II. ПУТИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА 3 страница

Анализируя текст годичного послания Дж. Монро конгрессу, Тейль
в шифрованном донесении из Вашингтона отмечал «резкое различие»
(une difference prononcee) между «тоном конфиденциальной амери-
канской ноты» и «стилем послания президента» 2 декабря 1823 г. «При-
мечательно, что г-н Адамc вновь передал мне первый из этих докумен-
тов, помеченный, как и прежде, его старой датой 27 ноября и подверг-
нутый существенным изменениям (modifications essentielles) вследствие
моих замечаний после появления послания». По мнению царского дипло-
мата, как в первом, так и во втором документе правительство Соединен-
ных Штатов проявило «чувство предпочтения» (un sentiment de preferen-
ce) к русскому императору47.

Объясняя позднее цели своих действий, Дж. К. Адамc отмечал, что
Александру I было легче пойти на уступки Соединенным Штатам, в ча-
стности отказаться от сентябрьского указа 1821 г. о статусе и грани-
цах русских владений на Тихоокеанском севере, учитывая твердую пози-
цию, занятую Вашингтоном в отношении Великобритании, и особенно
неприемлемость для нее принципа «неколонизации» 48.

Для понимания общего характера принципов доктрины Монро важно
учитывать не только три разрозненных параграфа, относящихся к внеш-
ней политике, но и текст президентского послания в целом. Весьма по-
казательно, в частности, что в тексте послания содержался призыв к
укреплению системы протекционизма. Подтверждая стремление к поощре-
нию американской промышленности, президент рекомендовал пересмот-
реть тариф в целях дополнительного ограждения тех видов продукции,
которые США готовятся производить или которые связаны с обороной
или независимостью страны. Новый протекционистский тариф, существен-

46 Perkins D. A History of the Monroe Doctrine. Boston, 1963, p. 155—161, 354 etc.; Lo-
gan J. A., Jr.
No Transfer: An American Security Principle. New Haven, 1961.

47 Ф. В. Тейль — К. В. Нессельроде, 9(21) декабря 1823 г.—АВПР, ф. Канцелярия,
д. 12213, л. 95.

48 Дж. К. Адамc — Р. Рашу, 17 сентября 1831 г.— Pacific Historical Review, 1979, Aug.,
vol. 48, N 3, p. 414, 417. Примерно аналогичные соображения позднее высказывал
и Дж. Кэлхун, отмечавший, что декларация о колонизации явилась делом рук
Дж. К. Адамса и была направлена «против Англии, как и против России», причем
в отношении первой «в такой степени, что она отказалась сотрудничать с нами»
в урегулировании противоречий на Северо-Западе. См.: The New York Daily Tri-
bune, 1859, Dec. 21.


но повысивший пошлины на ввозимые товары, был принят конгрессом
уже весной 1824 г. Националистические идеи в сфере внешней политики
сочетались тем самым с укреплениeм системы протекционализма внутри
Соединенных Штатов.

Еще более важно обратить внимание на заключительную часть посла-
ния, где рост могущества и благосостояния Соединенных Штатов прямо
связывался с экспансией. «В первое время,—указывалось в послании,—
половина территории в пределах наших признанных границ была необи-
таемой и дикой. С тех пор была присоединена новая территория огром-
ных размеров, охватывающая много рек, в частности Миссисипи, навига-
ция по которой к океану имела колоссальное значение для первоначаль-
ных штатов. По всей этой территории наше население расширялось во
всех направлениях, и образовались новые штаты в количестве, почти
равном числу тех, которые составили первый костяк нашего Союза. Эта
экспансия нашего населения и присоединение новых штатов оказали сча-
стливейшее влияние на все высшие интересы Союза, чго в огромной мере
увеличило наши ресурсы и прибавило нам силу и достоинство державы,
признанной всеми» 49.

