Без имен и описаний?

Избавь меня от сомнений!

 

Несколько вводных замечаний. Прежде всего, мир Вигьяны Бхайравы Тантры не является интеллектуальным, он не является философским. Говорить о ней, как о доктрине, бессмысленно. Она связана с методом, с техникой, а совсем не с принципами. Слово «тантра» означает технику, метод, путь. Поэтому она не является философией - запомните это. Она не связана с интеллектуальными проблемами или запросами. Она не связана с «почему» различных вещей, она связана с «как»; не с вопросом «что есть истина», а с вопросом «как можно постичь истину».

Тантра означает технику. Так что этот трактат является научным. Наука не связана с вопросом «почему», наука связана с вопросом «как». В этом основное отличие науки от философии. Философия спрашивает: «Почему это существует?» Наука спра­шивает: «Как это существует». В тот момент, когда вы задаете вопрос «как», становится важным метод, техника. Теории становятся бессмысленными, центром всего становится пережи­вание.

Тантра является наукой, а не философией. Понять филосо­фию не трудно, поскольку для этого требуется только ваш интеллект. Если вы можете понимать язык, если вы можете воспринимать понятия, вы можете понимать философию. Вы не должны меняться, от вас не требуется трансформация. Таким, как вы есть, вы можете понимать философию - но не тантру.

Вам потребуется изменение... даже, скорее, мутация. Пока вы не станете другим, вы не сможете понять тантру, поскольку тантра - это не интеллектуальное суждение, а переживание. Оно не придет к вам, пока вы не будете восприимчивыми, готовыми, уязвимыми.

Философия связана с умом. Вашей головы для нее достаточ­но, ваша целостность здесь не требуется. Тантра нуждается в вас во всей вашей целостности. Это более глубокое требование. Вы должны будете находиться в ней целиком. Она не фрагментарна. Для того чтобы принять ее, требуется другой подход, другая позиция, другой ум. Именно поэтому кажется, что Дэви задает философские вопросы. Все вопросы могут восприниматься как философские.

В действительности же каждый из вопросов может воспри­ниматься двояким образом: философски или тотально, интел­лектуально или экзистенциально. Если кто-нибудь, например, спросит: «Что такое любовь?», вы можете отнестись к нему интеллектуально, вы можете дискутировать, вы можете предла­гать теории, вы можете отстаивать конкретные гипотезы. Вы можете создать систему, доктрину - и, тем не менее, совсем не знать любви.

Для создания доктрины переживание не требуется. На самом деле наоборот, чем меньше вы знаете, тем лучше, посколь­ку тогда вы можете предлагать какую-либо систему без всяких колебаний. Только слепой человек легко может дать определе­ние того, что такое свет. Когда вы не знаете, вы становитесь самоуверенными. Невежество всегда самоуверенно; знание со­мневается. И чем больше вы знаете, тем больше вы чувствуете, что земля уходит из-под ног. Чем больше вы знаете, тем больше вы чувствуете, насколько вы невежественны. И те, кто действи­тельно мудр, становятся невеждами. Они становятся простыми, как дети, или простыми, как идиоты.

Чем меньше вы знаете, тем лучше. Легко философствовать, быть догматиком, создавать учения. Очень легко решать пробле­му интеллектуально. Но решать проблему экзистенциально - не только думать о ней, но прожить ее, пройти сквозь нее, позво­лить себе быть трансформированным ею - это сложно. Это значит, что для того, чтобы знать о любви, нужно будет любить. Это опасно, потому что вы не сможете остаться тем же самым. Переживание может изменить вас. В тот момент, когда вы начинаете любить, вы становитесь другим человеком. И когда вы выйдете из переживания, вы не в состоянии будете узнать свое старое лицо, оно не будет принадлежать вам. Произойдет нарушение непрерывности. Теперь имеет место разрыв, старый человек мертв, пришел новый человек. Это то, что известно как перерождение - второе рождение.

Тантра является нефилософской и экзистенциальной. По­этому Дэви задает вопросы, которые кажутся философскими, но Шива не собирается отвечать на них подобным образом. Поэтому лучше все это понять в самом начале; в противном случае вы будете обескуражены, поскольку Шива не собирается отвечать ни на один из вопросов. Шива совсем не собирается отвечать ни на один из вопросов, которые задает Дэви. И все-таки он отвечает! И действительно, только он ответил на них и никто другой - но совсем в другом плане.

Дэви спрашивает: «В чем заключается твоя реальность, мой господин?» Он не собирается отвечать ей. Наоборот, он дает технику. И если Дэви пройдет через эту технику, она узнает. Поэтому ответ является иносказательным, а не прямым. Он не собирается отвечать на вопрос: «Кто Я?». Он даст технику - делайте ее и вы узнаете.

Для тантры делание есть знание, и другого знания не существует. Пока вы не будете делать что-нибудь, пока вы не будете меняться, пока вы не будете иметь другой взгляд на то, что рассматривать и чем рассматривать, пока вы не будете двигаться в измерении, совершенно отличающемся от интеллек­та, ответа не будет. Ответы могут быть даны - все они будут ложью. Все философии являются ложью. Вы задаете вопрос, и философия дает вам ответ. Он удовлетворяет или не удовлетво­ряет вас. Если он вас удовлетворяет, вы становитесь привержен­цем этой философии, но вы остаетесь тем же самым. Если он вас не удовлетворяет, вы отправляетесь на поиски некоторой другой философии, чтобы стать ее приверженцем. Но вы остаетесь тем же самым; вы остаетесь совсем незатронутым, вы не измени­лись.

Поэтому не имеет значения, являетесь ли вы индусом, мусульманином, христианином или джайном. Реальная лич­ность позади вывески индуса, мусульманина или христианина является одной и той же. Различаются только слова или одежды. Человек, который направляется в церковь, или в храм, или в мечеть, остается одним и тем же. Изменяется только внешность, и эта внешность является лживой, она является маской. За маской вы найдете того же самого человека - тот же гнев, ту же агрессию, то же насилие, ту же жадность, ту же похоть - все то же самое. Отличается ли сексуальность мусульманина от сексуальности индуса? Отличается ли насилие христианина от наси­лия индуса? Все одно и то же. Действительность остается одной и той же, меняется только одежда.

