ЛЕКЦИЯ N 7

БЫЛИНЫ

ЛЕКЦИЯ N 6

 

Былины – это эпические песни героического, бытового или фантастического содержания. Они составляли основной стержень русской устной поэзии. По словам академика Грекова, «это история, рассказанная самим народом». Специфика русского эпоса в том, что он состоит из отдельных самостоятельных произведений, каждая былина имеет свой законченный сюжет и своего героя. Термин «былина» утвердился в науке только во второй половине ХIX века, в народе былины обычно назывались «ста́рина» или «стари́нка». В.Ф.Миллер, а за ним и другие ученые считали, что термин «былина» имеет литературное происхождение; это условное обозначение введено в научный оборот И.П.Сахаровым в 30-е годы XIX века и заимствовано из «Слова о полку Игореве» («По былинам сего времени»). До введения термина «былина» в русской науке употреблялся термин «богатырские сказки», этот термин использовал в своих «Статьях о народной поэзии» В.Г.Белинский, но позднее этот термин не употреблялся в фольклористической терминологии.

В фольклористике существуют разные взгляды на место сложения былин и на время возникновения этого жанра. Одни исследователи (В.Ф.Миллер, братья Соколовы и др.) считают, что жанр былин сложился в условиях Киевской Руси одновременно с описываемыми событиями и в последующие годы получил лишь развитие. Другие ученые (М.Е.Халанский, С.К.Шамбинаго и др.) утверждали, что былины в основном созданы в Московской Руси, как песни о прошлых событиях. Вопрос о времени происхождения эпоса продолжает волновать и современных ученых: Д.С.Лихачев выдвинул предположение о том, что былины в основном сформировались в средние века, после падения Киевской Руси, как героические песни, объединенные образом стольного города Киева. Согласно этой теории, былины слагались как песни о прошлом, а не о современности. По мнению В.Я.Проппа, многие из былин явились отражением борьбы не с реальными врагами, а с мифологическими существами, они основаны не на исторических событиях, а на вымысле. В.Я.Пропп подразделяет былины на три группы; эпос периода развития феодальных отношений (былины о Волхе и Святогоре, былины о сватовстве и о борьбе с чудовищами); эпос времени борьбы с монголо-татарским нашествием; эпос эпохи образования централизованного Русского государства.

В.П.Аникин отмечает разные периоды в исторической периодизации былин: мифологический период, Киевский период, Владимиро-Суздальский период, Галицко-Волынский, Псковско-Новгородский, Брянский и др., т.е. он выделяет и «областной эпос». Большинство современных ученых полагают, что былины, в своей значительной части, возникли в период Киевской Руси. При рассмотрении этого сложного вопроса надо учитывать большое разнообразие русского эпоса, вряд ли его можно связать с каким-либо одним историческим этапом, ведь есть былины, в содержании которых отражается еще докиевский период (былины о Волхе Всеславьевиче, о Добрыне и Маринке и др.). Видимо, надо прийти к выводу, что вопрос о происхождении былин не имеет однозначного ответа, в каждом случае он имеет индивидуальное решение. Но в фольклористике различают три этапа в развитии былин:

I этап – 9-12 века, он совпадает с расцветом Киевской Руси. Былины этого периода рассказывают о змееборцах, так как враг в этих былинах предстает в образе мифологического чудовища – змея. Один из первых героев былин – это Добрыня Никитич, который имеет исторический прототип («Добрыня и Змей»). Эта былина аллегорически представляет принятие на Руси христианства, т.е. борьбу христианства с язычеством. Уже в этих былинах появляется образ князя Владимира, прототипом которого был князь Владимир Святославович. Вначале образ князя был положительным, он обрисован как человек, объединивший русские земли.

II этап – 13-15 века, период распада Киевской Руси, период нашествия татаро-монгол на Русь, поэтому все былины получают антитатарскую направленность. В былинах произошло хронологическое смещение времени, события более поздние приурочены к периоду Киевской Руси. На этом этапе возникают новые персонажи – Илья Муромец и Алеша Попович. Происходит циклизация былин, т.е. былины объединяются в группы вокруг одного центра: киевские (воинские, богатырские) и новгородские (социально-бытовые). В былинах, возникших на этом этапе, происходит «снижение» образа князя Владимира, из положительного героя он превращается в отрицательный персонаж (не может найти богатыря, который бы защитил город, его поведение и внешность выглядят смешно).

III этап – 16-17 века, происходит окончательное формирование жанра, былины получают тот завершенный вид, который зафиксирован в записях собирателей. Не появляются новые сюжеты, не возникают новые образы. В некоторых былинах вместо Киева упоминается Москва, отражается идея необходимости централизации русских земель, но сохраняется идейная направленность былин – рассказ о героической борьбе богатыря с внешними врагами.

18 век – период бытования былин, т.е. былины продолжают исполняться, не обогащаясь новыми сюжетами или образами, 19-20 века – период затухания и исчезновения жанра.

Мы принимаем традиционное подразделение былин на киевские и новгородские, но это не значит, что былины складывались только вокруг этих центров. Исследователи доказали, что было несколько областных центров, вокруг которых создавались былины: это Галицко-Волынский цикл, Владимиро-Суздальский, Черниговский, Брянский и др. В.Я.Пропп доказывает, что все эти былины включались в общерусский эпос. Областные сюжеты, которых очень мало, создавались под влиянием уже существовавших традиций этого жанра, они тоже формировали общерусский эпос.