Хотя в целом доктрина Монро была сложным и противоречивым яв-
лением, главной в ней в конечном итоге оказалась тенденция к нацио-
нализму и экспансии, к укреплению и расширению сaмостоятельных по-
зиций Соединенных Штатов в западном полушарии. Неудивительно по-
этому, что в будущем ее принципы в первую очередь использовались не
для защиты, а против стран Латинской Америки, а также против Вели-
кобритании и других европейских стран, как конкуренгов Соединенных
Штатов в борьбе за влияние в западном полушарии. Туманный характер
формулировок и сама форма доктрины, провозглашенной в виде посла-
ния президента конгрессу и не оформленной даже в качестве обыкно-
венного законодательного акта, позволили правительству Соединенных
Штатов в каждом конкретном случае приспосабливать доктрину к меняв-
шейся исторической обстановке.

3. РУССКО-АМЕРИКАНСКИЕ КОНВЕНЦИИ
И ДОГОВОРЫ

Как только известие о послании президента Монро от 2 декабря
1823 г. пришло в Европу, британский министр иностранных дел Дж. Кан-
нинг поспешил заявить, что оно направлено главным образом против
России. Попытка британского министра возбудить недовольство Петер-
бурга успеха не имела, но получила развитие в трудах ряда западных
историков. В литературе отмечалось также, что Россия, заключив кон-
венцию от 5(17) апреля 1824 г., отступила перед лицом объединенных
действий США и Англии и в результате провозглашения доктрины Мон-
ро 50.

Изучение документальных материалов не подтвердило подобных ут-
верждений. Более того, совместные действия США и Англии в перегово-

49 A Compilation of the Messages and Papers of the Presidents, vol. 2, p. 219—220.
50 X. А. Ливен— К. В. Нессельроде, 2(14) января 1824 г.— АBпР, ф. Канцелярия,
Д. 6931, л. 68; Temperley H. The Foreign Policy of Canning, 1822—1827. L., 1925,
p. 104; Окунь С. Б. Российско-американская компания. М.; Л., 1939, с. 82.



II. ПУТИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА


ОТ «ЭРЫ ДОБРОГО СОГЛАСИЯ» К «ДЖЕКСОНОВСКОЙ ДЕМОКРАТИИ»



 


рах с Россией по урегулированию противоречий на Северо-Западе Аме-
рики намечались до провозглашения доктрины Монро, но после того
как Дж. Каннинг узнал о выдвижении Соединенными Штатами «прин-
ципа неколонизации», он решительно отказался действовать совместно с
американцами. Совсем иной оказалась реакция руководителя ведомства
иностранных дел России К. В. Нессельроде, который уже в самом начале
переговоров с американским посланником в Петербурге Г. Миддлтоном
предложил не касаться абстрактных принципов, а перенести дискуссию
в сферу действительных фактов и урегулировать разногласия на наибо-
лее приемлемой для «взаимных интересов почве» 51.

Окончательные условия конвенции, согласованной во время перегово-
ров Г. Миддлтона с К. В. Нессельроде и П. И. Полетикой весной 1824 г.,
отражали общую умеренную и примирительную позицию правительства
России. Известно, что указом 1821 г. южная граница российских владе-
ний в Северной Америке расширялась вплоть до 51-й параллели. В соот-
ветствии с инструкциями Дж. К. Адамса Миддлтон настаивал на
55-й параллели. Нессельроде согласился на установлении границы по
54°40/ с. ш., что обеспечивало удержание за Россией о-ва Принца
Уэльского.

Особенно настойчиво американский представитель добивался свободы
торговли и рыбной ловли у северо-западных берегов Америки. И в этом
вопросе, стремясь к сохранению дружественных отношений с Соединен-
ными Штатами, Россия пошла на уступки, согласившись на установле-
ние взаимной свободы торговли и навигации на Северо-Западе Америки
сроком на 10 лет (одновременно предусматривалось запрещение торгов-
ли спиртными напитками, огнестрельным оружием, порохом и т. п.) 52 .
Пересылая ратифицированный текст конвенции в Вашингтон, К. В. Нес-
сельроде в письме Ф. В. Тейлю 20 мая (1 июня) 1824 г. утверждал, что»
это соглашение закрепляет границы российских владений в Северной
Америке и даже распространяет их за первоначальные пределы. С дру-
гой стороны, в кругах Российско-американской компании (РАК) конвен-
ция с Соединенными Штатами вызвала крайнее неудовольствие. После-
довали многочисленные записки и протесты, в которых, в частности, ука-
зывалось, что разрешение американским купцам и зверопромышленникам
торговать в российских владениях грозит компании самыми тяжелыми
последствиями. По словам директоров РАК, «дозволенное совместниче-
ство иностранцев» менее, «нежели в десять лет», не только разорит ком-
панию, но и лишит российское государство «обильного источника богат- .
ства, открытого предприимчивостью, трудами и пожертвованиями eгo
подданных, из которого в течение столетия отдаленный и суровый край
почерпал жизнь и силу».

