V Глоссарий
АКАНЬЕ – один из двух основных типов безударного вокализма русских говоров, противопоставленный оканью, наиболее характерная черта южного наречия и южной части средне-русских говоров, свойственная и литературному языку.
Аканье в узком смысле – неразличение о и а в безударном положении, совпадение их всегда или в части позиций в звуке а. Есть два типа А.: диссимилятивное и недиссимилятивное. Диссимилятивное А. распространено в западной части южного наречия, остальные акающие говоры и лит. язык характеризуются недиссимилятивным А. При недиссимилятивном А. они совпадают в 1-м предударном слоге всегда в а: совы, травы— сава, савы, трава, травы. При диссимилятивном А. на месте о и а произносится в 1-м предударном слоге звук а или ъ в зависимости от того, какой гласный под ударением. Принцип диссимиляции заключается в том, что перед ударным гласным нижнего подъёма не может быть гласный того же подъёма: перед гласным верхнего подъёма произносится гласный нижнего подъёма а, перед гласным нижнего подъёма произносится гласный среднего подъёма ъ: савы, саву, травы, траву - съва, тръва. В зависимости от того, а или ъ произносится перед гласными верхнесреднего подъёма ё, о и среднего подъёма е, о, выделяются два типа диссимилятивного А. При жиздринском, или белорусском, типе а произносится перед всеми гласными верхнесреднего и среднего подъёмов: к сав'ё, к траве, савой, травой, платок. При обоянском, или архаическом, типе перед гласными верхнесреднего подъёма произносится а: к сав'е, к трав'е, савой, травой; перед гласными среднего подъёма — ъ: лъмт'ей, лыгт'ей, нъсок, плъток. Вместо ъ по говорам могут произноситься звуки ы, оъ, э: сыва, трыва, или троъва, или сэва, трава.
В других безударных слогах, кроме 1-го предударного, о и я обычно совпадают в звуке ъ, в конечном слоге - ъ ъ или а: бърада, нъпахат', выдълъ, выдъла. Реже бывает совпадение их в я во всех безударных слогах: барада, напахат', золата, выдала.
А. в широком смысле - неразличение гласных фонем неверхнего подъёма в безударных слогах - включает и типы такого неразличения после мягких согласных: яканье, иканье, еканье.
Часть лингвистов считает оканье более древним типом вокализма и связывает возникновение А. с редукцией безударных гласных. Самым архаичным признаётся вокализм диссимилятивного типа. Наибольшее распространение получила точка зрения Р.И. Аванесова, считающего, что А. возникло во 2-й пол. 12 - 1-й пол. 13 вв. на территории бассейна верхней и средней Оки и междуречья Оки и Сейма, откуда оно позже распространялось на запад, северо-запад и север. Другие лингвисты придерживаются иного мнения. Особенно много внимания проблеме А. уделяют В.И. Георгиев и Ф.П. Филин. Ф.П. Филин считает, что А. и оканье одинаково древни; по мнению В.И. Георгиева, А. древнее оканья. С точки зрения этих учёных, возникновение различия между этими двумя типами вокализма относится к 7-8 вв (Л.Л. Касаткин).
АССИМИЛЯЦИЯ (от лат. аssimilatiо – уподобление) - уподобление звуков друг другу в пределах одного слова или словосочетания. Одна из причин А. - артикуляционная связанность соседних звуков, в результате которой артикуляция, характерная только для одного из них, распространяется и на второй; такие явления в фонетике часто называют коартикуляцией или аккомодацией, напр. назализованность (носовой призвук) гласного, следующего за носовым согласным (в словах мы, они, ну и т. п.).
А., однако, не объясняется только физиологически, т.к. с артикуляционной точки зрения бывают возможны два варианта произнесения. Напр., слово расшить может быть произнесено и как ра[шш]итъ, т.е. с А. согласного [с] согласному [ш], и как ра[сш]ить, т.е. без А. Существуют два основных вида А. в зависимости от того, какой из сочетающихся звуков уподобляется: регрессивная, если артикуляционному уподоблению подвергается предшествующий звук (т.е. следующий за ним оказывается более «сильным»), и прогрессивная, если уподобляется звук, следующий за более «сильным». Наиболее распространена регрессивная А.: ска[ск]а, где [с] — результат уподобления по глухости следующему [к], сва[д'б]а, где [д'] — результат уподобления по звонкости следующему [б]. Прогрессивная А. в рус. лит. языке не встречается.
По результатам уподобления А. описывают как полную или частичную. Однако нетрудно показать, что это не свойство самого процесса, а свойство сочетающихся звуков. Так, если два соседних звука различаются только одним артикуляционным признаком, то в результате А. может произойти их полное уподобление: в слове о[дд]атъ глухой взрывной переднеязычный [т] из приставки от- уподобляется по звонкости следующему взрывному переднеязычному [д], так что в результате возникает «двойной» согласный [д]. В слове же о[дб']итъ А. частичная, т.к. согласный [т] из приставки от- уподобляется, как и в первом случае, следующему согласному по звонкости, но отличается от него и по активному действующему органу, и по твёрдости - мягкости (Л.В. Бондарко).
ГРАФИКА - (греч. graphike, от grapho - пишу, черчу, рисую) - совокупность всех средств данной письменности, система отношений между буквами письма и звуками (фонемами) речи, а также сами начертания букв, знаков. Основными средствами совр. рус. Г. являются буквы и знаки препинания. Кроме того, к средствам Г. относятся различные приёмы сокращения слов, использование пробелов между словами, прописных букв, отступов (абзац), всевозможных подчёркиваний, а в печатном воспроизведении текста к тому же - и шрифтовых выделений. В нек-рых случаях в письменном и печатном воспроизведении текста используется знак ударения. В специальном виде письма - транскрипции - могут быть применены и другие графические знаки (знак мягкости, долготы, краткости и т.д.).
Степень совершенства графической системы определяется тем, насколько точно буквы письма соответствуют звукам (фонемам) речи. Идеальной Г., в к-рой каждая буква соответствовала бы отдельному звуку (фонеме), а каждый звук (фонема) выражался бы одним буквенным знаком, не существует. Совр. рус. Г. в этом отношении одна из самых совершенных, т.к. большинство букв рус. алфавита однозначны.
Совр. рус. Г. по способу воспроизведения и по рисунку букв делится на Г. письменную и Г. печатную (в т. ч. машинописную Г.). Совр. начертания букв письменной Г. образовались на основе начертаний букв др.-рус. письма.
Основы Г. совр. печатного шрифта были заложены реформой Петра I, к-рый ввёл для печатания книг новый, т.н. гражданский, шрифт с округлыми, без надстрочных знаков (титла, придыхания и т.д.) начертаниями букв. В совр. печатной Г. шрифты различаются по величине (корпус, петит и др.), рисунку (академическая, латинская гарнитуры и др.), по толщине штриха (светлый, полужирный, жирный), в зависимости от назначения - текстовые (для газет, журналов, книг), акцидентные (для реклам, объявлений и т.д.) и др. Проведена стандартизация шрифтов (И.С. Филиппова).
ДИССИМИЛЯЦИЯ (от лат. dissimilis - несходный) - расподобление двух или более звуков, находящихся в пределах одного слова. Физиологическая основа этого процесса менее ясна, чем основа ассимиляции. Если для ассимиляции характерно взаимодействие двух соседних звуков, то диссимилируются (расподобляются) очень часто и звуки, не соседящие непосредственно друг с другом, но находящиеся в одном слове. Различают регрессивную и прогрессивную Д.
