ПРЕДМЕТ» ЭТНОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

 

В центре внимания — мир повседневной, обыденной практической жизни как подлинная социальная реальность.

 

Традиционная социология берет элементы этого мира как уже готовые реальные «факты» и не задается вопросами по поводу их природы, или их реальности. — Тогда как главный вопрос: как разные группы людей создают и поддерживают друг у друга непоколебимую уверенности в том, что социальный мир действительно реален и таков, каким он им представляется?

 

Подлинная реальность заключена в том, люди разными способами — как осознанно, так и в значительной мере неосознанно — создают, поддерживают и изменяют «смысл» внешней социальной реальности (т.е. своих обыденных сред).

 

Их действиями поддерживается осмысленная упорядоченность («воспринимаемая нормальность») их повседневных сред:

 

Пример: (эксперимент Гарфинкеля и Мак-Хью). — Группа студентов, не сознавая того, приняла участие в следующем эксперименте: их пригласили принять участие в апробации нового метода психотерапии; они должны были сформулировать свои проблемы и задать терапевту 10 вопросов, на которые можно было бы получить односложные ответы по типу «да» или «нет». — Студенты и психотерапевт находились в разных комнатах; терапевт не слышал вопросов студентов и выдавал последовательность ответов, заранее полученную по закону случайных чисел, одну и ту же для всех. — После «сеанса» многие студенты говорили, что он очень помог им в осознании собственных проблем; если ответы терапевта противоречили друг другу, многие трактовали это в том духе, что мнения и ответы терапевта менялись по мере углубления в существо проблем.

 

Этот пример показывает: цементом, скрепляющим общество, являются не обмены, не общие определения ситуации, не ролевые трансакции, не общие ценности и нормы, не общность интересов, — а явные и неявные методы, используемые людьми для создания видимости социального порядка («воспринимаемо нормальной среды»).

 

Социальный порядок создается действиями: общие смыслы, ценности и определения не наблюдаются (или вообще могут отсутствовать, как в данном примере); а наблюдаются усилия людей по созданию общего смысла социальной реальности (или его видимости).

Социальный порядок существует, пока поддерживается эта видимость порядка, достаточная для решения людьми их практических проблем.

 

Таким образом: этнометодологию интересует не содержание этой реальности, а методы, используемые людьми (в том числе социологами) для конструирования, подтверждения и изменения образа того, что существует вне них:

= не каковы конкретно общие понятия, определения и ценности, а как люди вообще приходят к согласию по поводу того, что такие понятия, определения и ценности есть.

 

Это и есть предмет этнометодологических исследований:

— методы, используемые людьми для производства смысла в тех ситуациях, в которых они взаимодействуют;

— применяемые обывателями (в том числе социологами) методы конструирования, поддержания и изменения «того, что знает каждый», т.е. того, что полагается надежным, прочным и самоочевидным основанием («фоном») любых утверждений о мире;

— свойственные той или иной культуре методы организации практической повседневной деятельности.

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЭТНОМЕТОДОЛОГИИ (по Гарфинкелю):

«Этнометодологические исследования анализируют повседневные действия как методы, применяемые участниками для того, чтобы сделать сами эти действия очевидно разумными и практически объяснимыми, т.е. «описуемыми» в качестве организаций обычных повседневных действий… Их исследование направлено на выяснение того, как действительные будничные действия участников складываются из методов, которые делают практические действия, практические обстоятельства, обыденное знание социальных структур и практическое социологическое мышление доступными анализу, а также на открытие формальных свойств будничных практических основанных на здравом смысле действий «изнутри» действительных контекстов как текущей реализации этих контекстов».

 

Можно определить предмет этнометодологии и так: скрытые, неосознаваемые, нерефлектируемые механизмы социальной коммуникации. — Прототипом и образцом коммуникации (здесь) служит речевая коммуникация, т.е. разговор.