Сборники былин, опубликованные с конца XVIII века до конца ХХ, содержат более 2500 текстов. Эти тексты различны по темам, сюжетам, образам героев, структуре, но их систематизация и изучение затруднено, так как в русской науке нет сводного каталога или указателя былин. В современной фольклористике сохранилось деление на два цикла – киевский и новгородский, предложенное впервые В.Г.Белинским; хотя используется и деление на два типа – воинские и социально-бытовые. Некоторые былины занимают промежуточное место, их нелегко отнести к тому или иному типу (например, былины о женитьбе князя Владимира).

Воинские, богатырские, героические былины рассказывают о защите родины от врагов, героями их стали русские богатыри. Социально-бытовые былины говорят в основном о жизни Новгорода, наиболее известны былины новгородского цикла о Садко и Василии Буслаева.

 

КИЕВСКИЙ ЦИКЛ БЫЛИН

Былины этого цикла имеют общие особенности: действие происходит в Киеве или около него, в центре былин – образ князя Владимира, основная тема – защита Русской земли от врагов. Основное содержание традиционного русского былинного эпоса составляет народный патриотизм, соединяющий в себе осознание великой мощи народа, идею самоотверженного служения отечеству и непримиримую ненависть к иноземным захватчикам. Эти представления наиболее ярко отразились в исполинских образах богатырей, в их храбрости, стойкости, несокрушимой силе и сказочно-героических образах. Обилие героических образов – одна из особенностей русского национального эпоса.

«Нельзя не признать, – писал о былинах В.Г.Белинский, – необыкновенной, исполинской силы заключающейся в них жизни... Русская народная поэзия кипит богатырями... Эта отвага, это удальство и молодечество являются в таких широких размерах, в такой несокрушимой силе, что перед ними невольно преклоняешься...» Несомненно гиперболизированные, образы богатырей все же реалистичны в самой своей основе. В них народные певцы воплотили идеальное представление о несокрушимой мощи народа.

Настоящими кровными врагами богатырей являются враги родины, иноземные захватчики. Исторические черты многочисленных врагов, нападавших на Русскую землю, в результате длительного художественного обобщения объединились в былинах в нескольких образах, которые носят имена, памятные по набегам древних кочевников, таковы имена: Тугарина (Тугоркана), Шарк Великана (Шарукана), Коншика (Кончака) и др. Смертельная опасность, которая угрожала Руси со стороны ее врагов, чинимые ими грабежи и зверства, обусловили предельно отрицательную обрисовку этих образов. Сила татарская в былинах называется «черной», а сами татары – «погаными». Наиболее распространенные обобщающие образы врагов – это образ самого отвратительного существа – Змея, или образ «Идолища поганого», у которого «головища, что лоханища; и глазищи, что пивные чаши». Все эти образы обрисованы как фантастические чудовища: у Тугарина почему-то бумажные крылья, Соловей-разбойник сидит на дереве, но как он выглядит – былина не указывает. Но можно однозначно отметить, что враги никогда не изображаются как люди, это чудовищные существа.

Эпос рисует врагов как наглых, самонадеянных «нахвальшиков», но сказитель не допускает недооценки их «черной силы». В былинном изображении враг силен, хитер, коварен и многочисленен. Тугарин и Идолище безнаказанно бесчинствуют на Руси, пока не сталкиваются с русскими богатырями. Победа над врагом в былинах добывается титанической борьбой богатырей, нередко победе предшествуют поражения отдельных богатырей, продолжающиеся до тех пор, пока в бой не вступит главный богатырь – Илья Муромец. В былинах показано коварное вероломство побежденного, но недобитого врага («Илья Муромец и Соловей-разбойник»).

Самый популярный и любимый богатырь русского эпоса – Илья Муромец, он главный герой более тридцати сюжетов: «Исцеление Ильи», «Илья Муромец и Идолище», «Илья Муромец и разбойник», «Илья и Калин-царь», «Илья и Соловей-разбойник», «Илья в ссоре с князем Владимиром» и др. В эпосе подчеркивается крестьянское происхождение Ильи («Исцеление Ильи»), который тридцать лет «сиднем сидел» в избе, но пришедшие в дом «калики-перехожие» наградили его богатырской силой. Характерно, что сразу же Илья побежал в поле, где трудились его родители, и стал им помогать – «дубы рвать». Для Ильи защита Родины – единственный смысл его жизни. Он не выбрал ни «ту дороженьку, где богату быть», ни «ту дороженьку, где женату быть», а «поехал добрый молодец в ту дороженьку, где убиту быть». В своей богатырской службе богатырь бескорыстен и неподкупен, когда враги хотят его подкупить, он с достоинством и гневом отвечает им:

А кабы брал я да ношь золотой казны –
А копали как мне погреба глубокие,
А кабы брал я да цветно платьице –
А везли бы мне возы великие;
А кабы брал бы я да добрых коней –
Да гнали бы за мной табунами же,
Да садился на добра коня,
Да засверкала его сабля острая.

