Постановка проблемы

Социальные мыслители на протяжении многих веков стремятся установить способ определения основного своеобразия того или иного обустройства социальной действительности, сути организации со­циальной жизни того, или иного народа на данном историческом отрезке его развития. Это позволило бы докопаться до сути любого общества на любом историческом отрезке его развития, сопоста­вить, сравнить на самом фундаментальном уровне различные наро­ды в различные исторические эпохи.

Среди множества исследований были и достаточно зрелые, кон­цептуально цельные — например, учение К. Маркса об обществен­но-экономической формации, основанное на принципе соответ­ствия производительных сил и производственных отношений. Но по мере развития социологии все больше авторитетных исследова­телей склонялись к тому, что за основу понимания исторического своеобразия организации социальной жизни необходимо прини­мать, во-первых, те показатели, свойства, которые непосредствен­но связаны с социальной реальностью, а не технологические или дру­гие внесоциальные факторы — ведь необходимо понять своеобра­зие не уровня и объема материальных благ и т.п., а собственно социальной жизни. Во-вторых, надо исследовать самое элементар­ное, повседневно воспроизводимое в социальной жизни, а потому определяющее — наиболее устойчивые характеристики (типы) со­циальных связей, социальных действий и взаимодействии. (Конеч­но, понятие социальных действий возникло лишь у М. Вебера, но стремление выявить наиболее устойчивое в повседневной жизни того или иного общества характеризовало поиски и его непосред­ственных предшественников.)

При таком подходе исследователь как бы докапывается до пер­вооснов, «первокирпичиков» организации социальной жизни, из которых соткана вся ткань социальной реальности, воплощенная как в простых формах, так и в сложных социальных образованиях. Выявленные особенности носят рбщесоциальный характер, при­обретая значение базовой характеристики организации как эко­номической, так и политической жизни, становясь основой по­нимания как иерархически-стратификационной организации об­щества, так и норм взаимоотношений в малых группах, коллек­тивах и т.д.


 


140


141


Итак, для того, чтобы понять ту или иную социальную реальность, основные принципы, правила игры организации социальной жизни у опре­деленного народа на определенном историческом отрезке его развития, следует изучить наиболее устойчивые характеристики социальных дей­ствий индивидов, из которых соткана ткань социальной реальности.

Учитывая, что творцом социального действия, его смыслообра-зующей и смыслонаполняющей основой является мотивация, изу­чение мотивации каждодневных действий становится ключом к пониманию социально-исторического своеобразия той или иной социальной действительности.

Мотивации людей крайне многообразны, их варианты и нюан-4 сы весьма многочисленны. Наука не может, да и не должна изучать все это многообразие. Она стремится определить наиболее устойчи­вые, неизменные в данном обществе типы, модели мотивации со­циальных действий, которые и представляют собой своеобразный общий знаменатель всего многообразия мотиваций социальных дей­ствий членов данного общества. Самая трудная задача исследовате­ля — найти в этом предельном многообразии мотиваций, разнооб­разных по форме, конфигурациям, смыслу социальных действий, этот общий знаменатель, который и позволит выявить сущность той или иной социально-исторической реальности.

Прежде чем приступить к анализу различных типологий органи­зации социальной жизни, необходимо сделать ряд уточнений от­носительно применения термина «социально-исторический тип».

1. Употребляя данное понятие, мы имеем в виду такие модели, повторяющиеся формы (типы) социальных явлений, которые ис­торически (хронологически) возникли на определенном этапе раз­вития социальной жизни. Следует сделать несколько замечаний от­носительно термина «исторический».

• Он не подразумевает смыслового оттенка «...и исторически отживший». В социальной жизни когда-то возникшее затем удержи­вается, сохраняется. Вновь исторически возникшее полностью не вытесняет ранее функционировавшее, или сосуществуя одновре­менно с ним, или включая его в свой состав.

Иными словами, говоря о социально-исторических типах, мы ведем речь не об их смене с полным вытеснением предыдущего, а об историческом пути дополнения, обогащения и доминирования (как более адекватного новым условиям) последующего. Таким образом, в живой социальной реальности сохраняются самые раз­личные социально-исторические типы форм, возникшие как дав­но, так и сравнительно недавно. Существенно меняется их удель­ный вес, новые социально-исторические типы приобретают доми­нирующее значение и начинают определять сущность той или иной социальной реальности.

142


• Используя термин «исторический», мы далеки от мысли при­
писать тем самым истории обязательное поступательное движение
вперед с нетерпеливым ожиданием счастливого конца. Иными сло­
вами, мы далеки от прямого оценочного подхода к историческим
явлениям. Для нас все исторически новое — это не столько оцени­
ваемое как обязательно положительное, сколько оцениваемое су­
губо хронологически как последующее.

2. Несколько замечаний об употреблении термина «тип». Типо­логия — это научная процедура, позволяющая разработать основ­ные обобщенные координаты анализа реальной жизни, но это не сама жизнь, а некая абстракция, схема, которая облегчает изуче­ние, понимание реальной жизни. Она как бы фокусирует наш взгляд на определенных явлениях, связях, интерпретациях этих связей, помогая тем самым более точно интерпретировать в том числе и нашу действительность, нашу историю.

Мы предложим читателю различные подходы разных авторов к определению типов организации социальной жизни. Между ними нетрудно уловить преемственность и ощутимое различие. Но глав­ное, эти подходы позволяют нашему современнику более точно и глубоко оценивать нашу жизнь.