Пример регрессивной Д. - просторечное произношение бо[нб]а вместо бомба, где первый согласный м «отталкивается» от второго б, диссимилируется
по активному действующему органу (вместо двух рядом стоящих губно-губных согласных в результате Д. рядом оказываются переднеязычный согласный и губно-губной.
Примеры прогрессивной Д. более редки, ср. просторечное произношение про[л]убь вместо про
рубь или совр. лит. февраль из старого февраръ (Л. В. Бондарко).
ЗВУКИ РЕЧИ–комплексы артикуляционных движений и их определённый акустический эффект, формирующие звуковую оболочку значимых единиц речи. В соответствии со способом произнесения говорят об артикуляции (физиологии), получаемом звуковом эффекте (об акустике) и о восприятии (перцепции) 3. р. Артикуляционно каждый 3. р. образуется в результате сложных движений произносительных органов. Акустически 3. р., как и всякие другие звуки, могут быть определены как колебательные движения, передаваемые воздушной средой. Источниками звука служат: а) модуляция выдыхаемого воздуха колебаниями голосовых связок - голосовой источник; б) препятствия, создаваемые воздушной струей в речевом аппарате, - полное смыкание артикулирующих органов (смычка) или их значительное сближение (щель) - ш у м о в ы e источники. Каждый 3. р. образуется при участии одного, двух или трёх источников: гласные образуются при участии только голосового источника, глухие взрывные согласные - при участии шумового импульсного источника (шумовой импульс возникает при резком раскрытии смычки), звонкие взрывные - при участии голосового и импульсного источника, глухие щелевые - при участиии турбулентного шумового источника (турбулентный шум - шум трения воздушной струи, вызванного сужением артикулирующих органов), звонкие щелевые - при участии турбулентного и голосового источника и т.д. Акустические свойства 3. р. зависят не только от характеристик источника, но и от размера и формы надгортанных полостей, играющих роль резонаторов: в зависимости от того, какое положение занимают язык, губы, мягкое нёбо, в надгортанных полостях возникают и усиливаются колебания различной частоты и интенсивности, так что слышимые нами З. р.-это сложные акустические образования, возникающие в результате наложения акустических характеристик надгортанных полостей на акустические характеристики источников звука.
Возникающие таким образом акустические свойства звуков воспринимаются и оцениваются слуховой системой человека. Звуки, образуемые только голосовым источником, оцениваются слухом как музыкальные тоны, звуки, образующиеся импульсным источником, - как мгновенные шумные звуки и т.д. Особенно важно указать на большую изменчивость 3. р. в зависимости от двух основных фактов - от положения данного звука по отношению к ударению и от качества соседних звуков. Только под ударением произносятся звуки, максимально приближающиеся по своим характеристикам к тем, к-рые можно произнести изолированно. В безударных слогах происходит ослабление, редукция звуков, при-водящая к сокращению времени их звучания (длительности) и к менее отчётливой артикуляции, что вызывает и изменения качества звучания. Соседние звуки также очень значительно изменяют артикуляционно акустические свойства 3. р.: после мягкого согласного гласные а, о, у, е начинаются с и-образного элемента, появление к-рого объясняется движением языка от и-образного положения при артикуляции мягких согласных к положению, характерному для произнесения гласных а, о, у, е, согласные перед гласными у, о произносятся с выпяченными и округлёнными губами. В результате этих взаимовлияний «один и тот же 3. р.» представлен самыми различными артикуляциями, порождающими многообразные акустические эффекты. Их восприятие как «похожих» обеспечивается тем, что возникающие звуковые различия не используются для различения звуковых оболочек слов и определяются чисто фонетическими особенностями.
Из сказанного следует, что разбивка на 3. р. даже простой последовательности согласный + гласный не может быть основана на артикуляционно-акустических свойствах её: при произнесении согласного наблюдаются и артикуляционные движения, свойственные следующему гласному, а на протяжении этого гласного происходит постепенная перестройка артикуляции от предшествующего согласного. Т. о., описание артикуляционно-акустических особенностей отдельных 3. р. условно, т. к. минимальной произносительной единицей является слог. Разбивка каждого слова на последовательность 3. р. производится на основании представлений о фонемном составе данного слова (Л.В. Бондарко).
ИКАНЬЕ– тип безударного вокализма: совпадение всех гласных фонем, кроме у, в первом предударном слоге после мягких согласных в звуке и: ср. под ударением фонемы и, о, е, а: п'илы, н'ос, р'ека, п'атый, в первом предударном слоге они совпадают в и: п'ила, п'ил'ит', н'ису, н'ис'и, р'ика, в р'ик'е, п'итак. Перед твёрдым согласным может произноситься и более открытый звук ие: п'иела, н'иесу, р'иекй, п'иетак. И. встречается в говорах с аканьем, гл. обр. средне-великорусских. В лит. язык И. стало проникать в 19 в. и в настоящее время является нормой лит. языка наряду с более редким еканьем (Л.Л. Касаткин).
МОРФЕМА(от греч. morhe – форма) - минимальная значимая часть слова. Напр., слово желтоватый в форме им. и. муж. рода ед. ч. содержит три М.: желт-, -оват- и -ый. М. желт- (корень) основное признаковое (цветовое значение этого слова (то же, что и в словах жёлтый, желтизна, желтеть и др.), М. -оват- (суффикс) имеет значение слабой степени проявления признака (ср. беловатый, зеленоватый простоватый и т.п.), М. -ый (окончание) - грамматическое значение муж. рода, ед. ч., им. п. (ср.: жёлтый, старый и т.п. с той же М.). Каждая из трёх значимых частей слова желтоватый является минимальной, поскольку меньшим отрезкам (напр., отрезку жел- или -т-) нельзя приписать в данном слове к.-л. значение.
Термин «М.» введён И.А. Бодуэном де Куртенэ в 70-х гг. 19 в. и является общепринятым в совр. лингвистике.
Среди М. по своей роли в слове противопоставлены прежде всего корень и аффиксы. Корень - главная М. слова, несущая основной элемент его лексического значения; аффиксы вносят дополнительные, служебные значения - словообразовательные и грамматические. Корень обязательно присутствует в каждом слове (слов без корня нет) и может полностью совпадать с основой, как, напр., в слове жёлтый. Аффиксы не могут полностью совпадать с основой; их присутствие в слове необязательно (ср. неизменяемые слова типа: вдруг, но, нет, где корень - единственная М.).
По месту в слове (словоформе) в рус. языке различаются следующие виды аффиксов: окончание (или флексия), приставка (или префикс), суффикс, постфикс и соединительный аффикс (или интерфикс).
Значение корня (корней) в слове всегда более конкретно, чем значения аффиксов того же слова. Аффиксы вообще более абстрактны, с выражаемыми значениями. Наиболее абстрактны интерфиксы, значение к-рых сводится к идее соединения; они указывают на связь простых основ и тех значений, к-рые в них
заключены, в составе сложной основы. С этой точки зрения место интерфиксов среди аффиксов можно уподобить месту служебных слов среди всех слов языка.
М. могут быть связанными и свободными. Свободные (несвязанные) М. - такие, к-рые материально совпадают с основой хотя бы в одном неслужебном слове, связанные - такие, к-рые никогда не совпадают с основой, т.е. встречаются всегда в сочетании с другими М. основы. Напр., корень рук - свободная М., т.к. совпадает с основой в слове рука (в основах слов рукопожатие, рукастый, ручной и др. она выступает в сочетании с другими М.), а корень -пас- в словах запасти и припасти - связанная М., т.к. выступает только в сочетании с приставками. В качестве свободной М. могут выступать только корни; к связанным М. относятся все аффиксы и небольшая часть корней. Свободное употребление аффикса (ср., напр., има жинисты, футуристы и прочие исты») влечёт за собой превращение этого аффикса в корень.
