Социально – политические идеи Екатерины 2. Большой наказ.

Проблема дифференциации направлений и течений в общественной мысли в России и на Украине втор. пол. 18 – перв. четв. 19 веке.

 

 

Императрице Екатерине II пришлось стать руководительницей русского дворянства как проводника западного влияния в русском обществе. Направление этого руководства зависело от двух условий: 1) от обстоятельств, определивших ее положение на престоле, и 2) от ее собственного отношения к западному влиянию.

Екатерина вступила на престол путем переворота и своим образом действий должна была оправдать такой революционный захват власти. Переворот вызван был тем, что прежнее правительство Петра III вооружило против себя русское обществобесцельным произволом и легкомысленным пренебрежением йрусским интересам. Екатерина, чтобы удержать и упрочить класть в своих руках, должна была действовать популярно, т. е. в национальном духе. Переворот совершен был дворянской гвардией; потому Екатерина должна была охранять интересы дворянства; следовательно, действовать консервативно. В чем состояли тогда интересы этого сословия? Мы видели, что положение дворянства существенно изменилось еще до июньского переворота 1762 г. вследствие отмены обязательной службы, а вместе с тем должны были измениться и его интересы, как и его отношение к западному влиянию. До этой отмены интересы сословия связаны были с обязательной службой, и между ними важное место занимало обязательное техническое образование, бывшее подготовкой к службе. Это образование черпалось сословием из западных источников, и в этом интересе преимущественно западное влияние поддерживалось правительством. Но по мере того как спадали с сословия тягости обязательной службы, ослабевала постепенно и его потребность в технических занятиях — военных, навигаторских, административных и других, каких требовала от него обязательная военная и административная его служба. С изданием закона 18 февраля 1762 г. центр тяжести интересов дворянства должен был переместиться из полков и канцелярий, где оно служило, в деревню, где оно владело миллионами десятин земли и крепостных душ. И здесь сословию предстояло много дела нового и непривычного. Состоя на службе и редко заглядывая в свое имение, дворянин не мог непосредственно руководить своим землевладельческим и душевладельческим хозяйством, предоставляя это старостам и приказчикам. Оттого это хозяйство шло очень неудовлетворительно, и в начале царствования Екатерины, по ее словам, до 150 тыс. крепостных крестьян бунтовали против своих господ, так что прихо­дилось посылать против мятежников военные команды с пушками . Чтобы найти себе здесь подходящее дело и повести его как следует, стать в надлежащие отношения к местному обществу, к земле и к крепостным крестьянам, дворянин должен был запастись привычками и знаниями, отличными от тех, какие он усвоял в казарме или канцелярии. В запасе европейской культуры ему нужно было теперь искать других вспомогательных средств, и сообразно с тем должна была измениться программа дворянского образования

Итак, Екатерине как руководительнице дворянства в eгo культурной миссии предстояло разрешить две задачи, соответствовавшие важнейшим интересам сословия в его новом положении: 1) указать или помочь ему найти себе новое дело, которое бы производительно наполнило досуг, открывшийся ему после издания закона 18 февраля, и 2) установить программу дворянского образования, соответствовавшую требованиям. этого нового дела.

Два важные затруднения предстояло Екатерине одолеть при разрешении этих задач. Одно из них заключалось в непривычке дворянства к такого рода труду, какой предстоял ему в деревне. Умные и деловые люди из среды этого сословия в первой половине XVIII в. сильно сомневались в способности современного дворянства перейти от исконных привычек службы к сельскохозяйственным занятиям. Известный А. П. Волынский, возражая против мысли освободить дворян от служебной повинности, чтобы дать им возможность заняться хозяйством в своих имениях, писал в 1730 г., что, и получив волю, дворяне в большинстве все равно не привыкнут трудом хлеб себе добывать и скорее будут промышлять разбоем и пристанодержательством. Другое затруднение заключалось в условиях положения самой Екатерины на престоле. Это положение, видели мы, обязывало ее действовать популярно, в национальном духе, и либерально, в духе идей века и настроения русского общества и вместе консервативно, в интересах дворянства, которому она так много была обязана. При консервативном дворянском образе действий она должна была и позаботиться о положении многочисленного крепостного класса, давно и сильно в том нуждавшегося, но эти заботы неизбежно привели бы ее в столкновение с интересами дворянства. Как вышла Екатерина из обоих этих затруднений?