Тантра не имеет отношения к вашей одежде, она имеет отношение к вам. Если вы зададите вопрос, она покажет, где вы находитесь. Она покажет также, что кем бы вы ни были, вы не можете видеть; вот почему имеет место вопрос. Слепой человек спрашивает: «Что такое свет?», и философия начнет отвечать ему, что такое свет. Тантра будет знать только одно - если человек спрашивает: «Что такое свет?», то это показывает, что он слеп. Тантра начнет воздействовать на человека, изменять его таким образом, чтобы он мог видеть. Тантра не скажет, что такое свет. Тантра скажет, как достичь понимания, как обрести способность смотреть, как обрести способность видеть. Когда появится способность видеть, появится ответ. Тантра не даст вам ответ, тантра даст вам метод для получения его.

Итак, этот ответ не будет интеллектуальным. Если вы скажете что-нибудь о свете слепому человеку, это будет интеллектуальным. Если сам слепой становится способным видеть, это является экзистенциальным. Вот что я имею в виду, когда говорю, что тантра является экзистенциальной. Поэтому Шива не собирается отвечать на вопросы Дэви; и все же он ответит - и это первое.

Второе заключается в том, что это другой тип языка. Прежде чем мы войдем в него, вы должны знать о нем что-нибудь. Все рассуждения тантры представляют собой диалоги между Шивой и Дэви. Дэви спрашивает, а Шива отвечает. Все рассуждения тантры начинаются таким образом. Почему? По­чему именно этот метод? Это имеет большое значение, это не диалог между учителем и учеником, это диалог между двумя любовниками. И тантра подчеркивает эту очень важную мысль: что более глубокое обучение не может быть осуществлено до тех пор, пока не будет любви между этими двумя - мастером и учеником. Мастер и ученик должны стать страстными любовни­ками. Только тогда может быть выражено нечто высшее, запред­ельное.

Таким образом, это язык любви; ученик должен быть в состоянии любви. Но не только это - друзья тоже могут любить друг друга. Тантра говорит, что ученик должен быть восприим­чивым, что ученик должен быть в состоянии женской восприим­чивости; только тогда что-либо возможно. Чтобы быть учени­ком, вы не обязаны быть женщиной, но вы должны быть в состоянии женской восприимчивости. Когда спрашивает Дэви, это значит, что спрашивает состояние женственности. Почему делается упор на этом состоянии женственности?

Мужчина и женщина отличаются не только физически, они отличаются также психологически. Пол означает не только различие в телах, но и различие в психологиях. Женский ум подразумевает восприимчивость - тотальную восприимчивость, безоговорочную капитуляцию, любовь. Ученику нужна женс­кая психология - в противном случае он не сможет учиться. Вы можете спрашивать, но если вы не являетесь открытым, вам невозможно будет получить ответ. Вы можете задавать вопрос и в то же время оставаться закрытым. Тогда ответ не сможет проникнуть в вас. Ваши двери закрыты - вы мертвы. Вы не открыты.

Женская восприимчивость подобна восприимчивости мат­ки в ее внутренней глубине, дающей ей возможность получать. И не только это - предполагается нечто гораздо большее. Женщина не просто воспринимает что-либо, но в момент, когда она это воспринимает, оно становится частью ее тела. Получен ребенок. Женщина оплодотворяется; в момент оплодотворения ребенок становится частью женского тела. Он не является чем -то чужеродным. Он поглощен. Теперь ребенок будет жить не как нечто, добавленное к матери, но как часть ее, как сама мать. И результатом является не только принятие ребенка; женское тело становится творящим, ребенок начинает расти.

Ученик должен обладать восприимчивостью женской мат­ки. Все, что воспринимается, не должно накапливаться в виде мертвых знаний. Оно должно расти в вас, оно должно стать вашей плотью и кровью. Оно должно стать частью вас. Оно должно расти! Этот рост изменит вас, преобразует вас, принима­ющего. Вот почему тантра использует этот прием. Каждое рассуждение начинается с вопроса Дэви, а Шива отвечает на него. Дэви является супругой Шивы, его женской частью.

И еще одно... Современная психология, особенно глубокая психология, утверждает, что человек является и мужчиной, и женщиной. Никто не является только мужчиной, никто не является только женщиной; все являются бисексуальными. Здесь присутствуют оба пола. На Западе это является результа­том совсем недавних исследований, но для тантры это было одним из основных понятий в течение тысяч лет. Вы, вероятно, видели некоторые изображения Шивы как ардханаришвары - наполовину мужчина, наполовину женщина. Во всей истории человечества нет больше понятий, подобных этим. Шива представляется наполовину мужчиной, наполовину женщиной.

Поэтому Дэви не просто супруга, она - другая половина Шивы. И пока ученик не превратится во вторую половину мастера, ему невозможно будет передавать высшие учения, эзотерические методы. Когда вы превратитесь в единое, тогда исчезнут сомнения. Когда вы являетесь единым целым со своим мастером - тотально единым, глубоко единым, — тогда не нужны будут аргументы, не нужна логика, не нужны рассуждения. Один из них просто впитывает; один из них становится маткой. И тогда учение начинает расти в вас и изменять вас.

Вот почему тантра написана на языке любви. О языке любви необходимо понимать еще кое-что. Имеется два типа языков - язык логики и язык любви. Между ними имеются существенные различия.

Язык логики является агрессивным, спорящим, насиль­ственным. Если я использую язык логики, я становлюсь агрес­сивным по отношению к вашему уму. Я стараюсь убедить вас, обратить вас, сделать вас своей марионеткой. Мои аргументы являются «правильными», а вы являетесь «неправым». Язык логики является эгоцентрическим: «Я прав, а вы неправы, поэтому я должен доказать вам это». Я проявляю беспокойство не о вас, я проявляю беспокойство о своем эго. Мое эго всегда «право».

Язык любви является совершенно другим. Я не забочусь о своем эго, я забочусь о вас. Я не стремлюсь к тому, чтобы доказать что-либо и укрепить свое эго. Я забочусь о том, чтобы помочь вам. Это сострадание, направленное на то, чтобы помочь вам расти, помочь вам трансформироваться, помочь вам переро­диться.

Во-вторых, логика всегда будет интеллектуальной. Будут иметь значение понятия и принципы, будут иметь значение аргументы. В языке любви то, что говорится, не имеет такого значения, скорее имеет значение, как это говорится. Не имеет значение оболочка, слово; более важным является содержимое, сообщение. Это есть разговор от сердца к сердцу, а не дискуссия между двумя умами. Это не дебаты, это общение.