Руководство РАК писало: «В калитку невозможно провезти того, что
провозится в ворота». Получив свободный доступ в российские владе-
ния, американские торговцы будут сами «промышлять» и ловить зверей,
а также «предпочтительно от самих коренных жителей приобретать все
тo, что они получают от компании... Должно только вообразить, что се-

51 Подробнее см.: Волховитинов Н. Н. Русско-американские отношения, 1815—1832,.
с. 262—265 и др.

52 Полное собрание законов Российской империи, собрание 1-е. СПб., 1830, т. XXXIX,.

с. 252—253.


ления наши не составляют более двух тысяч жителей, в том числе до
500 русских, рассеянных на пространстве нескольких тысяч верст,
итогда откроется, сильны ли они противустать совместничеству предпри-
имчивых, богатых капиталами и многочисленных американских купцов

издавна стремящихся к разрушению нашей компании...» 53.

Протесты РАК практических результатов не дали. Сторонники расши-
рения русского влияния в бассейне Тихого океана и Северной Америки
(Н. П. Румянцев, Н. С. Мордвинов и др.) к этому времени уже утрати-
ли прежние позиции, а в политике России на Северо-Западе Америки к
концу первой четверти XIX в. возобладали консервативные и охрани-
тельные тенденции, выразителем которых был К. В. Нессельроде.

Мнение главы ведомства иностранных дел в конечном итоге оказалось
решающим, и это исключило возможность для компании добиться пере-
смотра условий конвенции с США и аналогичного соглашения с Вели-
кобританией. Представляя императору осенью 1826 г. повторные жалобы
компании, К. В. Нессельроде писал; «Многие их предложения, как, на-
пример, конфискация кораблей с грузом, осмотр их в море не в военное
время и купеческими судами, противны и общему праву, и точным ус-
ловиям договоров с Англией и Америкой». По заключению министра,
высказываемые компанией опасения противоречили ее собственным инте-
ресам и «достоинству двора нашего» 54.

Что касается Соединенных Штатов, то там не скрывали своего удов-
летворения заключенным соглашением с Россией. Как отмечал президент
Монро, договор относительно Северо-Западного побережья и Тихого океа-
на предоставляет США все, о чем они могли бы просить или желать 55.
Успешными для Соединенных Штатов в конечном итоге оказались и
длительные переговоры о заключении торгового договора с Россией. Сле-
дует отметить, что на заключительном этапе их успеху способствовали
умелые действия американского посланника Дж. Бьюкенена, который
вскоре после прибытия в Петербург летом 1832 г. сумел установить близ-
кие и доверительные отношения с К. В. Нессельроде и Николаем I.
В инструкциях госдепартамента о заключении торгового договора с
Россией отмечалось, что такое соглашение было бы крайне выгодно для
Соединенных Штатов. Дж. Бьюкенен, однако, с момента начала перегово-
ров строил свою аргументацию на доказательстве выгодности тех или
иных условий договора для русской стороны. Так, чтобы убедить своих
собеседников в выгодах и значении торговых связей между Россией и
США, Бьюкенен познакомил К. В. Нессельроде и Ф. И. Бруннова с таб-
лицей экспорта российских промышленных товаров на американских су-
дах из Петербурга, составленной американским генеральным консулом
А., П. Гибсоном. Из таблицы следовало, что за последние шесть лет
(1826—1831 г.) на долю американских кораблей приходилось более
2/з экспорта таких товаров, как пенька, парусина и пр. За тот же период
на американских кораблях было вывезено 2657 тыс. пудов полосового же-

53 Записка РАК Е. Ф. Канкрину от 12(24) июля 1824 г., подписанная М. Булдаковым,
А. Севериным, И. Прокофьевым и К. Рылеевым.— АВПР, ф. Канцелярия, оп. 468,
1826 г., д. 2995, л. 75—81.

