изумлением, и, таким образом, допускает лучшее прислушивание. Сюда же должно отнести весьма характерный знак инстинктивного внимания, именно задержанное дыхание; французы метко называют человека, неспособного к продолжительному вниманию, неспособным к делу, требующему длинного дыхания; эта остановка в дыхании имеет, вероятно, целью облегчить прислушивание.

До сих пор шла речь о внешних приспособлениях инстинктивного внимания. Теперь необходимо сказать и о внутренних приспособлениях, так сказать, внутреннего или собственно психического характера, имеющих очевидно, не меньшее, если не большее значение. Как в основе других инстинктов, так и в основе инстинктивного внимания лежит некоторое своеобразное влечение, и именно влечение любопытства. Такое удовлетворение может доставить только познание любопытного предмета. В предыдущем мы уже видели целый ряд инстинктивных движений, имеющих целью доставить животному это, удовлетворяющее его влечение знание. Но влечение любопытства может быть удовлетворено и иначе, именно тем, что странный или изумительный предмет будет признан за уже знакомый, прежний. В искании удовлетворения и состоит психическая сторона инстинктивного внимания.

В этом отношении инстинкт любопытства побуждает нас искать объяснения странного предмета Х, т.е. искать в нашем предыдущем опыте представлений ему подобных, ассимилировавшись с которыми он перестанет быть странным и явится знакомым. Совершенно очевидно, что если удивление возбуждается новизной, то ассимиляция этого нового со старым может служить достаточным удовлетворением этому инстинктивному влечению.

Итак, процесс психического приспособления в инстинктивном внимании имеет началом эмоцию удивления, возбуждаемую новым или странным явлением, концом же – объяснение этой странности через известный уже опыт, ассимиляцию нового представления старыми. Это процесс открытия старого в новом, нахождение между ними сходства, т.е. тот же процесс объяснения, который составляет психологическую природу научного открытия и исследования. Каким образом происходит здесь связь между новым ощущением и прежними идеями, каким образом эти последствия инкорпорируют и ассимилируют первое – это есть один из вопросов общей теории ассоциации психических состояний, и мы не будем входить в его изложение, тем более, что все эти вопросы будут рассмотрены нами в другом месте. Гораздо необходимее было бы здесь уяснить, каким образом эмоция удивления может способствовать ускоренному течению представлений, из которых одно, наконец, объяснит данное странное ощущение. Но, к сожалению, физиология и психология эмоций еще составляют столь мало обработанную тему, что точного ответа на поставленный вопрос мы дать не можем. Для нас ясен только результат этого процесса, именно, что указанная эмоция способствует ускоренной смене разнообразных догадок. Т.е. идей, имеющих с данным странным восприятием некоторую связь, что, далее, все догадки, не разъясняющие непонятного восприятия, моментально оставляются, ибо удивление оказывается сохранившимся, и что этот подбор под давлением неприятного беспокойства продолжаются, пока разгадка не будет найдена.

Первичное внимание, представляет известную стадию развития, именно самую раннюю стадию развития внимания. Поэтому его недостаточно рассмотреть только со стороны определяющих физиологических факторов; необходимо рассмотреть ее также с биологической точки зрения. Всякая нервная будет сильно