Выход из этих затруднений указан ей был ее собственным отношением к западному влиянию. Из очерка ее жизни мы видели, что она рано стала знакомиться с французской литературой своего времени. Это была известная философско-политическая литература отвлеченных начал и радикальных приемов. Когда в ней трактовали о строении человеческого общества, то любили строить его на основаниях, выведенных из чистого разума и не испробованных в исторической действительности;когда заходила речь о существующем действительном23 истори-чрском обществе, то находили его заслуживающим только коренной ломки. Замечательно, что многие поклонники и поклонницы этой литературы, особенно за пределами ее родины, увлекались ее отвлеченными и радикальными планами не как желательным житейским порядком, а просто как занимательными и пикантными изворотами отважной мысли. К числу таких экзотических поклонниц принадлежала и Екатерина. Идеи французских публицистов внушали ей некоторые громкие правительственные меры, которые не переворотили русских порядков, но оказали заметное влияние на направление умов в русском образованном обществе, т. е. в дворянстве. Эти меры и помогли ей выйти из указанных затруднений, обнаружить либеральный образ действий, распространяя в этом обществе идеи века, и при этом не столкнуться с русским дворянством, охраняя господствующие интересы и порядки места. Вот как это случилось.

Вступив на престол с очень скудными представлениями о положении государства, Екатерина принялась внимательно изучать его, прилежно посещала заседания Сената, вслушивалась в рассуждения сенаторов, вникала в сенатские дела, расспрашивала всех и каждого, предпринимала ряд поездок, из которых особенно замечательно ее путешествие в «Азию», как она говорила, т. е. по Волге от Твери до Симбирска, весной 1767 г. Изучение правительственных дел, беседы со знающими людьми, личные наблюдения, собранные во время поездок, — все это показало ей, как много работы предстоит правительству по внутреннему устроению государства. Довольно неожиданно, с чего Екатерина нашла нужным начать эту работу. Она решила, что существующие законы «мало соответствуют положению империи» и только роняли, а не поднимали благосостояние народа, и потому ближайшая задача правительства состоит не в том, чтобы привести в порядок русское законодательство, на что указывали ей ближайшие сотрудники, а в том, чтобы заменить действующие законы совершенно новым кодексом. Посему она предпочла начать свою преобразовательную работу таким радикальным делом, и как она к нему приступила, это объясняется как ее положением на престоле, так и указанным отношением ее к современным политическим идеям Западной Европы, т. е. французской литературы. Приводя в порядок действующие русские законы, необходимо было согласить их с состоянием и потребностями народа, а для того нужно было хорошо знать это состояние и смело идти навстречу этим потребностям. Екатерина слишком многого не знала, а из того, что знала, многого не могла коснуться, не нарушая интересов лиц и классов, с которыми была слишком тесно связана. Так она постепенно была сбита со своей внутренней правительственной деятельности, с почвы живых практических интересов, и ей оставалась открытой только область общих гуманных идей и политических благожеланий. Случилось так, что ей самой приятно было работать в этой возвышенной и безобидной области. Мы видели, что она по направлению своего воспитания и по обстоятельствам жизни стала почитательницей французской литературы Просвещения и могла посвящать ее изучению много досуга. Она перечитала старых и новых корифеев этой литературы: Бейля, Вольтера, Монтескье и др. Из этого чтения и почтовых сношений с самими писателями она вынесла тот неопределенный туманный либерализм, далекий от практических вопросов и насущных потребностей жизни, которым страдали все поклонники этой литературы. Она сама называет себя в записках «рыцарем свободы и законности». В беглых заметках, написанных в первые годы ее царствования, она высказывает самые неосторожные политические идеи, например убежде ние, что государь всегда виноват, если подданные им недовольны. Таковы были средства, которыми располагала Екатерина для задуманного ею радикального преобразования русских законов: эти средства состояли в обильном запасе отвлеченных идей и прекрасных стремлений. Согласно с таким запасом она могла принять только философское участие в создании нового русского законодательства и другого принять не могла. Едва ли и надеялась на окончание кодификационного дела.