В былинах, связанных с образом Ильи, подчеркивается, что все его богатство состоит в добром коне и старом седле. Илья – самый сильный богатырь на заставе –

Потому был атаман большой,
Силушкой он сильнее всех.

Если с врагом не может справиться никто из богатырей, то на единоборство выходит Илья, и бой заканчивается его победой. Илья победил Соловья-разбойника, который на тридцать лет «заложил дорогу к Киеву» так, что и «птица на ней не пролетывала, удалой добрый молодец не проезживал». Он победил затем таких сильнейших врагов, которым никто не мог противостоять – Идолища, Сокольничека, Калина-царя. Илья в битвах всегда прямолинеен, он не умеет хитрить, а идет прямо на врага. Илья часто в ссоре с князем Владимиром, который его не ценит, а однажды посадил богатыря в «погреба глубокие». Илью спасла племянница князя, Забава Путятична, она приносила систематически еду богатырю. На Киев напали враги, и князь Владимир вынужден был освободить богатыря, но Илья подчеркивает, что «не тебе иду служить, собака-князь, а всему народу русскому». В этой былине изображается сцена битвы, несколько раз Илья бьет «силу татарскую», несколько раз повторяется описание битвы:

Стал он силушку конем топтать,
Стал конем топтать, копьем колоть,
Стал он бить ту силушку великую,
А он силу бьет, будто траву косит.

Причинами ссоры Ильи с князем Владимиром могут быть различные обстоятельства, но чаще всего богатырь гневается, потому что князь не зовет его на пир. В протесте Ильи отразился, конечно, рост народного самосознания, социального протеста, Илья не прощает обид:

Рассердился ... да поразгневался...
Тугой лук разрывчатый натягивал,
Калены стрелы да он налаживал.

Илья сбивает «золотые маковки» и «серебряные кресты», отдает их бедноте и собирает пир для «лапотников» и «балахонников».

Образ Ильи имеет не местное (хотя он жил в селе Карачарове), а общерусское значение, об этом свидетельствует и тот факт, что Илья объявлен святым (к XVI веку), а его мощи стали показывать в Киево-Печерской Лавре. Но канонизация Ильи и открытие его мощей не может служить свидетельством того, что этот богатырь действительно жил. Включение Ильи в списки святых было связано с тем, что этот богатырь, созданный народным воображением, уже в средние века осознавался реальным воином, а эпические песни о нем воспринимались как повествования о подлинных исторических событиях.

При изучении русского эпоса становится очевидным, что русское богатырство неоднородно в социальном отношении. Главные богатыри не принадлежат к социальной элите: сын крестьянина Илья, сын попа Алеша; а богатырь Киевского цикла – Василий Игнатьевич принадлежит к самым низам общества (Васька-пьяница). Едва ли не самыми старыми из дошедших до нас былин являются былины о Добрыне Никитиче, чье имя некоторые исследователи (В.Ф.Миллер, А.В.Марков, В.И.Чичеров) связывают с именем исторического лица – дяди князя Владимира – Добрыни.

Существует в фольклористике и прямо противоположное мнение о том, что ни одно имя былинного богатыря не возводимо к реальному историческому имени (Б.Н.Путилов и др.), что попытки идентифицировать богатырей с летописными пресонажами на основании совпадения или близости имен оказались несостоятельными.

Существует несколько вариантов былины «Добрыня и змей», все они имеют одинаковое содержание. Богатырь купается в Пугай-реке, появляется змей, враг русской земли. Добрыня бьется с ним и побеждает его, иногда змей обманывает богатыря, а Добрыня убивает его позже. Этот подвиг богатыря помогает освобождению русских земель. Добрыня тоже наделен гиперболизированной силой, он «прославил себя в боях, он искусен и в забавах богатырских (единоборстве, стрельбе из лука), он прекрасный пловец, умеет читать и писать, играть в шахматы. Когда Добрыня поет и играет, то «все на пиру заслухались», «все на пиру призамолкнулись». Добрыня знает «как себя вести» и «как себя блюсти». Сила и опытность воина, богатырская выучка, образованность заставляют относиться к Добрыне как к умелому в обхождении человеку, способному «в послах ходить». На этом и построены былины о Добрыне – свате и поездке Добрыни к королю «ляховецкому» для освобождения от податей. Отношение Добрыни к князю Владимиру в былинах сходно с отношением к нему Ильи Муромца; Добрыня выполняет все поручения князя, но при случае говорит ему правду в глаза.

В цикле былин о Добрыне особое место занимает былина «Добрыня Никитич и Алеша Попович», в которой разработан сюжет, встречающийся во всем мировом фольклоре – «муж на свадьбе своей жены». Пока Добрыня ездил по поручениям князя Владимира, Алеша Попович посватался к его жене. Приехал Добрыня во время свадебного пира, и только жена его узнала по игре на «гусельках яровчатых». По поводу истории Добрыни ученые считают, что он «сложился не сразу, а на протяжении веков», но во всех былинах сохраняется устойчивость образа Добрыни как богатыря, как защитника земли русской.

