ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ

· В нашем конспекте не ставится задача рассмотреть в деталях ту или иную национальную философию. Это соответствует тому, что в учебниках математики рассматривается не немецкая или французская математика, а математика как явление мировой культуры. Подобно математике, физике, кибернетике философия есть явление мировой культуры. Разумеется, это не отменяет тот факт, что всякая философия несет на себе печать национально-культурного своеобразия. Столь же неоспоримо, что для близкой нашему сердцу российской духовности если не во всех, то во многих отношениях смыслообразующую роль играет философия отечественных авторов: Чаадаева, Хомякова, Герцена, Чернышевского, Соловьева, Бердяева, Флоренского, Лосского, Лосева и многих других. Для философских воззрений этих авторов характерен большой разброс. Тем не менее, ниже мы попытаемся представить традиционную российскую философию как нечто целостное. Затем проведем конкретизацию основных черт философии, ориентирующейся на российские традиции, на примере философии В. С. Соловьева, Н. А. Бердяева, А. Ф. Лосева. Соловьев чуть ли не единодушно признается самым выдающимся русским философом XIX.века, но ныне его идеи энергично возрождаются. Бердяев, пожалуй, наиболее известный из всех российских философов ХХ века, проживавших вне России. Лосев - крупнейшая философская фигура ХХ.века внутрироссийского масштаба. Итак, о характерных чертах традиционной российской философии.

· Для абсолютного большинства русских философов характерен идеал цельности, рассмотрение в единстве всех духовных сил человека - чувственных, рациональных, эстетических, нравственных, религиозных. Идеал цельности противопоставляется фрагментарности, расчлененности культуры индустриального общества.

· Но мир - это не просто целостность, а положительное единство (В. Соловьев). Чаще всего положительное единство понимается как приоритет религиозного опыта жизни. Философия сливается с религией, прежде всего с православием.

· Положительное единство понимается также как нравственность, оправдание абсолютного добра.

· Нравственность, понимаемая на уровне субъекта, приводит к этическому персонализму.

· Нравственность в общественном контексте приводит к принципу соборности. Соборность означает единство людей на основе их любви к Богу и следование строгой нравственности.

· Принцип соборности кладется в основу интерпретации политических и правовых воззрений.

· Принцип цельности в российской философии применительно к проблемам теории познания конкретизируется в сочетании чувственного, рационального и возвышенно-мистического.

· Часто основа познания понимается как интуиция, как постижение внешнего в его слиянии с внутренним, психическим.

· В вопросе об истинности отечественные философы часто стремятся соединить теоретический и нравственно-религиозный опыт. Истина сближается с праведностью, высокой духовностью.

· Космизм: идея мирового всеединства субъекта, человечества и физического космоса. По сути дела, концепция русского космизма является дальнейшей конкретизацией идеи всеединства, которая занимала умы и сердца Соловьева и Флоренского, Федорова и Циолковского, Вернадского и Чижевского. Русские космисты видят едва ли не основную задачу человека в "распространении совершенства" (Циолковский) по Вселенной. Эта идея поражает своей масштабностью, но для ее научного анализа все еще не достает данных.

· Ныне часто говорят и пишут о необходимости возрождения отечественной философской традиции. Безусловно, такого рода идеи заслуживают всяческой поддержки. Но возрождать отечественную философию на новом этапе российской действительности целесообразно не иначе как с использованием достижений современной мировой философии в целом.

 

· В.С.СОЛОВЬЕВ: "АБСОЛЮТНОЕ ОСУЩЕСТВЛЯЕТ БЛАГО ЧЕРЕЗ ИСТИНУ В КРАСОТЕ"

· В философии Владимира Сергеевича Соловьева основные черты русской философии представлены особенно рельефно. Соловьев недоволен позитивизмом, отвлеченными началами рационалистов, односторонностью эмпириков. Его влекут философские начала цельного знания, он оправдывает добро, развивает идеалы Богочеловечества.