Итак, какое редкостное явление: Дэви сидит на коленях у Шивы и спрашивает, а Шива отвечает. Это не конфликт, а любовный диалог - как будто Шива говорит сам с собой. Почему я делаю такой упор на любви, на языке любви? Потому что если вы находитесь в состоянии любви со своим мастером, то все ваше мироощущение меняется, оно становится другим. Тогда вы не слышите его слов, тогда вы пьете его. Тогда слова становятся неуместными. Тогда более значительным становится молчание между словами. Все, что он говорит, может иметь значение, а может и не иметь значения... но значение имеют его глаза, его жесты, его сострадание, его любовь.

Вот почему тантра имеет такую фиксированную структуру изложения. Каждая новая тема начинается с вопроса Дэви и ответа Шивы. Здесь не будет никаких аргументов, никакой ненужной траты слов. Здесь имеется только простое утвержде­ние фактов, телеграфные сообщения без всякого намерения убедить, но лишь установить связи между явлениями.

Если вы атакуете Шиву вопросом, находясь в состоянии замкнутого ума, то в этом случае он вам не ответит ожидаемым образом. Сначала должна быть сломлена ваша замкнутость. Тогда он будет вынужден быть агрессивным. Тогда должны быть разрушены ваши предрассудки, ваши заранее составленные мнения. Пока вы полностью не очиститесь от своего прошлого, ничто не может быть дано вам. Но все совсем не так по отношению к его супруге Дэви - у Дэви нет прошлого.

Помните, что когда вы находитесь в глубоком состоянии любви, ваш ум приостанавливает свое существование. Нет никакого прошлого, лишь настоящий момент становится всем. Когда вы пребываете в состоянии любви, единственным време­нем является настоящее, нет ни прошлого, ни будущего. Итак, Дэви просто открыта. В ней нет никакой защиты - ничего не должно быть очищено, ничего не должно быть разрушено. Почва готова, остается только опустить в нее семя. Почва не просто готова, но является доброжелательной, восприимчивой, прося­щей оплодотворения.

Поэтому все эти разговоры, которые мы собираемся обсуж­дать, будут телеграфичными. Они являются всего лишь сутра­ми, но каждая сутра, каждое телеграфное сообщение, передан­ное Шивой, заслуживает Веды, заслуживает Библии, заслужи­вает Корана. Каждое отдельное предложение может стать осно­вой для великой священной книги. Священные книги логичны - вы должны делать предположения, защищаться, аргументи­ровать. Здесь же нет аргументов, одни лишь простые утвержде­ния любви.

В третьих, сами слова Вигьяна Бхайрава Тантра означают технику выхода за пределы сознания. Вигьяна означает созна­ние, бхайрава означает состояние за пределами сознания, а тантра означает метод - метод выхода за пределы сознания. Это высшая доктрина - без каких-либо доктрин.

Мы являемся бессознательными, поэтому все религиозные учения связаны с вопросом о том, как выйти за пределы бессознательного, как быть сознательным. Например, Кришнамурти, дзэн - все они связаны с проблемой того, как создать больше сознательности, ведь мы бессознательны. Поэтому во­прос - как стать более осознающими, бдительными? Как дви­гаться от бессознательности к осознанности?

Но тантра утверждает, что в этом заключается дуализм - бессознательность и осознанность. Если вы двигаетесь от бессо­знательности к осознанности, то вы двигаетесь от одной стороны дуализма к другой. Двигайтесь за пределы их обеих! Если вы не выйдете за пределы их обеих, вы никогда не достигнете предель­ного, поэтому не будьте ни бессознательными, ни осознающими; просто выходите за пределы, просто будьте. Не будьте ни бессознательными, ни осознающими - просто будьте! Это идет за пределы йоги, идет за пределы дзэна, идет за пределы всех учений.

«Вигьяна» означает осознанность, а «бхайрава» представ­ляет собой специфический термин, тантрический термин для того, кто вышел за пределы. Вот почему Шива известен как Бхайрава и Дэви известна как Бхайрава - это те, кто уже вышел за пределы двойственностей.

В нашем жизненном опыте только любовь может дать об этом некоторое представление. Вот почему любовь становится самым главным инструментом для приобщения к мудрости тантры. Можно сказать, что в наших переживаниях только любовь является чем-то, что выходит за пределы двойственнос­ти. Если двое любят друг друга, то чем глубже они входят в это, тем меньше и меньше они остаются двумя, тем больше и больше они становятся единым целым. И приходит момент, и достига­ется вершина, когда только кажется, что их двое. Внутренне они являются единым целым, границы двойственности преодолены.

Только в этом смысле приобретают значение слова Иисуса «Бог есть любовь» - и ни в каком другом. В наших пережива­ниях любовь ближе всего к Богу. Это не означает, что Бог любит - как продолжают интерпретировать христиане - и что Бог имеет отеческую любовь к вам. Чепуха! «Бог есть любовь» представляет собой тантрическое утверждение. Оно означает, что любовь есть единственная реальность нашего жизненного опыта, которая приближается к Богу, к божественному. Поче­му? Потому что именно в любви ощущается единение, тождес­твенность. Тела остаются различными, но нечто за пределами тел сливается и становится единым целым.

Вот почему кругом такое страстное желание секса. На самом деле имеется страстное желание единения, но это едине­ние не является сексуальным. В сексе два тела имеют только обманчивое впечатление, что они являются единым целым, но они не тождественность, они лишь соединены вместе. Но на один момент оба тела забывают о себе друг в друге, и достигается ощущение некоторого физического единства. В этом страстном желании нет ничего плохого, но останавливаться на нем опасно. Это желание показывает более глубокое стремление почувство­вать тождественность с божественным.

В любви, в ее высших проявлениях, внутреннее движется, сливается с другим и появляется чувство единения. Двойствен­ность растворяется. Только в этом не двойственном состоянии любви мы можем получить намек на то, что есть состояние бхайравы. Мы можем утверждать, что состояние бхайравы есть абсолютная любовь без возврата назад — с вершины любви там нет падения назад. Она остается на вершине.