54 К. В. Нессельроде — Николаю I, 27 октября (8 ноября) 1826 г.— АВПР, ф. Канце-
лярия, оп. 468, 1826 г., д. 2995, л. 179—180. См. также л. 192—199 (мемуар Д. Блу-
дова).

55 The Writings of James Monroe, vol. 7, p. 41, 42.



II. ПУТИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА


ОТ «ЭРЫ ДОБРОГО СОГЛАСИЯ» К «ДЖЕКСОНОВСКОЙ ДЕМОКРАТИИ»



 


леза (bar iron), что составило более половины общего экспорта железа
из Петербурга (4559 тыс. пудов) 56.

Наконец, чтобы преодолеть последние проволочки и затруднения,
Бьюкенен, предложил приурочить подписание договора к именинам Нико-
лая Павловича. Многоопытному в подобных делах Нессельроде эта идея
понравилась, и подписание договора состоялось 6(18) декабря 1832 г.
В соответствии со ст. 1 торговля и мореплавание между владениями
обеих сторон объявлялись свободными и основанными на взаимности.
Жителям обеих стран разрешалось торговать во всех местах, где допу-
скалась иностранная торговля. Предусматривалось свободное ведение дел
«с тем, однако же, что они подчинены будут существующим там законам
и учреждениям», Ст. 2 предусматривала распространение преимуществ,
которые одна из сторон предоставит в области торговли и навигации ка-
кой-либо нации, на другую договаривающуюся сторону. Что касается
общей таможенной политики каждой из договаривающихся сторон, то
она оставалась вполне автономной п условиями договора не затрагива-
лась. «Всякий товар и предметы торговли,— гласила ст. 3,— которые
могут быть законно привозимыми в гавани Российской империи и на рос-
сийских судах, будет дозволено привозить также и на судах Американ-
ских Штатов, с платежом только таких пошлин или сборов, которые под
каким бы ни было видом или названием взиматься будут... с таких же
товаров или предметов торговли, привезенных на российских судах». Ана-
логичное условие распространялось «во взаимство» и на товары, приво-
зимые в США на российских судах.

Каждой из договаривающихся сторон предоставлялось право иметь
«консулов, вице-консулов, агентов и комиссаров по своему выбору с тем,
что они пользоваться будут такими же правами и преимуществами, ка-
кими пользуются определенные в спх званиях от наиболее благоприят-
ствуемых правительств» (ст. 8). Особо оговаривалось (ст. 9), что «помя-
нутые консулы, вице-консулы или торговые агенты будут вправе требо-
вать от местных начальств помощи для отыскания, взятия под стражу,
задержания и заключения в тюрьму дезертиров с военных и купеческих
судов, принадлежащих государству, таковых агентов определившему» 57.
Оценивая значение подписанного в декабре 1832 г. договора между
Россией и Соединенными Штатами, следует подчеркнуть, что Бьюкенену
удалось добиться включения в текст соглашения принципа наибольшего
благоприятствования, который стал официальной основой для всего по-
следующего развития русско-американских торговых связей в XIX в.
Россия практически не имела специальных торговых соглашений с други-
ми странами, если не считать ее ближайших соседей — Пруссии и Шве-
ции. Договор с США был, таким образом, лишь третьим актом подобного
рода, и это обстоятельство не могло не придать ему в глазах современни-
ков дополнительный смысл и значение.

Кроме того, могущественная Россия представляла собой в то время
более важного, чем США, политического партнера. Не случайно поэтому
сенатор Томас Бентон в качестве одной из заслуг администрации
Э. Джексона указал на подписание «важного договора с великой держа-

56 National Archives (NA), Record Group (RG), Diplomatic Despatches, Russia, vol. 12,
N .9, Doc. C.

57 Сборник торговых договоров, заключенных Россией с иностранными государства-
ми. СПб., 1912, с. 461—467.


вой». Заключение «давно желанного договора» было, по отзыву сенатора,
крупным событием для Соединенных Штатов. И хотя ничего существен-
ного не было добавлено к тем привилегиям, которыми на практике поль-
зовались американцы в России, факт подписания договора придал ту ста-
бильность и уверенность в их сохранении, которые столь необходимы в.
торговых делах 58.

