Границы текста

Роль журналиста в организации диалога

 

Журналисту принадлежит инициатива диалога: он приглашает собеседника или собеседников; он, как правило, начинает беседу. Е.В.Клюев очень интересно мотивирует ответственность этого момента: «”Начать” уже само по себе означает “счесть себя вправе начать” и “взять на себя ответственность за продолжение и завершение”. Предполагается, что именно “начавший” держит в своих руках “бразды правления” – схему взаимодействия – и что от “начавшего” во многом зависит, насколько успешно данная схема будет реализована в ходе коммуникативного акта. Это настолько обязательно, что при потере инициатором коммуникативного акта “нити” собеседник отнюдь не всегда обязан (хотя чаще всего, по разным причинам, и обязывает себя) помогать ему – напротив, никто не запрещает собеседнику покинуть речевую ситуацию практически под любым предлогом» (Клюев 1998: 13).

Все сказанное прямо приложимо к деятельности журналиста, собирающегося взять у кого-то из нас интервью. У него есть некий замысел разговора, он должен найти более или менее подходящее начало диалога, а в конце – выход из него. На протяжении разговора именно журналисту приходится следить за развитием беседы и «держать курс» (порой, как мы увидим, в весьма непростых условиях). Наконец, бывают ситуации, когда намеченное в собеседники лицо уклоняется от разговора или прерывает его. Мы нередко наблюдаем это на телеэкране, когда журналист берет интервью на улице или пытается обратиться к должностному лицу с вопросом, не совсем приятным для последнего.

 

 

В зачине обычно представляется собеседник, журналист может представить себя (хотя это делается и в представлении передачи другим лицом на радио, в надписях на телеэкране и т.п.). Например, регулярно в начале передачи «Особое мнение» на «Радио России», о которой уже сообщено: «”Особое мнение” с Игорем Гмызой», журналист говорит: «Игорь Гмыза – это я». Таким образом, ведущего в подобных передачах мы знаем, нередко это постоянный ведущий, знакомый слушателям и телезрителям по прошлым передачам. Необходимо представить собеседника, а также обозначить тему разговора. По большей части делается это без всяких затей. Вот начало программы «Апельсиновый сок» (НТВ. 2004. 28 нояб.):

Владимир Соловьев, ведущий. Здравствуйте. На Украине неспокойно. Поговорить о большой проблеме я пригласил Глеба Павловского – президента Фонда эффективной политики. Доброе утро, Глеб Валерьевич!

Глеб Павловский. Доброе утро.

То же самое в «Музыке по пятницам» (Радио России. 2001. 6 нояб.):

Здравствуйте. Это программа «Музыка по пятницам», у микрофона Дмитрий Добрынин. Сегодняшняя передача поднимет интересный пласт в популярной отечественной музыке, стиль которой до сих пор не определен. Для меня эта музыка характеризуется короткой аббревиатурой ВИА – вокально-инструментальный ансамбль. Почему группы того времени назывались так и насколько их официально разрешенное творчество оказывало влияние на молодежь? Их песни – это искусство или необходимость? Об этом и о многом другом расскажет в прямом эфире мой сегодняшний собеседник – руководитель вокально-инструментального ансамбля «Пламя» Сергей Березин.

Сергей Березин. Здравствуйте, дорогие друзья.

Однако в ряде случаев зачин создается более сложный. Он может включать различную дополнительную информацию. Например, в студийном интервью ведущий сообщает о том, что прочитал какую-то публикацию собеседника и сейчас хочет получить дополнительные сведения (или, допустим, считает, что эта информация будет интересной для аудитории канала, и т.п.). Может сообщаться о предварительных разговорах с собеседником. В общем, никаких ограничений здесь нет. Все зависит от объема программы, эфирного времени и т.д. Покажем зачины такого типа на двух примерах.

«От первого лица». Ведущая Наталья Бехтина (Радио России. 2006. 14 марта):

Недавно в газете «Время новостей» состоялась публикация – интервью под названием «России нужен культурный НЭП». «Культура в последнее время изъята из сферы актуальности. Никто никогда не заикается, что главные драмы нашего развития – от превратных представлений народа о сути происходящего до недоверия всех ко всем, от морального попустительства до тотальной коррупции – разыгрываются именно в сфере национальной культуры», - утверждал гость нынешнего эфира – человек, отвечавший на вопросы журналиста издания, Даниил Борисович Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино», социолог, член президиума Совета по культуре и искусству при Президенте Российской Федерации.

Наталья Бехтина. Думаю, аудитория «Радио России» целиком на вашей стороне. Но что все-таки вы понимаете под «культурным НЭПом»?

Как видим, журналист показывает и аудитории, и собеседнику, что беседа будет строиться не на пустом месте, что инициатор диалога осведомлен о взглядах собеседника, интересуется его мнением и готов содействовать тому, чтобы эти взгляды были представлены широкой аудитории.