Мы установили место проживание Шивы на Кайлаше. Это просто символично: это высочайшая вершина, святейшая вер­шина. Мы создали это место проживание Шивы. Мы можем идти туда, но мы должны будем спуститься, это не может быть местом нашего проживания. Мы можем продолжать паломничество. Это тиртхъятра - паломничество, путешествие. На один момент вы можете прикоснуться к высочайшим вершинам; затем вы должны будете вернуться назад.

В любви это священное паломничество случается, но не для всех, поскольку почти никто не выходит за пределы секса. Поэтому мы продолжаем проживать в долине, в темной долине. Иногда кто-нибудь движется к вершине любви, но затем он падает назад, поскольку это так головокружительно. Это так высоко, а вы расположены так низко, и так трудно жить там. Тот, кто любил, знает, как трудно все время оставаться в состоянии любви. Нужно снова и снова возвращаться назад. Это место, где проживает Шива. Он живет там, это его дом.

Бхайрава живет в любви; это место его проживания. Когда я говорю, что это место его проживания, я имею в виду, что он даже не осознает любви, потому что если вы живете на Кайлаше, вы не будете даже осознавать, что это Кайлаш, что это вершина. Вершина становится равниной. Шива не осознает любовь. Мы осознаем любовь, поскольку мы живем в нелюбви. И только по контрасту мы ощущаем любовь. Шива сам есть любовь. Состояние бхайравы означает, что кто-то стал любовью. Он стал любовью, а не любящим, он живет на вершине. Вершина стала местом его проживания.

Как сделать возможной эту высочайшую вершину? За пределами двойственности, за пределами бессознательности, за пределами осознанности, за пределами тела и за пределами души, за пределами мира и за пределами так называемой мокши, освобождения - как достичь этой вершины? Методом этого является тантра. Но тантра есть чистая техника, поэтому она будет трудна для понимания. Давайте сначала поймем вопросы, которые задает Дэви.

О Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность?

Почему этот вопрос? Вы тоже можете задать этот вопрос, но он не будет иметь того же самого значения. Поэтому попытай­тесь понять, почему Дэви спрашивает: «В чем заключается твоя подлинная сущность?» Дэви находится в состоянии глубокой любви. Когда вы находитесь в состоянии глубокой любви, вы сначала сталкиваетесь с некоторой внутренней сущностью. Тогда Шива не является формой, тогда Шива не является телом. Когда вы любите, тело любимого выпадает, исчезает. Формы больше нет, и обнаруживается бесформенность. Вы оказывае­тесь лицом к лицу с бездной. Вот почему мы так боимся любви. Мы можем смело встретить тело, мы можем смело встретить лицо, мы можем смело встретить форму, но мы не можем смело встретить бездну.

Если вы кого-то любите, если вы действительно любите, то его тело должно исчезнуть. В некоторые кульминационные моменты, на вершине, форма растворится, и через любимого вы войдете в бесформенное. Вот почему мы боимся - это падение в бездонную пучину. Поэтому этот вопрос не является простой любознательностью: О Шива, в чем заключается твоя истинная сущность?

Дэви должна была полюбить в мире форм. Именно так начинается любовь. Она должна была полюбить этого человека как человека, а теперь, когда любовь повзрослела, когда любовь расцвела, этот человек растворился. Он стал бесформенным. Теперь он не существует нигде. О Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность? Это вопрос, заданный в момент очень интенсивной любви. А когда вопросы возникают, они восприни­маются по-разному в зависимости от состояния ума того, кто их задает.

Создайте, поэтому, в своем уме обстановку, среду, в которой возник этот вопрос. Дэви должна быть в растерянности - Шива исчез. Когда любовь достигла своей вершины, любимый исчез. Почему это случилось? Это случилось, потому что каждый на самом деле является бесформенным. Вы не являетесь телом. Вы движетесь как тело, вы живете как тело, но вы не являетесь телом. Когда мы видим кого-то со стороны, он является телом. Любовь проникает вовнутрь, и тогда мы не видим любимого со стороны. Любовь может видеть другую личность так, как эта личность видит саму себя - изнутри. Тогда форма исчезает.

Дзэнский монах Риндзай достиг просветления, и первое, что он спросил, было: «Где мое тело? Куда исчезло мое тело?» И он начал поиски. Он позвал своих учеников и сказал: «Идите и выясните, где мое тело. Я потерял свое тело».

Он вошел в состояние бесформенности. Вы тоже существо бесформенное, но вы видите себя не непосредственно, а чужими глазами. Вы знаете себя с помощью зеркала. Глядя в зеркало, как-нибудь закройте глаза и подумайте, промедитируйте: если бы не было зеркала, как бы вы могли узнать свое лицо? Если бы не было зеркала, не было бы и никакого лица. В действительнос­ти у вас нет лица, зеркало дает вам лицо. Представьте себе мир, в котором нет зеркал. Вы одни - зеркал нет совсем, нет даже чужих глаз, действующих как зеркала. Вы одни на одиноком острове; ничто не может дать ваше зеркальное отражение. Будете ли вы тогда иметь какое-либо лицо? Или будете ли вы иметь какое-либо тело? Вы не сможете его иметь. Вы совсем не будете иметь его. Вы знаете себя только посредством других, а другие могут знать только внешнюю форму. Вот почему нас отождествляют с этой формой.

Другой дзэнский мистик, Хьякуджо, обычно говорил своим ученикам: «Когда, медитируя, вы потеряете свою голову, немед­ленно приходите ко мне. Когда вы потеряете свою голову, немедленно приходите ко мне. Когда вы начнете чувствовать, что у вас нет головы, не пугайтесь - приходите немедленно ко мне. Это и есть правильный момент. Тогда вас можно чему-либо научить». С головой никакое учение невозможно. Голова всегда находится в некотором промежуточном положении.

Дэви спрашивает Шиву: О Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность? - кто ты такой? Форма исчезла - отсюда и этот вопрос. В любви вы входите в другого как в самого себя. Но отвечаете не вы. Вы становитесь единым, но в первый момент вы узнаете бездну - имеет место бесформенность.

Вот почему в течение многих веков мы не делали никаких скульптур, никаких изображений Шивы. Мы изготавливали только шивалинги - символы. Шивалинга является лишь бесформенной формой. Когда вы любите кого-нибудь, когда вы проникаете в кого-нибудь, он превращается лишь в светящееся присутствие. Шивалинга представляет собой лишь светящееся присутствие, только ауру света. Вот почему Дэви спрашивает:

О Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность?