Президент Э. Джексон в годичном послании конгрессу отметил, что
«дружественные отношения, которые всегда поддерживались между Со-
единенными Штатами и Россией, получили дальнейшее развитие и были
закреплены договором от 6(18) декабря прошлого года...». Благодаря ли-
беральным условиям этого договора будет развиваться процветавшая и
увеличившаяся торговля, что, в свою очередь, «придает новые мотивы
той взаимной дружбе, которую обе страны до сих пор питали в отноше-
нии друг друга» 59.

Пересылая российскому поверенному в делах в Вашингтоне К. Ф. Са-
кену текст только что подписанного договора, глава ведомства иностран-
ных дел выражал надежду, что этот акт, несомненно, окажет благоприят-
ное влияние на отношения между Россией и Соединенными Штатами и
что жители обеих стран смогут отныне с возросшим рвением заниматься
торговыми делами 60.

Хотя в этих оценках имелось известное преувеличение, в целом тор-
говые связи между Россией и США развивались более или менее успеш-
но. «Мы практически располагаем монополией на торговлю сахаром, по-
требляемой во всей этой империи...— с гордостью сообщал из Петербур-
га Дж. Бьюкенен летом 1833 г.— За последний год только этого товара
на наших судах в Россию привезено 37 370 818 фунтов» 61. Крупнейшим
американским торговцем в Петербурге в 20—30-х годах XIX в. оставался
Дж. Д. Льюис из Филадельфии. Лишь в 1832 г. на имя Льюиса было
привезено товаров на сумму в 10 369 636 руб.62 Активной коммерческой
деятельностью в России занимался также У. Роупс, учредивший в 1832 г.
новый американский торговый дом в Петербурге 63.

По своему характеру торговля США с Россией была «треугольной»:
американские корабли сначала привозили на о-в Куба продовольственные
и промышленные товары, затем грузились кубинским сахаром и отправ-
лялись в далекий Петербург, откуда возвращались домой с ценным гру-
зом полотен, пеньки и железа. В среднем в 1827—1839 гг. из Америки в
Россию доставлялось товаров на 20 447 тыс. руб. ассигнациями, в том
числе сахара 912,2 тыс. пудов (на 16695,7 тыс. руб.), кофе 36,3 тыс.
пудов (1174,2 тыс. руб.), красильного дерева на 1174,9 тыс. руб. и т. д.
С другой стороны, в США шло более половины всего экспорта русского
парусного полотна и равендука, более 2/з фламского полотна (96,9 тыс.

58 Benton Th. Op. cit., vol. 1, p. 605—606.

59 A Compilation of the Messages and Papers of the Presidents, vol. 3, p. 1241.

60 К. В. Нессельроде — К. Ф. Сакену, 8(20) декабря 1832 г.—АВПР, ф Посольство
в Вашингтоне, оп. 512/3, д. 37, л. 182, 201.

61 The Works of J. Buchanan: Vol 1—12/Ed. by J. B. Moore. Philadelphia, 1908—1911,
vol. 2, p. 377.

62 Государственная внешняя торговля 1832 года... («Реэстр о именных купцах»). Мно-
гочисленные документальные материалы о деятельности Дж. Д. Льюиса в Петер-
бурге сохранились в его бумагах в историческом обществе Пенсильвании. См.:
Historical Society of Pennsylvania, Lewis — Neilson Papers.

63 Kirchner W. Studies in Russian-American Commerce, 1820—1860. Leiden, 1975, p. 192—197.



II.ПУТИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА


ОТ «ЭРЫ ДОБРОГО СОГЛАСИЯ» К «ДжЕКСОНОВСКОЙ ДЕМОКРАТИИ»



 


кусков на 3412,3 тыс. руб.), а также существенное количество пеньки (199,2 тыс. пудов) и железа (358,8 тыс. пудов) 64.

В эпоху парусного флота сотни американских судов, бороздивших
океан, строились с использованием уральского железа, высококачест-
венной русской пеньки и парусины. Конечно, американцы умели выра-
щивать лен, изготовлять пеньку, выплавлять сталь и чугун, но их каче-
ство, по многим авторитетным отзывам, уступало аналогичным товарам
из России. Не случайно поэтому опытные американские моряки предпо-
читали употреблять морские снасти из русской пеньки, даже если она
обходилась в 2 раза дороже отечественной, кентуккской.