Младшему из трех главных русских богатырей – Алеше Поповичу – тоже посвящено несколько былин. Образ этот в былинах разноречив, что, видимо, связано с длительностью процесса развития и переработки эпических сказаний об Алеше Поповиче. В былине «Алеша и Тугарин» перед нами предстает воин, не теряющийся даже в неравном бою, здесь отразились типические черты богатыря – защитника Русской земли любой ценой. Алеша «где силой не возьмет – возьмет хитростью, смелостью, уверткой богатырской». Своей сметкой-хитростью Алеша отличается от Ильи, всегда идущего прямо на врага и не пользующегося военными уловками. Образ Тугарина несет в себе черты мифического существа; он изображается иногда как чудовище, как змей, способный летать, у него обычно бумажные крылья. Алеша побеждает его или при помощи «небесной силы», или потому, что дождь замочил бумажные крылья Тугарина, или хитростью, обманув Тугарина, что позади его войско, а тот обернулся и дал себя убить. В процессе бытования былин зафиксировано уменьшение популярности героических былин об Алеше, что, по всем данным, связано с утверждением взгляда на него как на «Поповича», выходца из семьи священнослужителя. Алешу стали звать бабьим угодником, чертами его характера стали коварство, зависть и лживость. В отношениях богатырей между собой и другими персонажами важную роль играет побратимство, что предполагает взаимную помощь и поддержку, полное доверие друг к другу. «Названый брат паче брата родимого». В былинах герои, связанные отношениями побратимства, строго их соблюдают. Редкие нарушения подвергаются осуждению и караются, что особенно четко выражено в былине «Добрыня Никитич и Алеша Попович». Алеша Попович не обладает такими высокими моральными качествами, как Илья и Добрыня, но все же Алеша – эпический персонаж, богатырь, и это главное в его образе.

Тема борьбы с врагами, с татарами – основная в киевских былинах. Другие богатыри – Василий Игнатьевич, Сухман, Данило Игнатьевич, сходны с основными богатырями своей любовью к Руси, все они по мере своих сил и возможностей борются с врагом. Все они находятся в оппозиции к князю Владимиру, к боярам, особенно решительно выступает против них Василий Игнатьевич:

Как вскочил-то Василий на резвы ноги,
Он схватил-то бояр да толстобрюхих,
Он уби всех бояр да толстобрюхих.

Когда к самому Киеву подступают несметные черные силы царя Скурлы, то ни князь Владимир, ни его бояре не думают о личном выступлении против врага. Владимир, надев «кунью шубу на одно плечо, а пухов колпак да на одно ухо», бродит по городу и просит киевлян найти ему какого-нибудь «наезжего богатыря». Киев спасает Василий, у которого «ни креста нету, ни пояса, ни рубашечки нет на нем полотняной – под одной он лежит да рогожею». Несмотря на свою бедность, Василий не хочет брать обещанные ему Владимиром «города с пригородами и села со деревнями». Он нападает на татар и героически сражается с ними:

Он и всю тут силушку повыкрошил,
Он и добрым конем да всех повытоптал.

В былине «Сухман» мы встречаемся с честным и правдивым богатырем, освобождающим Русь от татар. Князь Владимир не верит Сухману, обвиняет его в пустом хвастовстве, во лжи. Добрыня, съездив на поле, где Сухман один уничтожил полчища врагов, подтвердил истинность рассказа Сухмана о его победе. Владимир готов был уже чествовать богатыря, но Сухман выдернул листья из полученных им в бою ран и умер, истекая кровью, он не хотел служить князю, подозревавшего богатырей во лжи.

Образ князя Владимира Святославовича присутствует во многих былинах. Былинный образ Владимира прошел сложную историю, вначале он обрисован как князь, объединивший русские земли, при нем произошло крещение Руси. Все это было основой положительной оценки деятельности князя Владимира и привело к его идеализации, в былинах он назван «Красным солнышком». Но позднее на этот образ стали наслаиваться черты других русских князей, образ стал трансформироваться: он стал изображаться иронически, в нем проявились трусость, бессилие, он стал нарушать обычаи, стал данник Батыю. В.Г.Белинский отметил, что Владимир не герой былин, он бездеятелен, а характер его неопределен, он более имя, чем человек. В былинах конфликт может носить государственный или социальный характер, что связано, конечно, с нарастанием социальных противоречий в русском обществе.

Одной из тем, характерных для всех былин как произведений трудового народа, является тема труда. Труд прославляется в былинах как героический подвиг, трудовая доблесть служит таким же значительным признаком богатырства, как и воинская доблесть. Свою силу Илья Муромец проявляет прежде всего в труде. Особенно яркий пример поэтизации труда – в былине о Вольге и Микуле Селяниновиче. Микула – это богатырь-пахарь, именно в этом он противостоит Вольге и княжеской дружине. Вольга с дружиной только на третий день смогли «доехать» Микулу, идущего за сохой. Тяжесть Микулиной «сошки кленовой» символизирует тяжесть и премудрость крестьянского труда. Она оказывается тяжелой для всей дружины Вольги: «Они сошку за обжи вертят, а не могут сошку от земли отнять». Не может поднять сошку и Вольга, взявшийся за нее «всею силушкой молодецкой». Оконфузившись перед пахарем, он вынужден признать:

Да много я по свету езживал,
А такого чуда я не видывал,
Рыбой-щукой ходил я в синих морях,
Серым волком рыскал я в темных лесах,
Не научился я этой премудрости:
Орать, пахать да крестьянствовать.