Характерной чертой М. является их повторяемость в сочетании с разными М. Значение М. обычно выявляется в ряду образований, содержащих данную М. В полном смысле этого термина М. могут считаться лишь такие значимые части слов, к-рые вычленяются не в одном слове (если только они не равны основе слова, как, напр., единственная М. слова вдруг, не встречающаяся в других словах) и при этом сочетаются с разными М. основы. Таковы, напр., значимые части слова желтоватый.
В то же время различные части основ, сочетающиеся только с одной М. основы, не могут рассматриваться как М. в полном смысле этого термина. Ср., напр., часть бужен'- в слове буженина, сочетающуюся только с суффиксом -ми-, вычленяемым при сопоставлении со словами баранина, конина и т.п., обозначающими сорта мяса, или часть -альон в слове почтальон, сочетающуюся только с корнем почт-, вычленяемым при сопоставлении со словами почта, почтовый и т.п. Основы с такими морфемоподобными отрезками характеризуются менее отчётливой членимостью, чем основы слов типа желтоватый.
Морфемный анализ слова (иногда называемый также морфологическим) представляет собой один из возможных путей анализа структуры слова наряду со словообразовательным анализом. Морфемный анализ предполагает вычленение в слове всех составляющих его М. и установление их значения. В школьной практике такой анализ осуществляется в т. н. разборе слов по составу.
В разных словах и словоформах М. могут формально (по составу фонем) видоизменяться. Формальные видоизменения М. называются морфами.
Раздел языкознания, изучающий структуру М. и формальные закономерности их сочетаемости, называется морфонологией; значения, выражаемые М., изучаются в словообразовании и морфологии (В.В. Лопатин).
МОСКОВСКОЕ ПРОИЗНОШЕНИЕ - способ произношения, свойственный жителям Москвы, признанный произносительной нормой рус. лит. языка. М. п. возникло не сразу, а складывалось веками. Первоначальной его основой было произношение восточнослав. племени кривичей (близкое к произношению славян новгородских), т.е. имело северно-рус. характер. Москвичи до 16 в. не только сохраняли северный строй консонантизма, но и окали. Окал Иван Грозный и его окружение, очевидно, окало и старое боярство (Хованские, Мстиславские, Одоевские). Однако в Москве среди населения, пришедшего с юга и востока, было распространено и акающее произношение, которое постепенно укрепилось и к 18 в. стало господствующим. М.В. Ломоносов, сам помор-северянин, писал в «Российской грамматике» (1755): «Московское наречие не токмо для важности столичного города, но и для своей отменной красоты прочим справедливо предпочитается, а особливо выговор буквы о без ударения, как а, много приятнее...». В 18 в. существовало две нормы произношения: одна - при чтении книг, стихов и т.д., другая - свойственная разговорной речи. О неоднородности М. п. того времени писал М. Ломоносов: «Сие произношение больше употребительно в обыкновенных разговорах, а в чтении книг и в предложении речей изустных к точному выговору букв склоняется» («Российская грамматика»). Проникновение в рус. язык иноязычных элементов (особенно начиная с 18 в.) сделало произношение ещё более неоднородным. Вокруг вопросов о произношении разгорелись споры - о различении звуковых качеств букв е и Ъ, о произношении буквы г как [г] и как [j] и др. Откликаясь на полемику, Ломоносов написал стихотворение «Бугристы берега...», во всех словах к-рого была буква г, и обратился к читателям: «Скажи, где быть тут га и где стоять глаголу».
В19 в. произносительные нормы лит. языка уже полностью определяются живой московской речью. Эти нормы характеризуются аканьем, произношением е после мягких согласных перед твёрдыми на месте Ь под ударением, произношением г взрывного образования и рядом других черт. К кон. 19 в. в М. п. стали образцовыми нек-рые черты, время существования к-рых названо «старомосковским произношением»; произношение слов с р мягким, напр.: пе[р']вый, четве[р']г, ве[р']х; произношение возвратного аффикса -сь, -ся в глаголах прош. времени и в повелительном наклонении как с твёрдое (вопреки орфографии) и др. Верными «старомосковскому произношению» оставались артисты Малого театра, нек-рые чтецы (В.Н. Яхонтов, Д.Н. Журавлёв).
С кон. 19 в. и до нашего времени М. п. пережило многие изменения, сохранив, однако, все основные особенности. Для 2-й пол. 20 в. характерны следующие черты: 1) щ, сч, жж, зж, жд произносятся как ш и ж мягкие и долгие щ' и ж': щи, счёт, жужжать, визжать, дождя; мягкие краткие [щ'],' [ж'] возможны лишь в иноязычных словах типа: пшют, жюри и в собственных именах типа Шютте, Жюль; 2) произношение буквы г как [j] допускается лишь в нескольких церковных словах (господи, бога), но не допускается в других словах, в сходной фонетической позиции (напр.: богадельня, благополучный, благоприятный); [j] возникает также при позиционно озвончённом х, напр.: «их бы» [иубы], и в отдельных, словах (бухгалтерия, бухгалтер); 3) произношение мягких к, г, х возможно только перед гласными и, е (руки, руке), перед а, о, у мягкие к, г, х встречаются только в иноязычных словах (гяур, маникюр, Ликёр); 4) произношение чн возможно то как [шн] (скучно, гречневый, булочная, молочный и др.), то как [чн] - преимущественно в словах-терминах и в нейтральной лексике (вечность, беспечный, личность и др.); 5) произношение щн как [щи], а не [шн] (сущность, беспомощный и др.); 6) произношение твёрдых [т, д] перед [е] в словах-варваризмах и в стилистически отмеченных словах (темпера, коттедж, терция, декольте и др.), а также в собственных именах (Декарт, Дега, Теренций, Доде) и в аббревиатурах типа ТЭЦ, ВТЭК, ЛЭП и т.п., но мягких [т'], [д'] в освоенных словах (температура, телефон, тема, демонстрация, демон); 7) в возвратных формах глагола наблюдается колебание в произношении между сценическим с твёрдым и разговорным с мягким [с']; это колебание началось ещё в пушкинскую эпоху. Д.Н. Ушаков указывал, что с произносится всегда твёрдо, за исключением деепричастий (наклоняясь и т.п.); 8) ч перед т в союзах что и чтобы произносится как [ш): [што], [штобы]; 9) в области вокализма основной чертой М. п. является аканье, т.е. резко контрастное выделение ударного слога (по долготе и интенсивности) и разная - двухстепенная - редукция гласных в безударных слогах, напр. голова [гъл/\ва].
М. п. через средства массовой информации (телевидение, радио и др.), а также через театр оказывает влияние на диалектное и просторечное произношение (А.А. Реформатский).
НОРМА (ЯЗЫКОВАЯ), норма литературная, - принятые в общественно-речевой практике образованных людей правила произношения, грамматические и другие языковые средства, правила словоупотребления. Лит. Н. складывается как результат социально-исторического отбора языковых элементов из числа сосуществующих, образуемых вновь или извлекаемых из пассивного запаса прошлого и возводимых в ранг правильных, пригодных и общеупотребительных. Н. лит. языка в сознании говорящих обладает качествами особой правильности и общеобязательности, она культивируется в передачах радио и телевидения, в театре, в массовой печати и является предметом и целью школьного обучения родному языку. Для письменной речи существуют также орфографические нормы - система правил, устанавливающих единообразную передачу звукового языка на письме.