Для составления нового кодекса законов она решила созвать представителей от различных сословий; но чтобы дать надлежащее направление их деятельности, она предложила им в руководство свой известный Наказ.

«Наказ Уложенной комиссии 1767 г. для составления нового свода законов».

К середине 60-х годов у Екатерины возникли планы расширения социальной базы реформ путем созыва всесословной Комиссии для сочинения Уложения. В 1767 г. создается Уложенная комиссия, призванная разработать предложения по реформированию законодательства. В качестве инструкции Комиссии императрица составила «Наказ», в котором были сформулированы главные принципы будущего законодательства. В основу «Наказа» легли идеи Ш. Монтескьё, Д. Дидро, Ч. Беккариа[2]. Считается также, что на содержание «Наказа» оказало влияние и сочинение С. Е. Десницкого «Представление о учреждении законодательной, судебной и наказательной власти в Российской Империи».

«Наказ» - это обширное произведение философско-юридического содержания, в котором были рассмотрены наиболее значимые политико-правовые проблемы государственной организации и общественного устройства, важнейшие задачи правовой и внутренней политики Российского государства. По форме он представлял собой манифест, не содержащий, как правило, конкретных правовых норм, т.е. это была политическая программа, которая должна была найти дальнейшее развитие в дополнительно принятых законодательных актах.

Официальный текст «Наказа» состоял их 20 тематических глав и 526 статей.

В основе «Наказа» императрицы лежали основные положения теории естественного права. Одна из первых статей провозглашала, что Россия является европейской державой, а самодержавие – единственно пригодная для России форма государства. Роль монарха она видела в создании «фундаментальных» законов, охватывающих все сферы жизни и обеспечивающих правовую защиту населения. Главной целью признавалось создание сословной структуры общества западноевропейского типа путем выработки законодательства о статусе отдельных сословий. Другой важнейшей целью провозглашалось «воспитание» подданных путем просвещения. При этом, в отличие от Петра I, каждый подданный рассматривался не как элемент государственной машины, а как член общества, сознательно исполняющий свой долг.

«Наказ» включал положения о правах отдельных сословий, затрагивал вопросы судопроизводства. В нем впервые в России были сформулированы принцип презумпции невиновности, соразмерности преступления и наказания, необходимости отмены пытки как средства дознания.

В состав Комиссии было избрано свыше 550 депутатов, представлявших все социальные группы, кроме помещичьих крестьян и духовенства. Дискуссии в Комиссии начались с обсуждения действующих законов, затем депутаты приступили к работе над уже подготовленными «частными комиссиями» законопроектами. Но в ходе работы Уложенной комиссии выявился низкий уровень политической культуры большей части депутатов, отсутствие у большинства из них видения проблем общегосударственного значения, и как результат, неспособность к законотворческой деятельности, а также, и это очень важно, глубокие противоречия между отдельными социальными и национальными группами. Осознав бесплодность работы Комиссии, Екатерина в декабре 1768 г. распустила «общее собрание». Однако «частные комиссии» продолжали работать, и подготовленные ими законопроекты были использованы императрицей в ее собственной законотворческой деятельности.

В исторической литературе существуют различные оценки времени правления Екатерины, результатов ее деятельности. Ученые, основывающиеся на концепции «просвещенного абсолютизма», обращают внимание на консервативный характер проводившейся политики, направленной на укрепление традиционных институтов самодержавия. Иная точка зрения у тех, кто видит во времени Екатерины попытку реализации политической модели, основанной на идеях Просвещения.