С большой выразительностью былина передает полное превосходство крестьянина Микулы над княжеским сыном Вольгой:

Сам берет он сошку да одной рукой,
Сошку с земельки повыдернул,
Из анешиков земельку повытряхнул,
И он бросил сошку за ракитов куст.

Образ Микулы – воплощение могучих сил трудового народа. Это подтверждает и другая былина о Микуле – «Святогор и Микула», в которой могучий исполин Святогор не может поднять суму с «тягой земной», а Микула ее легко несет. Некоторые исследователи (Б.А.Рыбаков) относят былину к Х веку, к киевскому циклу. Эти былины также подтверждают основную направленность былин Киевского цикла – русский богатырь всегда побеждает и в бою и в труде.

 

НОВГОРОДСКИЙ ЦИКЛ БЫЛИН

Воинская тематика Киевских былин имела общерусское значение, в них отчетливо отразились общерусские эпические традиции. Новгородский цикл не имеет героических сюжетов. Это объясняется тем, что Новгород значительно меньше подвергался набегам кочевников, а нашествие татар на Русь вообще не коснулось этих северных земель. Новгород – большой торговый центр, вел торговлю со многими странами, в нем установились особые формы политической жизни (вече – собрание горожан), власть князя была ограниченной. Новгородская вольница сформировала особые социальные отношения на этой территории, он несколько веков был своеобразной торговой республикой; успешно соперничал с Киевом и с Москвой. К Московскому княжеству он был присоединен только в конце XV века. Поэтому закономерно, что былины новгородского цикла разрабатывали былины общественного и семейного быта, они отличаются особого рода тематикой, сюжетами и типами героев. из новгородских былин особенно большое значение имеют былины о Садко и Василии Буслаеве.

В основе былин о Садко лежат три сюжета: 1) Садко получает богатство; 2) Садко состязается с Новгородом; 3) Садко у морского царя. Эти три сюжета бытовали и каждый отдельно, а иногда соединялись в одну былину. Былина о Садко разрабатывает тему чудесного избавления от нищеты, в ней отражен конфликт бедного гусляра с купцами Новгорода. Тема получения героем богатства в разных версиях разрабатывается по-разному. В сборнике Кирши Данилова Садко был «волжским суром» (сур – молодец), долго гулял по Волге, а потом отправился в Новгород, наловил в озере Ильмень рыбы, которая превратилась в золотые монеты. Но более распространен другой вариант этого сюжета: Садко – бедный гусляр, которого перестали звать на пиры, он играет на берегу озера Ильмень и озеро награждает его богатством. Изображение в былине о Садко купеческих пиров, похвальба лавками с товарами отражают острые социально-бытовые отношения, сконцентрированные во второй части былины. Конфликт – Садко хочет скупить все товары у купцов – разрешается благополучно до тех пор, пока он борется с отдельными купцами. Но постепенно гордость его не стала знать меры, он противопоставил себя всему Великому Новгороду, и, конечно, проиграл. Поражение того, кто противопоставляет себя коллективу – народу, неизбежно, такова идея былины. В третьей части – рассказ о том, как Садко попал в гости к морскому царю, как обманул царя при помощи святого Николы Можайского и смог вернуться в свой город. На берегу озера Ильмень Садко построил церковь в знак своего чудесного возвращения.

Былина о Садко имеет ряд эпизодов, схожих с эпизодами эпоса других народов, что позволяет некоторым исследователям сопоставлять ее с «Калевалой» (музыкант Вайнемейнен из карело-финского эпоса схож в некоторых аспектах с Садко). Эпизод опускания Садко в море рассматривается как вариация темы бросания грешника в море, разработанной библией (история Ионы во чреве кита) и средневековой литературой (Садок во французской литературе). Конечно, невозможно возведение былины о Садко к иностранным источникам, а совпадение некоторых сюжетов можно трактовать как близость русского фольклора к мировому фольклору, подтверждение того факта, что некоторые «странствующие» сюжеты проникали и в русскую народную поэзию.

Былина о Садко создает обобщенный образ русского человека – его страсть к похвальбе, к гульбищам, желание схитрить, бесшабашность (когда он, взяв гусли, отправляется на дно морское), его любовь к Родине, к Новгороду, его желание вернуться любой ценой. Садко – это не богатырь, а обычный человек, которому помогают волшебные силы, но в былине нет гиперболизации его силы или мудрости. В своих статьях о народном тврчестве В.Г.Белинский наиболее высоко оценивает именно былину о Садко, трактуя конфликт Садко с Новгородом как конфликт социальный. Критик отмечает, что эта былина отличается высоким художественным совершенством, особенно выделяет сцену пляски морского царя, подчеркивает сказочные элементы в былине.