Для Н. характерна системность и связь со структурой языка, стабильность, историческая и социальная обусловленность и в то же время динамичность и изменчивость во времени.
Н. различается по степени устойчивости в разных уровнях языка и в различных условиях общения. Решающим при этом оказывается соотношение Н. и системы (структуры). Так, в области орфоэпии система целиком определяет Н. (ср. фонетическое чередование о под ударением с безударным а, оглушение звонких согласных в конце слова и перед глухими согласными и т. п.), что и создаёт понятие образца, идеала правильного произношения, на к-рый должно ориентироваться общество. В области лексики система не находится в таком тождественном отношении к Н. Содержательный план здесь господствует над планом выражения. Возникает проблема правильности, смысловой точности и стилистической уместности слова в высказывании (ср. употребление синонимов, паронимов, фразеологических оборотов и т.п.). В области грамматики отношения системы и нормы строятся иначе: на первый план выступают модели и образцы (парадигмы) и критерий соответствия им речевых реализаций, в частности новообразований. В стилистике Н. регулирует применение стилистически и экспрессивно окрашенных или нейтральных языковых средств в соответствии с содержанием и целью речи, условиями общения, требованиями жанра и т.п. (ср., напр., неуместное использование книжных слов и конструкций в бытовой речи).
Различаются Н. императивные и диспозитивные. Императивные (т.е. строго обязательные) Н. - это такие, нарушение к-рых расценивается как слабое владение рус. языком (напр., нарушение норм склонения, спряжения или принадлежности к грамматическому роду). Такие Н. не допускают вариантов (невариативные Н.), и любые другие реализации расцениваются как неправильные, недопустимые. Напр.: алфавИт (не алфАвит), прИнял (не принЯл), курица (не кура), благодаря чему (не благодаря чего). В отличие от императивных Н. диспозитивные (т.е. восполнительные, не строго обязательные) допускают варианты - стилистически различающиеся или вполне нейтральные (вариативные Н.). Напр.: бАржа и баржА, в отпуске (нейтр.) - в отпуску (разг.), кОмпас - у моряков компАс.
Среди вариантов, объективно сосуществующих в языке, следует различать варианты, находящиеся в пределах лит. Н. (Иначе и инаАче, заводский и заводской, в адрес и по адресу), и варианты, один из к-рых нормативен, а другой - нет и стоит за пределами лит. языка (правильно призЫв и неправильно прИзыв, правильно последний в очереди и неправильно крайний в очереди и т.п.).
Объективные колебания лит. Н. обычно связаны с их развитием, когда варианты являются переходными ступенями от устаревающей Н. к новой, служат средством унификации или, напротив, стилистической дифференциации языковых элементов. В тех случаях, когда варианты ничего не привносят в смысловом, стилистическом и других отношениях, говорят обычно о дублетах. Лит. Н. стремится к освобождению от простых дублетов. Объективные варианты охватывают разные уровни языка: существуют варианты Н. орфоэпические (будни\ш\ний и буд-ни[ч']ный, высо[к']ий и высок[ъ]й), акцентологические (родИлся и родилсЯ), морфологические и словообразовательные (спазм муж. род и спазма жен. род, напроказить и напроказничать), варианты грамматических форм (чаю и чая, каплет и капает), синтаксические варианты (исполненный чем и исполненный чего, жду письмо и жду письма).
Н. - одно из важнейших условий стабильности, единства и самобытности национального языка, а стабильность и единство являются в свою очередь основой многовековой национальной литературы.
Н. регулирует не только воспроизведение готовых «образцов», но и создание новых фактов в процессе речевой деятельности. Критерии лит. Н. в историческом плане - языковая традиция, культурное наследие прошлого, язык классической лит-ры, а в плане совр. употребления - «подравнивание» под речь, признаваемую образцовой (речь образованных людей, авторитет радио, телевидения, театра, печати и т.п.). Н. определяет реализацию тех возможностей, к-рые заложены в системе языка. Она ограничивает и регулирует использование в языке различных изофункциональных (т.е. сходных по функциям) средств. Ср., напр., ждать поезда (неизвестно какого, любого) и ждать поезд (определённый, конкретный, именно этот) или несколько человек выступило (имеется в виду единство или общая нерасчленённость действия) и несколько человек выступили (имеется в виду несогласованность или простая расчленённость, множественность действия).
С позиций динамического подхода Н. - это не только результат речевой деятельности, закреплённый в традиции или образцах, но также и создание новых средств в соответствии с возможностями системы или по аналогии с уже реализованными образцами. При нормативной оценке новообразований учитываются, во-первых, их массовая и регулярная воспроизводимость в речи и, во-вторых, активное взаимодействие с другими звеньями системы (ср. новое: заявление на кого/что, по аналогии с жалоба на кого/что, вместо старого: заявление о ком/чём).
Изменения лит. Н. определяются внешними (социальными) факторами и внутренними тенденциями развития фонетической, лексической, грамматической, стилистической систем (действие законов национальных языков), лит. язык как высший тип общенародного языка постепенно вытесняет диалекты и становится выразителем общенациональной Н.
Н. - центральное понятие теории культуры речи. Проблема Н. тесно связана с практическими задачами культуры речи. Учение о Н. - основа теоретической нормализации, научных рекомендаций в области речевой культуры.
Большое значение для теории Н. имели работы Д.Н. Ушакова, Л.В. Щербы, С.П. Обнорского, Г.О. Винокура, В.В. Виноградова, Е.С. Истриной, Ф.П. Филина, С.И. Ожегова и других учёных, в к-рых ставились и разрабатывались проблемы сущности лит. Н., её связей и взаимоотношений с системой языка и общественными факторами его развития и функционирования (Л.И. Скворцов).
ОКОНЧАНИЕ(флексия), - словоизменительная морфема, выражающая в словоформах рус. языка значения рода, числа, падежа или лица. Напр., О. -а в словоформе вода выражает значения жен. рода, ед. ч., им. п., О. -ыми в словоформе зелёными выражает значения мн. ч. и твор. п., О. -у в словоформе пишу - значения ед. ч., 1-го лица. Материально тождественные морфы О. могут иметь разные значения. Напр., О. -е только в именах существительных имеет следующие значения: 1) муж. рода, ед. ч., предл. п. в словоформах типа: (на) столе, (в) доме; 2) ср. рода, ед. ч., предл. п. в словоформах типа: (в) море, (на) окне; 3) жен. рода, ед. ч., предл. п. в словоформах типа: (о) книге, (в) реке; 4) жен. рода, ед. ч., дат. п. в словоформах типа: (дал) сестре, учительнице; 5) мн. ч., им. п. в словоформах типа: армяне, молдаване, баре, бояре, цыгане.
Выражая значения рода, числа, падежа, лица, О. служит для указания синтаксических отношений (согласования, управления) данного слова с другими словами предложения. О. обычно занимают место в конце словоформы, после них в словоформах могут выступать только постфиксы: пиш-ет-ся, катал-а-съ, идёмте.
Каждое склоняемое и спрягаемое слово имеет свой набор О., в соответствии с к-рым оно относится к тому или иному типу склонения или спряжения. В ряде случаев О. играет роль словообразовательного аффикса. Так, существительное операционная (название помещения) отличается от прилагательного операционный (операционная комната, операционные инструменты и т.д.) только набором О. (И.С. Улуханов).