Что есть эта наполненная чудесами вселенная?

Мы знаем вселенную, но мы не знаем ее как наполненную чудесами. Дети знают, любящие знают. Иногда знают поэты и сумасшедшие. Мы не знаем, что мир наполнен чудесами. Все просто повторяется - ни чудес, ни поэзии, только плоская проза. Это не создает в вас песню, это не создает в вас танец, это не порождает внутри вас поэзию. Вся вселенная выглядит механи­ческой. Дети смотрят на нее глазами, наполненными чудесами. Когда глаза наполнены чудесами, вселенная также наполнена чудесами.

Когда вы любите, вы снова становитесь подобны ребенку. Иисус сказал: «Только те, кто подобен ребенку, войдут в мое Царство Божье». Почему? Потому что если вселенная не явля­ется чудом, вы не можете быть религиозным. Вселенная может быть объяснена - тогда ваш подход является научным. Вселен­ная может быть известной или неизвестной, но то, что неизвес­тно, может быть узнано в любой день - оно не является непознаваемым. Вселенная является тайной, является непозна­ваемой только тогда, когда ваши глаза наполнены чудесами. Дэви говорит: Что есть эта наполненная чудесами вселенная? Вдруг скачок от вопроса персонального к вопросу весьма не персональному. Она спрашивала: О Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность? И вдруг: Что есть эта наполненная чудесами вселенная?

Когда форма исчезает, ваш любимый превращается во вселенную, в нечто бесформенное, в бесконечность. Вдруг Дэви начинает осознавать, что она задает вопрос не о Шиве, а о всей вселенной. Теперь Шива превратился в целую вселенную. Те­перь движение всех звезд происходит внутри его и он сам обволакивает всю небесную твердь и все пространство. Теперь он является великой поглощающей силой - «великим окружаю­щим». Карл Ясперс определил Бога как «великое окружающее».

Когда вы входите в состояние любви, в глубокий, интимный мир любви, форма исчезает и любимый становится просто дверью во вселенную. Ваша любознательность может быть научной - тогда вы должны использовать логические методы. Тогда вы не должны думать о бесформенном. Тогда остерегай­тесь бесформенного, тогда оставляйте содержание вместе с формой. Наука всегда имеет дело с формой. Если научному уму будет предложено что-нибудь бесформенное, он придаст ему форму - до того, как оно примет форму, оно является лишенным смысла. Сначала придайте ему форму, определите форму, а затем начинайте задавать вопросы.

В любви, если имеется форма, то она является беспредель­ной. Растворите форму! Когда вещи становятся бесформенными, плывущими, без границ, каждая вещь проникает в другую, вся вселенная становится единым целым, и только тогда она явля­ется вселенной, наполненной чудесами,

Что составляет начало всего? - продолжает затем Дэви, От вселенной она переходит к вопросу: Что составляет начало всего? Откуда пришла эта бесформенная, наполненная чудесами вселенная? Из чего она возникла? Или она в действительности не возникала? Что является началом всего?

Кто центрирует колесо вселенной? - спрашивает Дэви. Это колесо все продолжает и продолжает вращаться - это большие изменения, это постоянный поток. Но кто центрирует это колесо? Где его ось, центр, неподвижный центр?

Она не останавливается, чтобы выслушать ответ. Она продолжает спрашивать, как будто она не спрашивает кого-либо, а разговаривает сама с собой.

Что есть эта жизнь за пределами форм, пронизывающая формы?

Как можем мы проникнуть в это полностью, вне простран­ства и времени, без имен и описаний?

Избавь меня от сомнений!

Ударение делается не на вопросах, а на сомнении: Избавь меня от сомнений! Это имеет большое значение. Если вы задаете интеллектуальный вопрос, вы требуете определенного ответа, вы хотите, чтобы ваша проблема была решена. Но Дэви говорит: Избавь меня от сомнений! Она на самом деле не просит ответов на свои вопросы. Она просит трансформировать ее ум, поскольку сомневающийся ум останется сомневающимся умом, какой бы ответ не был дан. Запомните это: сомневающийся ум останется сомневающимся. Ответы не имеют значения. Если я дам вам некоторый ответ, а вы обладаете сомневающимся умом, то вы подвергнете этот ответ сомнению. Если я дам вам другой ответ, вы и его подвергнете сомнению. У вас сомневающийся ум. Сомневающийся ум означает, что вы ко всему добавляете вопросительный знак.

Поэтому ответы бесполезны. Вы спрашиваете меня: «Кто создал мир?» и я говорю вам, что мир создал «А». Тогда вы обязаны спросить, кто создал «А». Поэтому действительной проблемой является не то, как ответить на вопросы. Действи­тельной проблемой является то, как изменить сомневающийся ум, как создать ум, который не сомневается, который полон доверия. Поэтому Дэви и говорит: Избавь меня от сомнений!

Еще два или три замечания... Вы можете задавать вопросы по многим причинам. Одной из них может являться то, что вам требуется подтверждение. Вы уже знаете ответ, вы знаете ответ, вам нужно лишь подтверждение того, что ваш ответ верен. Тогда ваш вопрос является ложным, он - псевдовопрос, он не является вопросом. Вы можете задавать вопрос не потому, что готовы изменить себя, но просто из любопытства.

Ум продолжает задавать вопросы. Вопросы возникают в уме, как листья вырастают на деревьях. Формулирование вопро­сов является самой сутью ума, поэтому он продолжает спраши­вать. Не имеет значения, о чем вы спрашиваете; если что-нибудь вводится в ум, он будет создавать вопросы. Это машина для перемалывания, для создания вопросов. Поэтому дайте ему что-нибудь, и он разрежет это на куски и создаст множество вопросов. Ответьте на один вопрос, и ум создаст из ответа массу новых вопросов. В этом состоит вся история философии.

Бертран Рассел вспоминает, что когда он был ребенком, он думал, что когда-нибудь, когда он станет достаточно взрослым, чтобы понимать всю философию, на все вопросы будут даны ответы. Позднее, когда ему было восемьдесят лет, он сказал: «Теперь я могу сказать, что все вопросы, стоявшие передо мной в детстве, остались не отвеченными до сих пор. Сейчас из философских теорий рождаются новые вопросы». Поэтому он сказал: «Когда я был молодым, я говорил, что философия является источником максимального количества вопросов. Те­перь я не могу сказать этого. Она является источником бесконеч­ного количества вопросов».