 

 

ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ ПОВСЕДНЕВНОЙ РЕАЛЬНОСТИ:

 

Самая главная трудность: мы в эту реальность погружены, она является для нас привычной и непроблематичной. — Те процедуры повседневной деятельности, которые требует изучать этнометодология, оказываются «видимыми, но не замечаемыми». Надо каким-то образом их обнаружить, сделать заметными — и доступными (тем самым) для исследования.

 

Во-первых, нужно занять особую мыслительную позицию, которая называется «этнометодологической индифферентностью», — т.е. попытаться смотреть на обыденный мир так, как будто он незнаком, чужд и неизвестен.

 

Излюбленный образ этнометодологов: «социологи с Марса».

 

Притча 1: Социологи с Марса прилетели на Землю, когда люди уже вымерли, чтобы изучить социальную жизнь землян. Профессор послал ассистента за материалом. Тот вернулся с кипой книг и статей земных социологов, радостно сообщив, что не нужно никаких исследований и что из них можно узнать все, что нужно. На что профессор гневно ответил: «Как вы не понимаете, что эти материалы представляют собой лишь подлежащие анализу данные, так же как и сами общества! Ибо они основаны на подспудном знании участников, а именно это знание определяет реальность как раз теми способами, которые нам нужно изучить».

 

Во-вторых, были разработаны различного рода экспериментальные процедуры для разрушения обыденного порядка (breaching experiments), с помощью которых обыденные действия по восстановлению (производству) осмысленности и упорядоченности обыденных взаимодействий и сред делаются видимыми.

= Эти процедуры используются как «демонстрации». Хотя этнометодология и оперирует постоянно экспериментальными данными, сами эти эксперименты не являются в полном смысле слова исследовательскими методами; это «tutorial experiments».

 

(Соединение теоретических интересов с эмпирическими исследованиями.)

 

 

РАЦИОНАЛЬНАЯ ОПИСУЕМОСТЬ обыденного мира и его черт — одна из главных тем в этнометодологических исследованиях.

 

Притча 2: Инопланетный социолог прибыл на Землю для проведения полевого исследования. Вскоре он обнаружил удивительную вещь: жители Земли, где бы они ни находились и в какую бы социальную ситуацию ни включались, беспрестанно занимались тем, что взаимно описывали и объясняли друг другу, что они делали в прошлом, что делают в настоящий момент и что собираются сделать в будущем. В итоге он пришел к следующим выводам:

1) Люди постоянно заняты описаниями и самоописаниями.

2) Поведение в этих описаниях представляется мотивированным, т.е. осмысленным.

3) Существуют разные виды описаний: деятели разных типов спорят относительно правильности представленных описаний и выдвигают альтернативные.

4) В описания трактуются объекты и явления в определенных контекстах; в то же время сами эти описания оказываются явлениями в этих же самых контекстах; так что факты описания организуют эти самые контексты.

 

Итак: в своей повседневной жизни люди постоянно заняты тем, что описывают друг другу мир и самих себя. — Они делают это постоянно: чем бы они в любой данный момент ни занимались, они, помимо прочего, заняты и описаниями.

 

Эти описания могут быть вербальными (например: «это лекция»). — Но они могут быть и не высказанными в речи. — Они могут быть и невербальными (язык — не единственное средство внешней экспрессии и коммуникации).

 

Эти описания (accounts) являются одновременно и объяснениями. — Они дают рабочее объяснение того, что происходит, вполне достаточное для обывателя с точки зрения его текущих практических целей.

 

Эти описания рациональны: они делают обыденные действия «очевидно разумными и практически объяснимыми». (Миру повседневной жизни свойственна эта особая рациональность, отличная от формальной научной рациональности.)

 

Эти описания встроены (инкорпорированы) в повседневные действия как их неотъемлемая часть. — Рациональная описуемость трактуется так «текущая практическая реализация» (или «текущее практическое свершение»).

 

 

РЕФЛЕКСИВНОСТЬ: качество повседневных практических действий:

 

= смысл производится самими практическими действиями в повседневных контекстах: не то чтобы действие исходило из заранее готового смысла, скорее сам смысл продуцируется действием: совершающееся действие создает текущий контекст, в который само же после этого и помещается (в «нормальном» случае).