· Но что же является абсолютно сущим, абсолютно единым? Для Соловьева очевидно, что на эту роль может претендовать только Бог. Сама полнота бытия требует, чтобы сущее было личностью - всеблагой, любящей, милостивой, волевой. Но это и есть Бог, который олицетворяет собой положительное всеединство. Философию Соловьева так и называют: философия положительного всеединства.

· Всякое многообразие скреплено божественным единством, мудростью Бога, Софией. София - это душа мира. Смысл бытия человека - достраивание Софии до органической целостности с абсолютом, с Богом. Такое восстановление может иметь место в процессе эволюции человечества. В этом случае человечество становится Богочеловечеством.

· В Боге и причастных к нему вещах заключены в единстве благо (как реализующаяся воля), истина (как реализующееся размышление) и красота (как реализующееся чувство). Отсюда следует формула Соловьева: "Абсолютное осуществляет благо через истину в красоте". Три абсолютные ценности - благо, истина и красота - всегда образуют единство, смысл которого - любовь. Любовь - это та сила, которая подрывает корни всякого эгоизма, всякой отдельности. Благотворна уже физиологическая любовь, соединяющая разнополые существа. Но истинная любовь - это воссоединение в Боге. Это истинная духовность. Хотя любовь по преимуществу есть платоническое чувство, Соловьев угадывал в ней женское очарование. Блестящий поэт, он описывает одно из своих мистических видений следующим образом:

· Все видел я, и все одно лишь было,-

Один лишь образ женской красоты...

· Видимо, неслучайно философию Соловьева часто называют философией Вечной женственности.

· Для Соловьева гарантами спасения человечества являются любовь и нравственность. Истину добывает высоконравственный человек. Безнравственная наука служит силам разрушения, войны в том числе. То же относится и к искусству, если оно не наполнено нравственным смыслом.

· Жизнь всякого человека есть творчество, свободное движение к добру. Жизнь - это подвиг одухотворения. Пигмалион сотворил статую, и она ожила; так истинный человек, подобно талантливому скульптору, одухотворяет свои деяния. Соответственно жертва Христа открыла путь к спасению человечества.

· Все личные и общественные коллизии разрешаются при стремлении к совершенному добру. Нравственность имеет первенство над правом, политикой, экономикой. Разрушительные силы не всесильны, на пути к Богочеловечеству можно справиться с любыми задачами, в том числе и с войнами, и с разделением церквей, и с разделением людей по нациям.

 

· А.Ф.ЛОСЕВ: "МНЕ НАДО С ГРЕЧЕСКОГО ПЕРЕВОДИТЬ..."

· Философия Лосева - это мир живости, мудрости, простоты, известной резкости, эстетического изящества и необычайной филологической учености. Его книги, научные-пренаучные, похожи на романы. Вместе с тем они столь детальны, в них столько ссылок на отечественных и иностранных авторов, что не верится порой в способность одного человека совершить такую гигантскую работу. За свою шеститомную "Историю античной эстетики" Лосев заслуженно получил Государственную премию.

· Когда Лосев умер в 1988 году, не дожив всего 5 лет до своего столетнего юбилея, то поистине "ослабла связь времен". Лосев как никто иной связывал нашу культуру с античной. Он без устали переводил с греческого, ибо считал, что это один из радикальнейших путей развития отечественной философии.

· Лосев соединил в своей философии четыре составляющие: филологию, феноменологию, диалектику и символизм. Лосева интересует в первую очередь пронизанное смыслами живое бытие предмета. Понятие не "схватывает" сущность живой конкретности, это под силу только эйдосу. Однако мир состоит не из неподвижных эйдосов и их выражений в слове. В соответствии с этим истинная философия приобретает диалектический, подвижный характер. Движение эйдосов и слов приводит к связи с иным, взаимосвязанные реалии свидетельствуют друг о друге, они в этом смысле являются символами. В качестве сфер бытования эйдосов, слов, символов Лосев рассматривает язык, миф, религию, искусство, философию. Ему удалось создать весьма своеобразную философскую систему, достоинства которой изучены пока недостаточно. Ее можно назвать философией жизненности эйдосов, слов и символов.