Итак, один вопрос порождает один ответ и множество новых вопросов. Сомневающийся ум представляет собой пробле­му. Дэви говорит: «Не обращай внимания на мои вопросы. Я спросила о таком множестве вещей: В чем заключается твоя подлинная сущность? Что есть эта наполненная чудесами все­ленная? Что составляет начало всего? Кто центрирует колесо вселенной? Что есть жизнь за пределами форм? Как можем мы проникнуть в это полностью, вне пространства и времени? Но не обращай внимания на мои вопросы. Избавь меня от сомнений! Я задаю эти вопросы, потому что они существуют в моем уме. Я задаю их только для того, чтобы показать тебе мой ум, но не обращай на них слишком много внимания. На самом деле ответы не удовлетворят мои потребности. Мои потребности заключают­ся в том, что... Избавь меня от сомнений!»

Но как можно избавить от сомнений? Может ли это сделать какой-нибудь ответ? Имеется ли хотя бы один ответ, который мог бы избавить вас от сомнений? Ум и представляет собой сомнение. Это не означает, что ум сомневается, ум есть сомнение! Пока ум не растворится, от сомнений избавиться невозможно. Шива ответит. Его ответом являются техники - старейшие, наиболее древние техники. Но вы можете назвать их самыми современными, поскольку к ним трудно что-либо добавить. Они являются полными - всего 112 техник. Они взяты со всеми своими возможностями, всеми способами очищения ума, выхода за пределы ума, К ста двенадцати методам Шивы невозможно добавить хотя бы один метод. Книге Вигьяна Бхайрава Тантра - пять тысяч лет. Ничто нельзя добавить, нет возможности что-либо добавить. Она является исчерпывающей, полной. Она является наиболее древней и в то же время самой последней, новейшей. Старые, как древние горы, методы кажутся вечными - и, в то же время, новыми и свежими, как капли росы под солнцем.

Эти сто двенадцать методов медитации представляют собой целую науку трансформирования ума. Мы войдем в них один за другим. Сначала мы попытаемся постигнуть их интеллектуаль­но. Но вы должны использовать свой интеллект только как инструмент, а не как мастера. Используйте его как инструмент для понимания чего-либо, но не продолжайте создавать с по­мощью него барьеры. Когда мы будем говорить об этих техни­ках, просто отложите в сторону ваши прошлые знания, ваши осознания, независимо от того, какую информацию вы в себе собрали. Отложите их в сторону - они просто пыль, собранная на дороге.

Воспринимайте эти методы свежим умом - с бдитель­ностью, конечно, но без аргументаций, споров. И не впадайте в заблуждение, что спорящий ум является бдительным умом. Это не так, поскольку в тот момент, когда вы вступаете в спор, вы теряете осознанность, вы теряете бдительность. Тогда вы не находитесь здесь.

Эти методы не принадлежат никакой религии. Помните, они не являются индийскими, как не является еврейской созданная Эйнштейном теория относительности. Радио и теле­видение не являются христианскими. Никто не говорит: «Поче­му вы используете электричество? Оно христианское, поскольку его придумал ум христианина». Наука не принадлежит расам и религиям, а тантра является наукой. Поэтому запомните - она совсем не является индийской. Эти техники были разработаны индусами, но они не являются индийскими. Вот почему в этих техниках не будут упоминаться никакие религиозные ритуалы. Не нужны никакие храмы. Вам совершенно достаточно такого храма, как вы сами. Вы являетесь лабораторией; весь экспери­мент должен проводиться внутри вас. Нет необходимости ни в какой вере.

Это не религия, это наука. Не нужно никакой веры. Нет необходимости верить ни в Коран, ни в Веды, ни в Будду, ни в Махавиру. Нет, не вера нужна. Достаточно дерзания в экспери­менте, достаточно смелости в эксперименте; это прекрасно. Мусульманин может продолжать свою практику, и он достигнет более глубокого понимания Корана. Индус может продолжать свою практику, и он впервые узнает, что такое Веды. И джайн может продолжать свою практику, и буддист - им не нужно покидать свою религию. Тантра удовлетворит их, кто бы они ни были. Тантра окажется полезной независимо от того, какой путь они для себя выбрали.

Поэтому запомните следующее: тантра представляет собой чистую науку. Вы можете быть индусом, мусульманином, последователем парси (религии древних персов) или кем-либо еще - тантра совсем не интересуется вашей религией. Тантра утверждает, что религия является социальным делом, поэтому вы можете принадлежать любой религии; это не имеет никакого значения. Но вы можете преобразовать себя, и это преобразова­ние нуждается в научной методологии. Когда вы больны, когда вы заболеваете туберкулезом или чем-нибудь другим, тогда не имеет значения - индус вы или мусульманин. Туберкулез остается индифферентным по отношению к вашему индуизму, к вашему мусульманству, к вашей вере - политической, соци­альной или религиозной. Туберкулез должен изучаться науч­ным способом. Нет ни индусского туберкулеза, ни мусульман­ского туберкулеза.

Вы невежественны, вы в конфликте, вы спите. Это болезнь, духовная болезнь. Эта болезнь должна лечиться тантрой. Вы не имеете отношения к делу, ваша вера не имеет отношения к делу. Это только случайность, что вы рождены где-то, а кто-то другой рожден еще где-то. Это только случайность, совпадение. Ваша религия является только случайностью, поэтому не цепляйтесь за нее. Используйте для преобразования себя некоторые науч­ные методы.

Тантра известна не очень хорошо. И даже если она извес­тна, она очень плохо понимается. Для этого есть причины. Чем более высокой и более чистой является наука, тем меньше возможность понимания ее массами. Мы только слышали назва­ние «теория относительности». Говорят, что при жизни Эй­нштейна ее понимали всего двенадцать человек. Во всем мире только дюжина умов могла понимать ее. Даже Альберту Эй­нштейну было трудно объяснить ее кому-либо, сделать ее понимаемой, поскольку она находилась слишком высоко, она находилась выше вашего разума. Но она может быть понята. Нужны технические и математические знания, нужно обучение — и тогда она может быть понята. Но тантра является более трудной, поскольку не поможет никакая тренировка. Может помочь только преобразование, трансформация.