 

Парадоксальное следствие: смысловые образования, создаваемые профессиональными социологами, являются не объективным описанием действительного социального мира, а порождением их повседневной практической деятельности.

 

Таким образом: практические действия заключают в себе методы, делающие эти действия очевидно разумными и практически объяснимыми (accountable).

Эти методы и изучаются этнометодологией. (Повторить еще раз: именно эти методы придают обыденным средам свойства рациональности, понятности, нормальности. Пример с психотерапией показывает: для студентов обыденная ситуация в полной мере обладала этими свойствами. — И так везде и всегда.)

 

Эти методы обеспечивают и поддерживают ОБЩИЕ ПОНИМАНИЯ:

(или, по крайней мере, видимость того, что общие понимания есть)

 

Пример: (из исследований обыденных разговоров)

 

Муж: Дана сегодня сам опустил монету в счетчик.

Жена: Ты брал его с собой за пластинками?

 

Различение: то, о чем в действительности идет речь, не совпадает с тем, что говорится фактически. — Реально передается гораздо больше информации:

 

Муж: Сегодня, когда я вез Дану, нашего четырехлетнего сына, домой из детского сада, он смог дотянуться и опустить монету в счетчик парковки, когда мы остановились в платной зоне, тогда как раньше мне всегда приходилось брать его для этого на руки.

Жена: Раз он опускал монету в счетчик, значит, вы останавливались, когда он был с тобой. Я знаю, что ты останавливался у магазина грампластинок или когда ехал за ним, или по пути домой. Было ли это на обратном пути, когда он был с тобой, или ты заезжал за пластинками, когда ехал за ним, а с ним остановился в другом месте?

 

Любой разговор (и вообще любое взаимодействие) происходит на относительно непроблематичном фоне общих пониманий, или общего знания, которым (как предполагается) обладают участники. — Понятие «фоновых ожиданий».

 

Путь раскрытия содержания этого знания ведет в бесконечность: этнометодологию же интересуют методы.

 

 

Один из методов (в приведенном примере) связан с неопределенностью языка:

 

ЕСТЕСТВЕННЫЙ ЯЗЫК обладает сущностной неопределенностью. — Это значит, что контекст, создаваемый естественно-языковыми описаниями, обладает неопределенностью и открытостью. — Более того, он должен обладать такой неопределенностью, и члены обязаны своими действиями ее поддерживать: этим обеспечивается возможность включения других в совместную деятельность (и вместе с тем обратная возможность исключения из совместной деятельности других, не разделяющих с участниками общих фоновых пониманий, знаний, ожиданий). — Люди ожидают от других выполнения этой негласной обязанности и отвечают на ее невыполнение негативными санкциями.

 

Пример 1: неуместность замены кратких высказываний («выражений») полными (или «многословными») в разговоре мужа и жены о новом достижении сына (см. выше).

Пример 2: абсурдность высказывания мужа в день свадьбы: «Я тебя люблю. А что я подразумеваю под любовью — посмотри в энциклопедии Брокгауза».

 

Понятие «членства»: «член» трактуется в этнометодологии как «владение естественным языком». — Это аналитическое понятие, заимствованное у Парсонса, но существенно переосмысленное. — Невозможность его замены на более привычные термины «актор», «агент», «личность» (тем более «человек», «индивид»)

 

 

Другие методы: нормализация.

 

Примеры: эксперименты по нарушению рутинного хода взаимодействия:

(1) игра в крестики-нолики;

(2) «как дела?» — расспросы;

(3) домашние эксперименты «постоялец».

 

«Нормализация» состоит в том, чтобы тем или иным способом восстановить черты нормальности, знакомости, рутинности и понятности в ситуации, когда действия одного из участников не поддерживают предполагаемый изначально общий контекст. («Болен», «перетрудился», «дурак», «не в своем уме» и т.д.).

 

То, что здесь обнажается, присутствует в обыденной жизни постоянно.