Былины о другом герое Новгородского цикла – Василии Буслаеве – включают два сюжета: это ссора его с Новгородом и рассказ о его поездке на богомолье и его смерти. Былины о Василии Буслаеве отражают быт и жизнь средневекового большого города, они важны тем, что отразили ранние проблески критицизма и элементов рационализма на Руси. Василий рос в богатой новгородской семье, он образован, умеет читать, писать, он наделен большой физической силой, но не знает, как ею распорядиться. В первой былине Василий собирает дружину из «вольных людей» и затевает ссору с «мужиками новгородскими», избивает, калечит людей. Василий Буслаев характерен отсутствием суеверия, он не верует «ни в сон, ни в чох». Отсутствие уважения ко всему, что почиталось религией, проявляется во многих поступках Василия. Богатые мужики жалуются на его буйный характер матери, Амелфе Тимофеевне, и мать отправляет Василия на покаяние, к гробу Господню. Вторая часть былины показывает, что, несмотря на то, что мать и крестный отец воспитывали Василия в религиозном духе, в духе патриархальности и послушания, он нарушает все моральные и религиозные догмы. Василий оскорбляет и убивает «старчище-пилигримище» в одежде священнослужителя, купается в Иордан-реке голым, чего нельзя было делать по религиозным представлениям (так как в реке купался Иисус). Во время своего «хождения» в Иерусалим Василий не испытывает покаяния, он пинает ногой мертвую голову, перескакивает через могильную плиту, разбивается об камень; а дружинники хоронят его. Протест Буслаева против установленных запретов, нарушение им устоев и правил жизни, неверие в приметы и поверья, отражали прогрессивные явления жизни средневековой Руси. Необходимо отметить, что народное творчество отмечает неосознанность протеста Василия, который вначале воспринимался как положительный герой, но, поскольку он совершает ряд действий, идущих вразрез с моральными нормами русского человека, то сам становится жертвой нарушения запретов и в конце концов гибнет. В фольклорных произведениях герои обычно выходят победителями из всех коллизий, а здесь редчайший случай гибели героя в конце былины.

Образ Василия Буслаева весьма противоречив, он получил разную оценку в критике. М.Горький назвал его одним из величайших и значительных художественных обобщений в русском фольклоре, считал, что в нем отразились некоторые стороны национального русского характера, просто Василий Буслаев опередил время, родился «не на той улице». В.Г.Белинский отметил, что в былинах о Буслаеве отразилась правдивая картина средневековой новгородской жизни, народные представления и оценки. Несмотря на ярко выраженную новгородскую окраску, былины о Василии Буслаеве приобрели общерусский смысл благодаря важному идейному значению и художественным достоинствам.

Былевой эпос создал и замечательные женские образы – это матери и жены главных героев. Мудрая мать, наставница сына, окружающая его заботой и всегда ожидающая – такова мать богатыря. Для матери Василия Буслаева характерно сочетание заботливого отношения к сыну со свободным, равноправным отношением к горожанам. Особенно ярко это проявляется в попытке матери примирить новгородцев с Василием. Несколько иной характер имеет образ матери в богатырских былинах, где мать героя менее самостоятельна в отношениях с киевлянами, сфера ее действий более ограничена семейным отношениями, она более зависима от князя. Такова мать Добрыни Никитича, которая многое предвидит, многое знает, она предостерегает богатыря от неразумных поступков и спасает его в опасных случаях жизни. Но мать Добрыни безропотно подчиняется решениям князя, даже в тех случаях, когда он творит насилие над богатырем и его семьей («Добрыня и Алеша»). Русский эпос создал и образ верной, любящей жены. Настасья Микулична – жена Добрыни – долгие двенадцать лет ждет любимого мужа, гонит от себя сватающегося к ней Алешу, и лишь насильно князь Владимир принуждает ее к свадьбе. Тема любви и верности отражена и в былине «Данила Ловчанин», в которой деспотичному князю Владимиру полюбилась Василиса, жена Данилы, и он приказывает убить богатыря. Но смерть Данилы не приводят к исполнению желания князя, так как Василиса убивает себя над телом мужа. Все эти образы отражают народные представления о том, какой должна быть хранительница очага. Эпос рисует идеальный образ женщины – всеми уважаемой матери, жены, преданной мужу, способной в годину испытаний сохранить преданность семье.

 

Поэтика былевого эпоса

Эпосу присуща своя эстетика, т.е. свое определенное отношение к действительности, свои художественные задачи и художественные принципы. Фольклор знает только эмпирическое время и эмпирическое пространство, т.е. то пространство, которое окружает героя, и то время, в течение которого с ним происходят описываемые события. Поэтому время и пространство в эпосе не терпят перерывов. Время действия былин строго локализовано в прошлом, в условной эпохе русского прошлого – это идеализированная эпоха князя Владимира или эпоха новгородской вольницы. Определяя время действия былин как условно-историческое или эпическое, мы все же должны иметь в виду, что оно воспринималось как строго историческое, а не фантастическое, как было в сказках. Вот почему героев исторического эпоса народ не наделяет вымышленными именами, а действие происходит среди реально существующих городов и сел. Действие в былине происходит в прошлом, но не в условном прошлом сказок, а в строго ограниченном идеализированном эпическом времени. События, о которых рассказывается в былине, могли протекать раньше или позже времени княжения Владимира (разница достигает 400 лет!), но в былине события всегда протекают в условно-историческое время.

В изображении людей эпос как бы исходит из представлений об устойчивости и неизменности качеств характера, присущих тому или иному персонажу. В эпосе нет сложных человеческих характеров, у героев нет внутренних противоречий. Эпические герои поражают своей цельностью, они даны как яркие индивидуальности. Все былинные персонажи резко делятся на два ряда. В одном стоят те, кто воплощает народный идеал, в другом – носители зла. Вся поэтика эпоса подчинена задачам утверждения идеала и развенчания того, что чуждо и враждебно народу.