Вот почему тантра никогда не будет понята массами. И всегда случается так, что если вы не можете понять нечто, вы, как минимум, можете понять это неправильно, поскольку тогда вы можете почувствовать: «О'кей, я понял». Вы не можете остаться просто в вакууме.

Во-вторых, когда вы не можете понять некоторую вещь, вы начинаете поносить ее, поскольку она оскорбляет вас. Вы не можете понять ее! Вы? Вы не можете понять ее? Это невозможно. Что-то должно быть не так с самой вещью. Вы начинаете поносить ее, вы начинаете говорить чепуху, а затем вы чувству­ете: «Теперь все в порядке».

Таким образом, тантра не была понята; тантра была понята неправильно. Она была такой глубокой, такой высокой, что это было естественным. Более того, поскольку тантра лежит за пределами дуальности, сама точка зрения является внеморальной. Поймите, пожалуйста, эти слова: «моральный», «амораль­ный», «внеморальный». Мы понимаем, что такое моральность, мы понимаем, что такое аморальность, но трудно понять, что такое внеморальность - не моральность и не аморальность, за пределами их обоих.

Тантра является внеморальной. Взгляните на нее таким образом... Медицина является внеморальной; она ни моральна, ни аморальна. Если к ней обратится вор - она поможет, если к ней обратится праведник - она поможет. Она не будет видеть никакой разницы между вором и праведником. Медицина не может сказать: «Это вор, и я собираюсь убить его, а это праведник, и я собираюсь вылечить его». Медицина представля­ет собой науку. Вор вы или праведник - для нее не имеет значения.

Тантра является внеморальной. Тантра утверждает, что никакой морали не нужно, никакой особой морали не требуется. Наоборот, вы являетесь аморальным, поскольку у вас такой расстроенный ум. Поэтому тантра не может ставить предвари­тельное условие, чтобы сначала вы стали моральным, а затем уже могли практиковать тантру. Тантра утверждает, что это абсурд.

Некто болен, у него жар, а врач приходит и говорит: «Сначала уберите свой жар, сначала станьте совершенно здоро­вым. Только тогда могу я дать вам лекарство». Вот что может случиться.

Вор приходит к праведнику и говорит: «Я вор. Скажи мне, как медитировать.» Праведник говорит: «Сначала оставь свою профессию. Как можешь ты медитировать, оставаясь вором?» Приходит алкоголик и говорит: «Я алкоголик. Как мне медитировать?» Праведник отвечает: «Прежде всего, нужно бросить пьянство, и только тогда ты сможешь медитировать». Условия являются самоубийственными. Человек является алко­голиком, или вором, или аморальным, потому что у него расстроенный ум, больной ум. Все это является следствием больного ума, а он говорит: «Сначала стань хорошим, а затем медитируй». Но кто тогда нуждается в медитации? Медитация является лечебной. Она является медициной.

Тантра является внеморальной. Она не спрашивает вас, кто вы такой. То, что вы человек, является достаточным. Где бы вы ни были, кем бы вы ни были, вы принимаетесь.

Выберите технику, которая годится для вас, вложите в нее всю свою энергию, и вы больше не будете тем же самым снова. Реальная, аутентичная техника всегда обладает этим свойством. Если я ставлю предварительные условия, то это показывает, что я располагаю псевдотехникой - я говорю: «Сначала сделай это, сначала не делай то, а затем...» Но эти условия являются невозможными, потому что вор может изменить объекты своей деятельности, но он не сможет перестать быть вором.

Алчный человек может изменить объекты приложения своей алчности, но он не сможет стать неалчным. Вы можете заставить его, или он сам может заставить себя быть неалчным, но это также может произойти в результате некоторой алчности. Если будут обещаны небеса, то он может даже попытаться быть неалчным. Но это алчность в превосходной степени. Небеса, мокша, освобождение, сат-чит-ананда, существование, осознан­ность, блаженство — все это станет объектами его алчности.

Тантра утверждает, что вы не можете изменить человека, пока не дадите ему для этого подходящую технику. Одни проповеди ничего не могут изменить. И вы можете видеть это везде, во всем мире. Все, о чем говорит тантра, написано везде, во всем мире. Так много проповедей, так много морализирова­ния, так много священников и проповедников - весь мир заполнен ими, но все так безобразно и аморально.

Почему так получается? То же самое произойдет, если вы отдадите свою больницу проповедникам. Они придут туда и начнут проповедовать. И они будут вдалбливать в каждого больного: «Вы виновны! Вы создали эту болезнь, измените ее». Если отдать проповедникам больницу, то каковы будут условия в этой больнице? Такие же, как и во всем мире.

Проповедники продолжают проповедовать. Они продолжа­ют говорить людям: «Не сердитесь», не давая им никакой техники. И мы слышим эти поучения в течение столь долгого времени, что даже никогда не задаемся вопросом: «Что вы говорите? Я сердит, а вы просто говорите «не сердись». Как это возможно? Когда я сержусь, это означает, что «я» есть гнев, а вы просто говорите мне «не сердись». Так я могу только подавить себя».

Но это породит еще больший гнев. Это породит чувство вины - если я пытаюсь изменить себя и не могу этого сделать. Это породит чувство неполноценности. Это даст мне ощущение вины в том, что я не в состоянии победить свой гнев. Никто не может победить его! Вы нуждаетесь в некотором оружии, вы нуждаетесь в некоторых методах, поскольку гнев является лишь индикатором вашего расстроенного ума. Измените расстроен­ный ум, и индикатор тоже изменится. Гнев просто показывает, что находится внутри. Сделайте изменения внутри, и внешнее тоже изменится.

Итак, тантра не имеет дела с вашей так называемой моралью. На самом деле говорить о моральности подло, унизи­тельно; это негуманно. Если кто-нибудь приходит ко мне, а я говорю: «Оставь сначала гнев, оставь сначала секс, оставь то, оставь это», то я являюсь негуманным. То, о чем я говорю, является невозможным. И эта невозможность заставит человека почувствовать внутреннее унижение. Он начнет чувствовать себя приниженным, он будет деградировать в своих собственных глазах. Если он пытается делать невозможное, он обречен на неудачу. А в случае неудачи он убеждает себя, что он грешник. Проповедники убеждают весь мир в том, что он грешен. Это нужно им, поскольку если вы не будете убеждены, что вы грешник, то их профессия не будет больше нужна. Вы должны быть грешником; только тогда смогут процветать церкви, храмы и мечети. То, что вы грешник, является их заслугой. Ваша вина является основой всех высших церквей. Чем большим чувством вины вы обладаете, тем выше и выше могут подниматься церкви. Они построены на вашей вине, на вашем грехе, на вашем комплексе неполноценности. Они, таким образом, создали уни­женное человечество.