В целом, однако, объем и значение торговых связей между Россией
и США не следует преувеличивать. Вывоз товаров в Америку в 30-е
годы держался в среднем на уровне 4% российского экспорта, а ввоз из
Америки (включая колониальные товары) составлял примерно десятую
часть привозимых в Россию иностранных товаров. Введение железных
цепей вместо канатов и выделка парусов из хлопчатобумажной ткани
вели к серьезному уменьшению спроса на русскую пеньку. Все более
усиливалась и конкуренция американского зерна на европейских рынках.

Таким образом, в долгосрочном плане в связи с окончанием эпохи
парусного флота возможности для торговых связей между обеими страна-
ми становились менее благоприятными. Лишь хлопок из Соединенных
Штатов пользовался всевозраставшим спросом развивавшейся текстиль-
ной промышленности в России, и неудивительно, что вскоре он стал
главной и почти исключительной статьей американского экспорта65.

Наряду с торговыми связями важную роль в отношениях обеих стран
играли общие интересы в защите свободы нейтрального мореплавания,
восходившие еще к декларации Екатерины II о вооруженном нейтралите-
те 1780 г. Почти одновременно с провозглашением доктрины Монро в
декабре 1823 г. американский посланник в Петербурге Г. Миддлтон пред-
ставил на рассмотрение российского правительства предложение о заклю-
чении морской конвенции. Проект соглашения объединял все важнейшие
принципы вооруженного нейтралитета, запрещал захват торговых судов
воюющих держав и предусматривал отмену каперства 66.

Хотя царское правительство вполне благожелательно относилось к
содержанию предложенного соглашения, тем не менее оно обратило вни-
мание, что принципы, лежавшие в основе американского проекта, могут
быть проведены в жизнь только в результате согласия всех других мор-
ских держав. Не желая действовать сепаратно, правительство России за-
просило в феврале 1824 г. мнение других великих держав, оговорив при-
этом, что не хочет оказывать на них никакого давления. Не удалось
Соединенным Штатам склонить Россию к заключению морской конвен-

64 Материалы к пересмотру русско-американского торгового договора. СПб., 1912,
вып. 2, с. 4, 6. ;

63 По официальным данным, экспорт США в Россию в 1848 г. составил 1 135 501 долл.,
из которых на долю хлопка приходилось 852 198 долл. В 1859 г. соответственно —
5 650 423 и 5 432 422 долл. Как сообщал 28 октября 1859 г. американский консул
в Москве Ф. Клакстон, весь хлопок, который потреблялся в центральном промыш-
ленном районе России, поставлялся из Соединенных Штатов. См.: Kirchner W.
Op., cit., p. 46, 162—163; NA, RG 59, Despatches from the United States Consuls in
Moscow, 1857—1906, vol. 1.,

66 Г. Миддлтон — К. В. Нессельроде, 5 декабря 1823 г.— NA, RG 59, Diplomatic Des-
patches, Russia, vol. 10, N 34, Inc. A.


ции и в дальнейшем, в частности во время пребывания в Петербурге
Дж. Рэндолфа в 1830 г. и Дж. Бьюкенена в 1832—1833 гг. Решающим
фактором всякий раз оказывалась отрицательная позиция Велико-
британии.

Благоприятные условия для заключения формального соглашения
между Россией и США возникли лишь много позже, уже в годы Крым-
ской войны 1853—1856 гг. Соответственно государственный секретарь
США У. Дж. Марси предложил российскому посланнику в Вашингтоне
Э. А. Стеклю в апреле 1854 г. заключить морскую конвенцию, которая
подтвердила бы, что (1) флаг покрывает товар (т. е. груз, принадлежа-
щий гражданам воюющей стороны, не подлежит захвату, если находится
на нейтральном судне) и (2) нейтральная собственность на борту кораб-
ля воюющей стороны освобождается от конфискации (разумеется, исклю-
чая военную контрабанду). Инструктируя американского посланника в
Петербурге Т. Сеймура, Марси отмечал, что конвенция с Россией полу-
чит достаточную поддержку других государств, и эти положения станут
постоянными принципами международного права 67.