ОРФОГРАММА (от греч. оrthos – правильный и gramma - буква) - правильное (соответствующее правилам или традиции) написание, к-рое нужно выб- рать из ряда возможных. При обозначении на письме звуков речи (точнее, фонем) пишущий сталкивается с двумя случаями: с отсутствием вариантов на письме при обозначении фонем (ср.: дом, шар, тень, шум) или с наличием такихвариантов (ср. слово голова, в к-ром обе буквы о теоретически могут быть заменены буквой а, хотя написание буквы а орфографически неправильно). О. может быть не только буква, но также слитность или раздельность написания, прописная (большая) или строчная (малая) буква, место переноса, характер сокращения слова.
О. являются одними из основных единиц в теории и практике орфографии. Более крупными единицами являются орфографические правила, к-рые нужно применить к той или иной О. на основании её опознавательных признаков. В действующих школьных учебниках принято давать списки изученных О. с отсылкой к определённым параграфам и страницам учебника. Ср., напр., такие названия О. в списках: «безударная гласная в корне слова, проверяемая ударением», «буквы з или с в конце приставок», «большая буква в собственных именах существительных», «-тся и -ться в глаголах» и т.д. Каждая О. имеет в тексте учебника и в списке один и тот же порядковый номер (соответствующий порядку их изучения), к-рый используется в различного вида сокращённых ответах при решении орфографических задач (этот номер не заучивается).
В методике преподавания орфографии различают теоретические и практические О. Так, напр., конечный глухой мягкий согласный звук [т] обозначается в рус. письме буквосочетаниями дь и ть: сядь, пядь, пять, бежать и т.д. В конце слов вместо звонких согласных произносятся парные им глухие, и конечная согласная буква слова (из пар т/д, с/з, п/б и т.д.) всегда является О. Однако в неопределённой форме глагола (напр., бежать) эта О. является теоретической: рус. учащиеся, как правило, ошибок здесь не допускают (конечное -ть очень рано осознаётся как яркий грамматический показатель неопределённой формы). В школе в первую очередь изучают практические (актуальные для учащихся) О.
Соотношение теоретических и практических О., равно как О. и неорфограмм, меняется при изучении рус. письма нерусскими. Так, напр., для белорусов и поляков, в языке к-рых нет мягкой согласной фонемы [т'], буква т становится практической О. не только в словах типа бежать, но и в словах типа тень, где для русских вообще нет О. В подобных случаях белорусы и поляки могут ошибочно «подставлять» свою фонему, похожую на русское [т'] и допускать при её записи орфографическую ошибку (В.Ф. Иванова).
ОРФОГРАФИЯ(греч. orthographia, от orthos - правильный и grapho - пишу) - правила, устанавливающие единообразие способов передачи речи на письме. О. определяет передачу звуков (фонем) буквами; слитные, раздельные и дефисные написания слов и их частей; употребление прописных букв; способы переноса. Иногда как синоним О. употребляется термин -«правописание», имеющий и более широкое значение, включающее пунктуацию.
1) Важным принципом передачи звуков (фонем) буквами в совр. рус. орфографии является фонематический принцип, при к-ром одни и те же буквы алфавита обозначают фонему во всех её видоизменениях. Фонематический принцип, как правило, совпадает с морфологическим принципом, т.к. обеспечивает единообразное написание значащих частей слова (приставка, корень, суффикс, окончание), напр, корень -вод-пищется одинаково в словах вода, водовоз, заводь и др. Фонематический характер имеют такие основные правила орфографии: чтобы знать, как писать безударный гласный, надо поставить его под ударение (поля - поле); чтобы знать, писать звонкий или глухой согласный, надо поставить сомнительный согласный перед гласным, сонорными [м], [и], [л], [р], [у] или перед [в] (пруд-пруда, улов-ловля; сшить, сжечь-слить); чтобы знать, надо или не надо писать ь после согласного перед другим согласным, надо изменить слово так, чтобы второй согласный стал твёрдым, если при этом первый согласный остаётся мягким, то надо писать мягкий знак (уздечка - узда, в вальсе - вальса); после ж, щ, ч не пишутся буквы я, ю, ы, а пишутся буквы а, у, и (т.е. те, к-рые не обозначают качества предшествующего согласного).
В совр. О. есть написания, определяющиеся фонетическим, традиционно-историческим и дифференцирующим (дифференцировочным) принципами.
Фонетический принцип заключается в том, что написание передаёт звучание слова, буквой обозначается не фонема, а звук. Написание отличается от фонетической транскрипции только меньшей степенью точности в передаче звуков. По фонетическому принципу пишутся конечные согласные в приставках из- (ис-), воз- (вос-), раз- (рас-), через- (черес-), без- (бес) (изводить - искусать, возводить - востребовать и т.д.).
Традиционно - исторический (традиционный) принцип заключается в том, что сохраняется написание, закреплённое традицией, хотя и не соответствующее совр. состоянию языка. Традиционные написания могут не вступать в противоречие с фонематическим принципом и могут ему противоречить. Напр., в словах баран, калач, собака, паром безударные гласные а и о не встречаются под ударением, поэтому фонематически может считаться оправданным любое закреплённое традицией написание.
Дифференцирующий принцип применяется там, где два слова или две формы, имеющие тождественное фонемное строение, условно разграничиваются с помощью орфографии (ожог - ожёг, поджог - поджёг, туш - тушь).
2) Слитные, раздельные и дефисные написания, использующие три графических знака (контакт - слитное написание, пробел и дефис), включают разные грамматические разряды слов: сложные существительные, прилагательные, местоимения, числительные, наречия, а также написание частицы не с различными частями речи. Принципы, на к-рых строятся орфографические правила данного раздела (отражающие такие языковые проблемы, как границы слова, слово и сложное слово, слово и словосочетание), могут быть квалифицированы как лексико-синтаксический - для разграничения слова и словосочетания (долгоиграющая пластинка и долго играющий во дворе ребёнок; тяжелораненый солдат и солдат, тяжело раненный в бою под Сталинградом; наконец, я всё понял и поездка отложена на конец месяца; нелёгкая задача и не лёгкая, а сложная задача; нерешённая проблема и никем не решённая проблема); словообразовательно - грамматический - для написания сложных прилагательных и существительных: наличие или отсутствие суффикса в первой части сложных прилагательных и наличие или отсутствие соединительных гласных о или е в сложных существительных (автомобильно-дорожный и автодорожный, угольно-графитовый и углеграфитовый, газово-нефтяной и газонефтяной, стекольно-керамический и стеклокерамический; железобетон, лесопарк, стеклокерамика и дизель-мотор, лён-долгунец, сахар-рафинад). Этими двумя принципами охватывается подавляющее количество написаний. Кроме того, существует ряд традиционных орфографических правил, определяющих написание других, не столь обширных и в ряде случаев непродуктивных грамматических групп, как, напр., числительных, частиц, междометий. О. этого раздела, отражающая сложный и живой языковой процесс, постоянно совершенствуется на базе орфографической практики и теоретических лингвистических исследований.
3)Прописная буква употребляется для выделения начала предложения и для выделения имён собственных. Употребление прописной буквы во второй функции связано с трудностями, к-рые определяются сложностью разграничения имён собственных и имён нарицательных и особенно выделением неоднословных
собственных имён (напр., составные названия высших партийных, правительственных и профсоюзных учреждений, почётных должностей, званий, орденов).