 

37. Уложенная комиссия 1767 – 1768: идеологические аспекты деятельности, полемика с сельского вопроса.

В 1767 г. Екатерина созвала т.н. "Уложенную комиссию", которая должна была подготовить новое Уложение законов. В России все еще продолжало действовать Соборное Уложение 1649 г. С тех пор было издано множество новых законов и указов, зачастую не согласующихся друг с другом. Ни при Петре I, ни при его преемниках создать новый свод законов не удалось.

В течение двух лет (1764-1765 гг.) императрица работала над составлением "Наказа" депутатам, положив в его основу знаменитый трактат французского мыслителя Ш. Монтескье "О духе законов", а также идеи других крупнейших просветителей.

"Наказ" устанавливал в России самодержавие на том основании, что в столь огромном государстве другой политический строй невозможен. Гарантией от превращения неограниченной монархии в тиранию должны были служить органы управления, стоящие между народом и верховной властью и действующие на основе законности. Однако сами эти органы длжны были создаваться и действовать по воле самодержца. Более глубоким изменениям должна была подвергнуться судебная система. "Наказ" отвергал пытки, ограничивал применение смертной казни, предлагал отделить судебную власть от исполнительной.

Главным вопросом российской действительности того времени являлось крепостное право. Екатерина, воспитанная на идеалах Просвещения отрицательно относилась к крепостному праву, видя в нем "человеческому роду нестерпимое положение". Она также понимала, что освобождения крестьян требует хозяйственный прогресс. В манифесте по случаю своего вступления на престол царица заявляла: "Намерены мы помещиков при их имениях и владениях ненарушимо сохранять, а крестьян в должном им повиновении содержать". Однако, по-видимому, это объяснялось стремлением заручиться поддержкой дворянства. В первоначальном проекте "Наказа" говорилось о необходимости смягчить положение крепостных и предоставить им право собственности на имущество. В окончательный вариант эти слова не попали.

В "Уложенной комиссии" лишь несколько депутатов выступили за то, чтобы облегчить участь крестьян. Предлагалось запретить увеличение крестьянских повинностей сверх установленного законом уровня и даже передать крепостных в распоряжение специальной коллегии, которая бы и взимала повинности в пользу помещиков. Однако большинство дворянских депутатов встало на защиту крепостничества и своих привилегий. Идти наперекор дворянству царица не могла из опасений потерять трон.

Депутаты-горожане радели лишь о праве покупать крепостных, да об отстранении дворянства от торговли. Российское купечество еще мыслило по-старому, стремясь не к политическим правам и юридическим гарантиям, а лишь к сословным привилегиям. Оно не могло стать опорой императрицы, мечтавшей о созаднии в России "третьего сословия".

В конце 1768 г. Уложенная комиссия была распущена, так и не выполнив своей задачи. Крепостное право в России сохранилось. Вторую половину XVIII в. часто называют "золотым веком" поместного дворянства. И действительно, именно на это время приходится как расцвет дворянской культуры, так и максимальное усиление крепостничества. Однако традиционное утверждение, что Екатерина окончательно лишила крестьян правовой защиты государства, запретив им жаловаться на своих господ, все же не соответствует действительности

Деятельность Комиссии выявила противоречия между высшей аристократией, служилыми дворянами, купечеством и крестьянством. Некоторые депутаты высказались за ограничение власти помещика над крестьянами, регламентацию крестьянских повинностей, предоставление крепостным крестьянам права собственности на землю. В то же время основная масса дворянства выдвинула резкие возражения против каких-либо изменений в существующем строе.

Комиссия не выработала не только общегосударственного Уложения, но и не предложила правительству ни одного закона. Однако Екатерина получила то, что хотела: узнать общественное мнение по программе преобразований, предложенных в написанном ею «Наказе», выяснить пожелания основных сословий и определить возможное направление своей внутриполитической деятельности в дальнейшем.

Деятельность Уложенной комиссии привела Екатерину II к выводу о невозможности согласования интересов различных сословий, а также о необходимости смягчения крепостнических порядков без риска потерять престол.