Богатырям присуще благородство помыслов и величие дел, но эпос не лишает своих героев простых человеческих свойств – любви к родному дому, к матери и жене, они умеют держать данное слово, переживают обычные житейские радости и горести, совершают ошибки и исправляют их. Другой особенностью эпического психологизма является изображение былинных персонажей либо наделенных особой проницательностью, либо предельно наивных и простодушных. Характеры героев всегда раскрываются в поступках, в действии, в динамике. Эпос едва ли не впервые в искусстве слова показал человека во всем величии его возможностей, раскрыл таящиеся в нем силы.

Один из главных художественных принципов былины – типизация, т.е. показ множественного, общенародного в обобщенном единичном. Поэтому борьбу в былинах ведет не воинская масса, а отдельные воины – богатыри, которые в героических поединках с врагами олицетворяют народную силу. Как правило, в героических, воинских былинах действует сравнительно небольшое число героев, а центральное место занимают только прославленные богатыри – Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алеша Попович. Войско служит лишь фоном для изображения необыкновенных подвигов богатырей. Богатырь не только побеждает своего противника, но и уничтожает всю вражескую рать.

Важной основой поэтики былин служит их устоявшаяся, традицинная форма. Былины отличаются значительной устойчивостью композиции, которая строится на традиционных компонентах: запевах, зачинах, общих местах и формулах, повторах, лейтмотивах, концовках или исходах. Это обязательные структурные элементы былин, кроме запева.

Запев – своеобразный элемент композиции. Он не связан с содержанием былины, а служит, как присказка в сказке, лишь вступлением, которое имеет целью привлечь внимание слушателей, создать определенное настроение:

Расскажу я вам, братцы,
Не сказку я вам скажу, не песню спою,
А спою я вам стих стародавний,
Былину киевскую.

Зачин – устойчивое начало былины, он содержит точное указание места (Киев, Муром, Рязань, Чернигов и др.), времени (условно-историческое или эпическое) и называет героев. Иногда зачин былины представляет собой эксппозицию, которая предшествует завязке («Илья Муромец и Калин-царь»). Однако зачин в качестве экспозиции выступает в былине редко, чаще зачин представляет завязку сюжета. Наиболее распространенным типом былинных зачинов-завязок служит картина пира у князя Владимира; вторым типом завязки-зачина является описание выезда богатыря; третий тип – изображение набега врага на русскую землю.

После зачина-завязки в былине идет развитие действия. Былина часто начинается описанием ситуации, в которой проявляется недооценка богатыря, ему не воздают должного, не ценят, иногда принижают. Даже Илья Муромец много раз перед подвигом оказывается несправедливо гонимым. Недооценка вначале нужна для большего торжества впоследствии, для этой же цели служит и другая особенность – преувеличение силы врага. Развитие действия связано с отъездом богатыря для защиты русской земли. Следующее звено в композиции былины – описание самого подвига (боя), хотя бой длится иногда несколько суток, но противник не сопротивляется. Былина хочет показать, что враг, каким бы он сильным ни казался, не может серьезно соперничать с богатырем. Иногда со стороны богатыря участвуют всякие подсобные силы: дождь, хитрость, небесная сила. Подвиг совершен, обычно былина на этом оканчивается. Несколько слов о всеобщей радости и благодарности герою заканчивают рассказ. Исход – это концовка былины, краткое заключение, подтверждающее итог: «То старина, то и деяние»; «На том Соловью и славу поют»; «На том старинка и покончилась».

Для структуры былины характерны так называемые общие или постоянные места или формулы. «Общие места» – это устойчивые словесные формулы, которые сказителями почти дословно повторяются в одной или нескольких былинах в сходных эпизодах повествования. Наиболее часто «общие места» в былинах употребляются при изображении пира у князя Владимира: выражение угроз врага, изображение вражеской силы, описание сражения богатыря с врагами, процесс седлания коня, даже описание того, как богатырь входит в княжеские палаты и т.д. Текст былины подразделяется на общие (постоянные) места и переходные – это части текста, созданные или импровизируемые сказителями при исполнении. Сочетание постоянных и переходных мест является одним из жанровых признаков русского эпоса.

Для того чтобы победить такого страшного врага, каким является противник, богатырь должен обладать невероятной физической силой, в этих целях в былинах используется прием гиперболизации – художественного преувеличения. Гиперболизируется сила всех богатырей, обычно у них палица «в девяносто пуд», а если в руках нет оружия, то богатырь хватает за ноги первого попавшегося противника и начинает им размахивать: в одну сторону махнет – улица, в другую – переулочек. Гиперболически в былинах изображается также сила богатырского коня, скорость его бега.

Торжественному пению былин соответствует неторопливое повествование, рассказ ведется с многочисленными и разнообразными повторениями. Замедленность действия, так называемая ретардация, осуществляется через повторение отдельных эпизодов, часто – троекратное. Троичность действия присуща всем былинам: Илья совершает три поездки, конь трижды перепрыгивает через татарские ямы, Садко три раза ходит на берег Ильмень-озера, три раза бросают жребий и т.д. Своеобразным видом повторения служит использование лейтмотива, который может повторяться много раз в одной и той же былине и подчеркивать ее основную тему. В былине «Илья Муромец и Калин-царь» лейтмотив «стоять за веру, за отечество» повторяется десять раз (П.Г.Богатырев). Среди художественных приемов, часто используемых в былинах, используется контраст, который играет многостороннюю роль. Противопоставляются образы богатырей и их врагов, возможно противопоставление по внешнему виду (обычный человек – великан), контраст по характеру (защитник родной земли – захватчик) и др.