4) В основе действующих правил переноса слов лежит деление слов на слоги, осложнённые учётом морфологического состава слова (Б.3. Букчина, Л.П. Калакуцкая).
ОРФОЭПИЯ(греч. orthoepeia, от orthos - правильный и epos - речь) - совокупность норм национального языка, обеспечивающих единство его звукового оформления. Единообразие звукового оформления устной речи содействует, как и орфография, облегчению языкового общения. Понятие «О.» включает произношение и нормы суперсегментной фонетики (ударение, тон и др.). Произношение охватывает фонетическую систему языка, т.е. состав фонем, их качество и реализацию в определённых условиях, а также звуковое оформление отдельных слов и грамматических форм (напр.: пл[а]тишь, а не пл[o]тишь,[ш]то, а не [ч]то). Значение норм суперсегментной фонетики для О. различно в разных языках. Для рус. языка имеет большое значение ударение, связанное с образованием грамматических форм. Некрые учёные в состав О. включают образование вариантных грамматических форм (напр.: трактора или тракторы).
О. складывается исторически вместе с формированием национального языка, когда развиваются разные формы публичной речи и увеличивается удельный вес устной речи в жизни общества. При этом в разных национальных языках и в разные эпохи степень строгости и единообразия норм О. и их социолингвистическое значение весьма различны. Правила О. имеют длительную историю и складываются в качестве норм национального языка обычно поздно. Нормы О. рус. языка сложились в своих важнейших чертах ещё в 1-й пол. 17 в. как нормы московского говора, к-рые лишь по мере развития и укрепления национального языка стали приобретать характер национальных норм. Окончательно они сложились во 2-й пол. 19 в., хотя в ряде случаев имелись колебания. Существовавшие до Окт. революции 1917 нормы О. в основном сохранились; изменились лишь нек-рые частные правила, уменьшилась ассимилятивная мягкость ([д]ве, [з]верь рядом с [д']ве, [з']верь), произношение сблизилось в ряде черт с написанием. Большое значение в развитии О. имел театр, культивирующий нормы О. в наиболее чистом виде. Сценическая речь во многих языках является основой орфоэпических норм. Значение О. возрастает с развитием звукового кино, радио, телевидения (Р. И. Аванесов).
ОСНОВА- часть словоформы, остающаяся после отсечения окончания. Напр., в словоформах бабушка, село, красный, несу выделяются О. 6а-бушк-, сел-,
красн-, нес-. При отсутствии окончания О. совпадает со словоформой: вдруг, бац, дважды и т.п. В О. содержится лексическое значение слова.
О. бывают простыми и сложными. Простая О. содержит один корневой морф, сложная - два или более.
О. могут быть мотивированными (производными) и немотивированными (непроизводными). Мотивированная О. - это такая О., значение к-рой можно объяснить (мотивировать) с помощью О. однокоренного слова, более простого по форме и по значению. Так, О. слова домик - мотивированная, поскольку она может быть объяснена с помощью О. слова дом: домик - «маленький дом». Если такое объяснение (мотивация) невозможно, то О. является не мотивированной, таковы, напр., О. слов дом, вода, село, синий, читать.
Термин «О.» входит в состав составных терминов «мотивирующая (или производящая) О.» и «О. настоящего, прошедшего времени или инфинитива».
Мотивирующая (производящая) О. - это та часть мотивированной О., к-рая является общей с О. мотивирующего слова (с учётом чередований, усечений и наращений фонем), напр, в слове лесок мотивирующая О. - лес-, в слове партизанить - партиза[н']- (с чередованием [и]-[к']: партиза\н\- партиза[н']ить).
О. наст, (прош.) времени - это часть словоформы, остающаяся после отсечения морфов окончания и морфов словоизменительных аффиксов. Напр., в различных словоформах глагола писать выделяются: О. настоящего времени пиш-: пиш-у, пиш-ешь, пиш-ущий; О. прошедшего времени писа-: писа-л, писа-ть, писа-вший. О. прош. времени в подавляющем большинстве глаголов совпадает с О. инфинитива.
Т.о., в словоформе лентяйничала, напр., можно выделить: О. этой словоформы - лентяйничал-а, О. прош. времени и инфинитива - лентяйнича-ла, лентяйнича-тъ, мотивирующую О. - лентяй-ничала; в словоформе лентяйничающий - О. этой словоформы - лен-тяйничающ-ий, О. наст, времени - лен-тяйничающий,мотивирующую О. - лентяй-ничающий (И.С. Улуханов).
ПОСТФИКС(от лат. рost - после и f ixus - прикреплённый) - 1) любой аффикс, стоящий в слове или словоформе после корня; 2) аффикс, стоящий после флексии и противопоставленный по этому признаку суффиксу. В рус. языке насчитывается пять П. (во 2-м, узком смысле): глагольные П. -ся\-сь (мыть-ся, моюсь) и -те (иди-те), местоименные П. -то, -либо, -нибудь (кто-то, что-нибудь, какой-либо). Все перечисленные П. (кроме -те) - словообразовательные; -те - словоизменительный, имеет значение мн. ч. повелительного наклонения.
Термин «П.» не является общепринятым, в школьной практике до недавнего времени П. называли частицами (что порождало смешение П. с частицей как частью речи), в ныне действующем школьном учебнике П. относят к суффиксам. Как словообразовательное средство П. имеет много общего с приставкой: он присоединяется к слову в целом, а не к основе (как суффикс) и тем самым оставляет систему флексий производного слова неизменной по сравнению с производящим. Словообразовательные значения П., как и приставки, - модифика-ционные, таковы, напр., значения возвратности и взаимности действия у П. -ся (купать - купаться, обнимать - обниматься), неопределённости у местоименных П.; П. -ся участвует также в формировании страдательного залога глагола (В. В. Лопатин).
«ПРАВИЛА РУССКОЙ ОРФОГРАФИИ И ПУНКТУАЦИИ»(М., 1956) полный свод орфографических и пунктуационных правил, обязательных для совр-рус. письма. Утверждены Академией наук СССР, Министерством высшего образования СССР и Министерством просвещения РСФСР. Необходимость унификации правил орфографии и пунктуации была вызвана тем, что реформа 1918 г., разрешив основные, крупнейшие вопросы по упрощению рус. письма, по своему характеру не могла устранить непоследовательности в написании отдельных слов, не коснулась многих частных вопросов орфографии. Рост словарного состава рус. лит. языка в сов. время, привносящий новые орфографические проблемы, отсутствие в ряде случаев орфографических правил, наличие многих справочных пособий и словарей, содержащих противоречивые рекомендации, приводили к увеличению разнобоя в орфографии, вносившего трудности в школьное преподавание, издательскую практику и т.д. Свод правил 1956 г., «по своей полноте и четкости превосходящий все предшествующие работы по унификации орфографии» (С.И. Ожегов) создал базу для ликвидации орфографического разнобоя.