Тантра не имеет дела с вашей так называемой моралью, с вашими социальными условностями и тому подобным. Это не означает, что тантра призывает быть аморальным - нет! Тантра настолько не имеет отношения к вашей морали, что она не может уговаривать вас быть аморальными. Тантра дает научные методы для изменения ума, и если ум будет другим, то и характер станет другим. Если основа вашей структуры изменится, то изменится и вся ваша система взглядов. Из-за своих внеморальных позиций тантра не может оказаться терпимой для ваших так называемых праведников, они все идут против нее - поскольку если тантра будет иметь успех, то весь этот абсурд, который продолжается во имя религии, должен будет исчезнуть.

Смотрите: христианство много сражается против научного прогресса. Почему? Только потому, что если в материальном мире будет научный прогресс, то недалеко то время, когда наука проникнет также и в психологию, и в духовный мир. Поэтому христианство начало сражение против научного прогресса, поскольку если вы знаете, что можете изменить материю при помощи некоторых методов, то недалеко то время, когда вы придете к знанию того, что существуют методы, которыми вы можете изменить свой ум - поскольку ум есть не что иное, как утонченная материя.

Это тантра предполагает, что ум есть утонченная материя. А раз вы можете иметь другой ум, то вы можете иметь другой мир, поскольку вы смотрите посредством своего ума. Мир, который вы видите, вы видите с помощью своего конкретного ума. Измените ум, и вы будете смотреть на другой мир. А если ум исчезнет... это является предельной целью для тантры -привести в состояние без ума. Взгляд на мир без посредника. Если нет посредника, то вы встречаетесь непосредственно с реальностью, поскольку между вами и ею ничего нет. Тогда ничего не может быть искажено.

Поэтому тантра утверждает, что когда нет ума, то имеет место состояние бхайравы - состояние не-ума. Первый раз вы смотрите на мир таким, каков он есть. Если вы имеете ум, вы продолжаете создавать мир; вы продолжаете навязывание, про­ектирование. Поэтому сначала нужно изменить ум, а затем перейти от ума к не-уму. И эти сто двенадцать методов могут помочь всем и каждому. Любой конкретный метод может оказаться бесполезным для вас. Вот почему Шива имеет дело со многими методами. Выберите любой один метод, который подходит именно вам. Узнать, который из методов подходит вам, нетрудно.

Мы будем пытаться понять каждый метод и как выбрать для себя один метод, который сможет изменить вас и ваш ум. Это понимание, это интеллектуальное понимание будет основным необходимым условием, но это не все. Что бы я здесь ни говорил, вы должны будете испытать его.

В действительности, если вы испытываете подходящий вам метод, это срабатывает немедленно. Поэтому я буду продолжать говорить здесь о методах каждый день. Испытывайте их. Просто играйте с ними - идите домой и испытывайте. Ваш метод, когда бы вы ни встретили его, просто сработает. Что-то взорвется в вас, и вы узнаете, что это и есть правильный метод для вас. Но для этого нужны усилия, и вы можете быть удивлены, что вдруг однажды один из методов «захватит» вас.

Поэтому, пока я здесь говорю, параллельно этому продол­жайте играть с этими методами. Я говорю играть, потому что вы не должны быть слишком серьезными. Просто играйте! Что-то может подойти вам. Если что-то подошло вам, тогда станьте серьезными и углубляйтесь в это - интенсивно, честно, со всей вашей энергией, со всем вашим умом. Но до этого просто играйте.

Я обнаружил, что пока вы играете, ваш ум является более открытым. Когда вы серьезны, ваш ум не так открыт, он заперт. Поэтому просто играйте. Не будьте слишком серьезными, просто играйте. И эти методы являются простыми, вы можете просто играть с ними.

Выберите один метод и играйте с ним не менее трех дней. Если он дает вам некоторое ощущение близости, если он дает вам некоторое ощущение благополучия, если он дает вам некоторое ощущение, что он для вас, то будьте с ним серьезными. Тогда забудьте все другие методы, не играйте с другими методами. Задержитесь на нем - как минимум на три месяца. Чудеса возможны. Единственное, что необходимо, так это чтобы метод подходил вам. Если метод не для вас, то ничего не случится. Тогда вы можете продолжать с ним работать в течение всей жизни, но ничего не случится. Если же метод для вас, то достаточно будет даже трех минут.

Итак, эти сто двенадцать методов могут оказаться для вас чудесным переживанием, а могут и просто быть «прослушанны­ми» - это зависит от вас. Я буду продолжать описывать каждый метод в том разнообразии, в каком это возможно. Если вы ощущаете некоторую близость к нему, играйте с ним в течение трех дней. Если вы чувствуете, что он подходит, что что-то сработало в вас, продолжайте работу с ним в течение трех месяцев.

Жизнь представляет собой чудо. Если вам неизвестны ее тайны, то это только показывает, что вы не знаете метода, как постичь их.

Шива предлагает сто двенадцать методов. Это все возмож­ные методы. Если ничего не сработало и ничто не дало вам ощущение того, что это для вас, значит для вас нет никаких методов - помните это. Тогда забудьте о духовности и будьте счастливы. Тогда это не для вас.

Но эти сто двенадцать методов предназначены для всего человечества - для всех веков, которые уже прошли, и для всех веков, которые еще придут. Во все времена не было ни одного человека, кто мог бы сказать: «Все эти сто двенадцать методов бесполезны для меня». Невозможно! Это невозможно!

Во внимание был принят каждый тип ума. Каждому возможному типу ума в тантре дается своя техника. Имеется много техник, для которых еще не существует ни одного человека; они для будущего. Имеется много техник, для кото­рых не существует ни одного человека в настоящее время; они для прошлого. Но не пугайтесь. Имеется много методов, пред­назначенных для вас.

Итак, мы начинаем это путешествие с завтрашнего дня.