Значительную роль в былинах играют диалоги, которые драматизируют сюжет, помогают полнее охарактеризовать героев, раскрыть их мысли и переживания. Одна из особенностей поэтического языка былин состоит в повторении предлогов, отдельных слов и словосочетаний:

Того ли соболя заморского,
Заморского соболя ушистого,
Ушистого соболя пушистого.

Былине чужда метафоричность, в них встречаем эпитеты, сравнения, синтаксический и отрицательный параллелизм:

Щукой рыбой ходить Вольге во синих морях,
Птицей соколом летать Вольге под облаками,
Волком рыскать во чистых полях.

Замедленность повествования достигается и благодаря использованию синонимов, тавтологии: «растеть – матереть», «орать, да пахать, да крестьянствовать», «род – племя», «черным черно как черна ворона», «конь стоит наубел-белый». В былинах, как и в других жанрах народного творчества, встречаются постоянные эпитеты, но в этом жанре есть и свои специфические определения, которых нет в других жанрах: «богатырский конь», «богатырский сон», «дружинушка хоробрая», «калена стрела» и др.

Характер стиха былин до сих пор вызывает споры. Он построен на равном количестве ударений в строке, количество слогов в строке разное, от 8 до 16, нет деления на строфы, рифма не развита. Распространены 2-х и 3-х ударные стихи, могут быть и 4-х ударные. Словесный текст связан с мелодией, на севере былины поются одним певцом, на юге – у казаков – хором. Былины исполнялись речитативом, говорком, нараспев, очень похоже на напевную декламацию. Сопровождалось ли пение былин игрой на гуслях – вопрос нерешенный.

История собирания и изучения былин. Записывать былины в России начали сравнительно рано, прежде всего древние эпические песни нашли отражение в русских летописях. От XVII-XVIII веков дошло уже значительное количество записей, но в основном это был пересказ былин, их литературная обработка, чаще в прозаическом изложении. Это в основном были былины об Илье Муромце, что свидетельствует о большой популярности образа этого богатыря у русских людей.

В XVIII веке известный русский ученый и историк В.Н.Татищев выступал как географ, экономист, историк, археолог, фольклорист. Основной его труд – «История государства Российского» в 4-х томах – полностью был издан после его смерти. Татищев в этом труде часто ссылается на произведения народной словесности, в былинах и исторических песнях он видит важные исторические документы, отражающие русскую действительность и историю. Татищев первый начал разработку славянской мифологии, пытаясь с ее помощью разрешить вопрос о происхождении русского народа и вообще славянских племен. После смерти Татищева рукопись его книги была передана на редактирование академику Миллеру, который, будучи немцем по национальности, не был знаком с русским народным творчеством. По поручению Миллера, уральский заводчик, меценат П.А.Демидов нашел русского человека, который знал много песен исторического содержания, и поручил ему записать их. Перечень произведений, включенных в сборник, показывает, что это был сборник специального назначения, в него вошли произведения только исторической тематики: былины, исторические песни. Анализ записей показывает, что тексты были записаны во время их исполнения. Судьба сборника сложилась так, что впервые он был напечатан в 1804 году под названием «Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым». Кто такой был Кирша Данилов, какое он имеет отношение к сказыванию былин, до сих пор неизвестно. Сборник сыграл важную роль в собирании и изучении былин, он поднял интерес к произведениям этого жанра. Его высоко оценил В.Г.Белинский, по нему изучали былины Федор Буслаев, Орест Миллер.

В середине XIX века выходят сборники произведений устного народного творчества, собранные П.В.Киреевским, позднее вышли четыре тома «Песен, собранных П.Н.Рыбниковым», куда вошло 165 былин. П.Рыбников, сосланный за свои демократические убеждения на Север, в Олонецкую губернию, стал первым записывать фольклор на Севере. Вскоре после Рыбникова в Заонежье совершил поездку известный собиратель и исследователь А.Ф.Гильфердинг, записавший 270 былин. К концу XIX века изучение эпоса в России значительно расширилось, былины в основном записывались на Севере: печорские, архангельские, беломорские, онежские... В изучении былин важную роль сыграла историческая школа, возглявляемая В.Ф.Миллером, о чем будет подробно рассказано в главе «Фольклористика». В ХХ веке продолжается собирание и изучение русских былин, расширилась география их собирания: былины стали записывать в Сибири, на Алтае, на Дону...

Одним из первых исследователей былин был В.Г.Белинский, он написал ряд статей о народном творчестве и рецензию на сборник Кирши Данилова. Основные мысли Белинского были развиты Н.Г.Чернышевским и Н.А.Добролюбовым. В изучение былин внесли свой вклад представители разных школ фольклористики, советские ученые положили в основу изучения былин понимание их как художественного явления (В.Я.Пропп, Б.Н.Путилов).