«Правила» состоят из двух частей и Приложения. В первой части изложены правила орфографии, во второй - правила пунктуации, в приложении дан словарь, к-рый содержит около 4000 слов сотсылками к соответствующим параграфам «Правил». Правила орфографии изложены в семи разделах: 1) правописаниегласных (изменены и уточнены правила о написании и и ы после ц; унифицировано написание ы после приставок, начинающихся на согласный, сформулировано правило о написании о – е после шипящих и др.); 2) правописание согласных (даны частные дополнения); 3) буквы ъ и ь (в этот раздел внесены отдельные поправки и уточнения); 4) написания слитные или через дефис. Правила этого раздела, касающиеся ссуществительных, прилагательных и числительных, были упорядочены. Так, yстановлено единое дефисное написание прилагательных, образованных от двух основ, обозначающих качество с дополнительным оттенком (типа: раскатисто-громкий) и оттенки цветов. Сформулированы правила для наречий. Особое внимание было уделено вопросу о слитном и раздельном написании отрицания не с различными частями речи; 5) прописные буквы (дан перечень наименований учреждений, организаций, должностей, званий, пишущихся с прописной и строчной буквы); 6) буквенные аббревиатуры, сложносокращённые слова и графические сокращения; 7) правила переносов.
Рус. пунктуация за всё время существования не подвергалась упорядочению и реформированию. В «Правилах» были систематизированы действующие правила, устранены противоречия и неясности, сформулированы правила для ранее нерегламентированных случаев. Все пунктуационные правила, предусмотревшие основные, наиболее типичные языковые конструкции, даны в виде систематического свода, изложенного по знакам препинания.
«Правила» 1956 служат обязательным руководством при составлении учебников, словарей рус. языка, специальных словарей, энциклопедий и справочников, для всей языковой практики (Б. З.Букчина).
ПРИСТАВКА,префикс (от лат. praefixus - прикреплённый впереди), - аффикс, находящийся и составе простой основы перед корнем. В словах рус. языка выделяются последовательности от одной П. до трёх (напр., в слове вз-дрогнутъ - одна П., в слове при-со-единить - две, в слове по-при-от-крывать - три).
П. в рус. языке - словообразовательный аффикс, она используется в способах словообразования: префиксальном (напр.: огромный - преогромный), префиксально-суффиксальном (воля - безвольный), префиксально-постфиксальном (кричать - раскричаться), префиксально - суффиксально-постфиксальном (шептать - перешёптываться).
Основная особенность П. как самостоятельного словообразовательного средства (при чистой префиксации) состоит в том, что П. (в отличие от суффикса) присоединяется к целому слову, а не к основе. Поэтому производное слово, образованное с помощью П., относится к той же части речи, к тому же типу склонения или спряжения, что и производящее (напр., группа - подгруппа и класс - подкласс с одной и той же П. под-).
При чистой префиксации П. обычно лишь видоизменяет, модифицирует значение того слова, к к-рому она присоединяется. Напр., в существительные и прилагательные одни П. вносят значение отрицания или противоположности (правда - неправда, порядок - беспорядок, художественный - антихудожественный), другие образуют слова с оттенком усиления, высокой степени проявления признака (красавица - раскрасавица, прибыль - сверхприбыль, добрый - предобрый, реакционный - архиреакционный).
Глагольные П. обозначают различные оттенки, уточняющие характер протекания процесса, названного производящим глаголом: мять - измять, помять, подмять, примять, намять, вмять, размять и т.п. Присоединение П. к производящему бесприставочному глаголу несов. вида, как правило, приводит к образованию глагола сов. вида.
Префиксальный способ словообразования наиболее широко используется в рус. языке в глаголах; в именах существительных и прилагательных он развит слабее. Почти все глагольные П. многозначны. Возможности приставочного глагольного словообразования очень велики: от каждого глагола можно образовать несколько глаголов с разными П.
Большинство исконно рус. П. совпадает по форме и отчасти по значению со служебными словами, прежде всего предлогами (напр., предлоги без, до, при, от и П. без-, до-, ирм-, от-) и частицами (не и П. не-); префиксально-суффиксальные образования с такими П. соотносительны по значению с сочетаниями служебного слова и существительного (ср.: бездорожье и без дороги, отглагольный и от глагола). Среди П. рус. языка имеется нек-рое количество заимствованных: анти-, архи-, контр-, де-, ре- и др. (В.В. Лопатин).
СЛОВО - важнейшая структурно-семантическая единица языка, служащая для наименования предметов и процессов, свойств. В структурном отношении С. состоит из морфем (в т.ч. и из одной - там, вчера), от к-рых отличается самостоятельностью и свободным воспроизведением в речи и представляет собой строительный материал для предложения, в отличие от к-poгo не выражает сообщения. Основной тип С. - простые знаменательные (самостоятельные) С. (дом, хлеб, ходить, большой) - характеризуется: структурной оформленностью (наличие собственного и единого ударения; пограничные звуковые сигналы; невозможность пауз внутри С. и их возможность между словами; непроницаемость, т.е. невозможность включения другого С. в его состав, и др.); семантической идиоматичностью (произвольность связи звукового комплекса с опрелённым значением); автономной номинативной функцией, ск-рой связаны воспроизводимость С. в речи, их отдельность и способность выступать в качестве минимума предложения.
Объединяя в себе лексическое и граммагическое значения, С. принадлежит к определённой части речи, выражает в своём составе все предопределяемые системой данного языка грамматические значения (напр., прилагательные рус. языка выражают значения рода, числа, падежа) и в языках со словоизменением представляет собой совокупность всех его грамматических форм (хожу, ходишь, ходил и т.д. образуют один глагол ходить). В С. закрепляются результаты познавательной деятельности людей, без С. невозможны не только выражение и передача понятий и представлений, но и самое их формирование. Значение С. выступает как обобщённое отражение обозначаемого им объекта. В речи С. может обозначать как весь класс данных объектов (Собака - животное), так и отдельного представителя этого класса (Это чья собака!). В значении С. отражается диалектическое соотношение общего и единичного, устойчивого и подвижного. Устойчивость его значения обеспечивает взаимопонимание, подвижность (сдвиги в конкретном значении С.) позволяет использовать С. для наименования новых объектов действи-тельности и является одним из факторов художественного словесного творчества. С подвижностью связана тенденция к многозначности слова. Отношение говорящего к именуемому объекту образует эмоциональный аспект значения С., выражающий чувства, субъективное мнению говорящего (ср.: городок и городишко)(В.Г. Гак).
СЛОГ– минимальная единица речевого потока. Существуют разные толкования С., основанные на преимущественном внимании к его артикуляционным или акустическим характеристикам. С точки зрения артикуляции С. определяется как минимальная произносительная единица, т.е. такая последовательность речевых движений, которая образуется единым дыхательным толчком (Р. Стетсон), единым импульсом мускульного напряжения (Л.В. Щерба). При том и другом подходе вершиной С. считается гласный, являющийся слогообразующим элементом, согласные считаются его периферийными элементами.
Понимание С. как сочетания гласного с одним или несколькими согласными широко распространено в фонетической лит-ре, что отражается и в существующей терминологии: говорят об открытых С., т.е. С., кончающихся гласными (ты, сто, три), о закрытых С., т.е. С., кончающихся согласными (он, пёк), о прикрытых С., т.е. С., начинающихся с согласного, и неприкрытых, т.е. С., начинающихся с гласного. Т.о., и - открытый неприкрытый С., мы - открытый прикрытый С., ум - закрытый неприкрытый С., вам - закрытый прикрытый С. Ни о каких собственно фонетических (артикулярно-акустических и перцептивных) характеристиках здесь речь не идёт - это только описание фонемного состава слогов.
Однако существует целый ряд фактов, к-рые не позволяют согласиться с отрицанием фонетической реальности С. Ритмическая структура слова создаётся на основании специальной организации безударных С. вокруг ударного; практика стихосложения также связана с определённым чередованием ударных и безударных С. или даже только с повторением одного и того же количества С. в стихе; интуитивное чувство любого носителя языка позволяет ему, даже если слово само по себе не опознано, правильно определять количество С. Часто дети при обучении языку в первую очередь «запоминают» количество С. в слове и правильно передают его, ошибаясь при этом в передаче его фонемного состава.