Петербург сразу же ответил согласием, и 10(22) июля 1854 г. У. Мар-
си и Э. А. Стекль официально подписали конвенцию о правах нейтраль-
ных держав на море 68. Как в России, так и в США морская конвенция
была встречена с большим удовлетворением. «Все газеты без различия
партийной принадлежности, — свидетельствовал Стекль, — говорят о выго-
дах, которые должны последовать за этим соглашением» 69.

В Соединенных Штатах понимали, что у обеих держав общий сопер-
ник. Именно поэтому отношения с Россией, несмотря на противоречия
и различия в политических системах, все эти годы продолжали оставать-
ся благожелательными. Всю выгоду таких отношений США ощутили уже
позднее, в годы гражданской войны 1861—1865 гг., когда позиция Рос-
сии стала важным фактором, противодействовавшим попыткам иностран-
ного вмешательства в конфликт между Севером и Югом.

4. НАЦИОНАЛЬНЫЕ РЕСПУБЛИКАНЦЫ У ВЛАСТИ

За внешним благополучием «эры доброго согласия» в Соединенных
Штатах все явственнее проглядывало глухое недовольство трудящихся
масс. «Общее недовольство правительством, не сконцентрированное в ка-
ком-либо определенном направлении... повсюду ищет руководителя...» —
записал в дневнике Дж. К. Адаме70. В рядах правящей республикан-
ской партии, представлявшей собой блок плантаторов-рабовладельцев
Юга с частью буржуазии Севера, опиравшийся в известной мере на под-
держку фермеров Запада, появились симптомы распада. Противоречивые
интересы отдельных районов и классов перерастали рамки старой респуб-
ликанской партии.

67 У. Марси — Э. А. Стеклю, 14 апреля 1854 г.; У. Марси — Т. Сеймуру, 9 мая 1854 г.—
NA, RG 59, Diplomatic Instructions, vol. 14; Dowty A. The Limits of American Iso-
lation: The United States and the Crimean War. N. Y., 1971, p. 78—79.

68 Documents on Russian-American Relations... / Ed. by S. S. Jados. Wash., 1965,
p. 14—15.

69 Э. А. Стекль — К. В. Нессельроде, 19(31) июля 1854 г.—АВПР, ф. Канцелярия,
1854 г., д. 167, л. 252—253.

70 Memoirs of John Quincy Adams, vol. 5, p. 128.



II. ПУТИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА


ОТ «ЭРЫ ДОБРОГО СОГЛАСИЯ» К «ДЖЕКСОНОВСКОЙ ДЕМОКРАТИИ»



 


Серьезное недовольство в стране вызывала антидемократическая си-
стема кокуса, в соответствии с которой окончательный выбор между со-
перничавшими кандидатами принадлежал членам конгресса, собиравшим-
ся на партийный съезд. С решительным протестом против подобной си-
стемы, как противоречащей духу конституции и свободе американского
народа, выступил, в частности, штат Теннесси. Хотя 14 февраля 1824 г.
кокус все же собрался, на нем присутствовала лишь небольшая часть
республиканских конгрессменов. Официальным кандидатом на пост пре-
зидента от республиканской партии стал министр финансов У. Крауфорд,
но практического значения это не имело 71. Еще ранее законодательное
собрание Теннесси выдвинуло кандидатуру генерала Э. Джексона, а Мас-
сачусетс поддержал государственного секретаря Дж. К. Адамса. В за-
падных штатах Кентукки, Огайо и Миссури кандидатом в президенты
был выдвинут спикер палаты представителей Г. Клей. Еще один претен-
дент — военный министр Дж. Кэлхун, которого выдвинула Южная Каро-
лина, в конечном итоге решил не рисковать и согласился баллотировать-
ся на пост вице-президента, где успех ему был фактически гарантирован.
Ни одному из кандидатов на пост президента не удалось собрать не-
обходимого большинства. На выборах 1824 г. Э. Джексон получил
143 544 голоса и 99 выборщиков, соответственно Дж. К. Адамc — 108 740
и 84; Г. Клей - 47 136 и 37; У. Крауфорд - 46 618 и 41.