Еще более сложным может оказаться зачин, если разговор происходит не в студии. Покажем начало программы «Герой дня без галстука». Ведущая Ирина Зайцева. Ее собеседник – Олег Меньшиков (НТВ. 2001. 3 марта):

И.З. Здравствуйте. Вы смотрите программу «Герой дня без галстука». Олег Меньшиков. Это имя произносят с разными интонациями, но, как правило, с восхищением. Как ему удалось стать кумиром миллионов – его тайна. Ведь говорят, что у него за плечами нет такого уж огромного количества ролей. Еще говорят, что далеко не все фильмы с его участием становились событием и что амплуа у него нет. А сам он рассказывает, что преподаватели в Щепкинском училище считали его комическим актером, а теперь он слышит, как его называют последним русским трагиком. Достоверно известно лишь то, что в 35 лет он получил премию «Триумф» с формулировкой «Великому русскому актеру». Что он за человек, еще одна его тайна. Разгадывать такие тайны умеют немногие. Однажды Меньшиков спросил у известного театрального режиссера Петра Фоменко, не производит ли он впечатление нахала. «Нет, - ответил Фоменко. – Вы, Олег, не производите впечатление нахала. Вы просто производите впечатление». (Далее Олег Меньшиков играет на рояле и поет песню.)

И.З. (за кадром). Вообще-то два часа ночи, глаза слипаются, а Олег Евгеньевич Меньшиков распевает о погоне. Для него, как и для его коллег-актеров, подобная бодрость в это время суток – нормальное состояние после блестяще сыгранного спектакля. Оттого, как в песне поется, «и усталость у них забыта, и колышется стяг, и нет им покоя». А началась на самом деле наша встреча в 10 часов утра. Звезда российского кинематографа играл в футбол. Потом Олег Евгеньевич с друзьями отправился в баню, у них принято после игры. Мы тоже времени зря не теряли: готовились к встрече у него дома. И вот чудное мгновенье. Наигравшийся и напарившийся хозяин наконец вернулся домой.

О.М. Здравствуйте.

И.З. (открывает дверь, смеется). Здравствуйте, проходите. Ничего, что я…

О.М. …Запускаю… Нет, прекрасно, нравится… Замечательно.

Как видим, по законам жанра («герой дня без галстука») адресат программы вводится в атмосферу разговора (герой дома, с утра играл в футбол, был в бане, журналист еще до возвращения героя освоился в его доме, встретил его после игры в футбол, провел здесь целый день и в два часа ночи слушает песенку, которую исполняет актер, наигрывая себе на рояле).

Концовки диалогов довольно однообразны: заканчивается очередная обсуждаемая с героем мысль и сообщается о конце разговора, может еще раз быть названо имя собеседника, сообщено собственное имя ведущего, название передачи. Например, «Герой дня без галстука» с той же ведущей (НТВ. 2001. 24 марта) заканчивается так:

Владимир Спиваков. Критические статьи сейчас очень в моде… Люди… ты еще не умер, а тебя уже везут. Ты спрашиваешь: «Куда вы меня везете?» Они говорят: «Мы везем тебя в морг» – «Но я же еще не умер» – «А мы еще не доехали, но мы тебя все равно будем везти» Понимаете, они вот сейчас везут, они создают такую атмосферу. Нехорошую атмосферу отсутствия воздуха… не только для меня, а для многих артистов, которые сейчас, в общем, страдают от этого.

И.З. (за кадром). Но, видимо, еще долгое время критики, специализирующиеся на Спивакове, не останутся без работы. Ведь график концертов маэстро уже сейчас расписан до 2005 года.

И.З. (в кадре). Вы смотрели «Герой дня без галстука» В следующий раз наша программа выйдет в эфир 7 апреля, в 19.45, на канале НТВ.

Владимир Познер подводит итог беседы в программе «Времена» (ОРТ. 2001. 2 дек.):

Ну что ж, вам всем спасибо, просто у нас со временем лимит. Я бы хотел завершить следующей своей точкой зрения. Все-таки для того, чтобы империя какая-либо развалилась, она должна прогнить изнутри. Да, она может развалиться под внешними ударами, ну, скажем, как Рим под ударами варваров, она может развалиться изнутри в результате революций, но для этого она должна быть гнилой, она не может больше стоять. Я думаю, что вот этот советский строй действительно просто прогнил и больше не мог держаться. Я думаю, что это надо принять, понять и пойти дальше. Потому что очень многие держатся за это, и, мне кажется, это очень замедляет наше движение. Это первое. Второе. Когда-то Черчилль сказал, что не может предсказать, как поступит Россия, поскольку Россия – это загадка, завернутая в тайну, завернутую в головоломку. Вот эта точка зрения на Россию существует веками, я думаю, это потому, что Россия никак не могла определиться, она стремилась всегда к какому-то особому, отдельному, специальному пути, не желая понять, что она – такая же страна, как все. Конечно, со своими чертами, но часть мира, а не чего-то совсем отдельного. И вот сейчас, как мне кажется, впервые за многие века, что-то такое меняется в этом смысле. Если это так, то я думаю, что нас ждут нормальные, человеческие времена…

Некоторые ведущие создают для своих программ клишированные концовки. Например, Виталий Ушканов заканчивает выпуски программы «Персона грата» на «Радио России» тремя короткими вопросами к собеседнику. Концовка называется «Блиц».

Мы подробно рассмотрим роль журналистских вопросов в интервью. Но до этого необходимо показать, как ведущий (инициатор диалога) организует разговор. О начале и окончании его мы уже сказали. Теперь рассмотрим направляющие действия ведущего. Это во многом зависит от того, сколько у него собеседников, есть ли «внутренняя» аудитория, есть ли звонки прямого эфира, какого характера диалог ведется (диалог-спор, конечно, требует иного поведения ведущего, чем спокойное обсуждение проблемы).