В последние годы проведён ряд экспериментально-фонетических исследований фонетических характеристик С., показавших, что действительно минимальной произносительной единицей является не любой, а только открытый С.: элементы такого С. характеризуются максимальной слитностью, связанностью, что приводит к сильному изменению свойств согласных и гласных, входящих в данный С. Так, напр., в С., содержащем огубленный гласный о или у, движение огубленности (округление и выпячивание губ) начинается с началом первого согласного в С. (ту, сту, кету, кству...), опускание нижней челюсти, наблюдаемое при артикуляции гласного а, также начинается с началом артикуляции первого согласного в слове. В сочетаниях же типа г/га, уст и т.д., т.е. в закрытых С., такой связанности элементов нет, наоборот, с артикуляционной и акустической точки зрения эти сочетания не являются минимальными единицами, а скорее - последовательностями минимальных единиц.
Подход к С. как к волне сонорности (звучности) основан на том, что все звуки обладают различной собственной громкостью: наиболее звучными являются гласные (самый звучный - гласный низкого подъёма я, менее звучные - гласные среднего подъёма о и е, наименее звучные из гласных - гласные верхнего подъёма и, у, ы), затем следуют сонанты (от наиболее звучных плавных л, л' и дрожащих р, р', к к наименее звучным носовым м, м, л, н'), затем звонкие щелевые согласные, звонкие взрывные, глухие щелевые и глухие взрывные. Т.о., каждый С. содержит один наиболее сонорный элемент (гласный) и один или несколько менее сонорных.
Определение С. как дыхательного толчка опровергается экспериментальными данными, к-рые свидетельствуют о том, что число С. и число дыхательных толчков не совпадают (Л. В. Бондарко).
СОЕДИНИТЕЛЬНАЯ МОРФЕМА - соединительный аффикс, интерфикс, - аффикс, выделяющийся в составе сложных слов и служащий для соединения двух простых основ в составе сложной основы: лес-о-степь, сол-е-вар, пят-и-этажный, пол-у-круг. Показывая на связь основ в структуре сложного слова, С. м. выражает наиболее абстрактное словообразовательное значение, сводящееся к объединению значений простых основ в единое сложное значение. Одновременно С.м. служит показателем цельнооформленности сложного слова: оформляемые с её помощью компоненты сложения, в отличие от соответствующих компонентов словосочетания, грамматически нейтрализованы. Так, если компонент первый, в словосочетании первый источник представляет собой отдельное слово с присущими ему грамматическими показателями (взаимозаменяющимися падежными окончаниями: первого источника, первому источнику...), то компонент перво- в сложном слове первоисточник, сохраняясь неизменным при словоизменении (первоисточника, первоисточнику …), не содержит грамматических признаков самостоятельного слова.
В рус. языке в большинстве сложных и суффиксально-сложных слов выделяется С.м. -о- (т.н. соединительная гласная), к-рая после мягких согласных, шипящих и ц передаётся на письме как –е-: водопад, язык-о-знание, мор-е-плаватель у пеш-е-ход, овц-е-бык. После основ количественных числительных, кроме слов один, девяносто и сто, выступает С.м., омонимичная окончанию род. п. числительного: пят-и-летка, дв-ух-том-ник, трёх-рублёвый, сорок-а-летний после компонентов дв(а)- и пол- в рядеобразований выделяется С.м. -у-: дв-у-ногий, пол-у-годие, перед компонентом -метр - С.м. -и- (сахар-и-метр, до-и-метр). После основ глаголов в нек-рых сложениях выделяется С.м., омонимичная окончанию повелительного наклонения: перекат-и поле, верт-и-хвостка. Как и окончание, С.м. может быть нулевой: Ленинград, вольтметр, жар-птица, штаб-квартира (В.В. Лопатин).
ТРАНСКРИПЦИЯ (от лат. irans-criptio - переписывание) - передача текстов или отдельных слов к.-л. языка с помощью специальной системы записи. Различаются: 1) фонетическая Т., представляющая собой способ передачи на письме устной звучащей речи со всеми её звуковыми особенностями. Она может строиться на основе к.-л. алфавита с использованием надстрочных или подстрочных значков или на произвольно придуманной системе знаков и фигур, обозначающих отдельные артикуляции органов речи (неалфавитная Т.).
В фонетических описаниях рус. языка применяется Т., составленная на базе рус. алфавита.В качестве универсальной Т. используется международный фонетический алфавит, созданный Международной фонетической ассоциацией в 1886 г. и постоянно совершенствующийся. 2) Фонематическая Т. передаёт (обычно средствами кириллического или латинского алфавитов) не все особенности звучащей речи, а только те её стороны, к-рые играют различительную роль, т.е. её фонемный состав.
Напр., слова судья, Юрий в фонематической Т. записываются как [cyд'jа], [jyp'ij]. Фонетическая и фонематическая Т. используются в лингвистических трудах и учебной лит-ре по изучению языков, фонетическая Т. - также в двуязычных словарях. 3) Практическая Т. передаёт средствами данного национального алфавита собственные имена, термины, номенклатурные обозначения и прочие непереводимые слова других языков для включения их в печатные тексты принимающего языка. Практическая Т. не выходит за пределы знаков алфавита принимающего языка, но допускает их необычное употребление (напр., употребление букв я, ю после шипящих, противоречащее основным правилам рус. орфографии, ср.: Т. литов. Siauliai - Шяуляй, франц. parachute - парашют). Фонемы, отсутствующие в принимающем языке, заменяются наиболее близкими к ним по звучанию, письменному выражению, происхождению или функционированию (ср.: англ. Tuft - Тафт, франц. Boulogne sur Mer - Булонь-сюр-Мер, польск. Karas - Карась). Практическая Т. применяется в общей печати, на географических картах, в специальной лит-ре, при переводах номенклатурных списков, прейскурантов, технической документации, в туристских путеводителях и т.д. Она отличается от алфавитного письма тем, что всегда связывает два языка, способствуя пополнению лексического состава одного из них, а алфавитное письмо ориентировано на систему только одного языка.
Не являются Т. случаи, когда тексты одного языка записываются с помощью разных алфавитов (напр., литов. книги в 19 в. печатались рус. буквами, средневековые рум. тексты написаны алфавитом на кириллической основе, совр. литов. и рум. языки пользуются алфавитами на лат. основе), поскольку в подобных языковых ситуациях оба алфавита приспособлены к фонематической системе одного языка и никаких заимствований иносистемных элементов при этом не происходит (Л. В. Суперанская).
УДАРЕНИЕ– выделение одного слога в слове, служащее для фонетического объединения этого слова и называемое словесным У. Кроме словесного У. различают также синтагматическое и фразовое У., функция к-рых также заключается в фонетическом объединении нескольких слов в синтагму или нескольких синтагм во фразу.
Словесное У. в рус. языке является свободным, т.е. может находиться на любом слоге слова (на последнем - дома, на предпоследнем - корова, на третьем от конца - овощи и т.д.), и подвижным, т.е. не привязанным к определённой морфеме в слове (дОма - домА - из дОму - домовОй и т.д.). Те слоги в слове, к-рые предшествуют ударному, называются предударными, те, к-рые следуют за ударным, - заударными.
Фонетическим средством