L. Проблема определения

 

Дело в том, что главные понятия политики не поддаются определению. Были и остаются спорными. Например, невозможно провести строгую грань между политическими и неполитическими объектами. Продолжается дискуссия о конституирующих свойствах государства. Нет окончательного ответа на вопрос о необходимых и достаточных условиях


правопорядка. Между тем указанные проблемы являются фундаментальными для политического знания и практики. О них дискутируют представители всех политических идеологий. В этом отношении либерализм не отличается от своих идеологических конкурентов — консерватизма, марксизма, социализма и т.д. Статус любых «измов» примерно одинаков.

Различие между конкурирующими идеологиями может быть проведено только по их отношению к конкретным политическим вопросам. Но позиция по одному из них еще ничего не говорит о точке зрения на другие вопросы социально-политического бытия. Например, в либеральной идеологии содержится положение о сведении к минимуму роли государства. Однако на практике либералы могут выступить за увеличение правительственных субсидий на военно-промышленный комплекс. Стало быть, равноценность идеологий на политическом рынке сопровождается постоянным конфликтом между теорией и практикой любой идеологии.

Термины политического словаря и дискурса неоднозначны. Им невозможно придать такое значение, с которым были бы согласны все участники политического процесса. Этот факт зафиксировал Т.Гоббс более 300 лет тому назад. Он объяснял его интересами священников и политиков. В XX в. появилось другое объяснение того же факта: понятия политики являются спорными по своей сути ( см.: 1, 75—101). Кроме того, каждая идеология исторически изменчива.

Таким образом, возможны три способа объяснения неоднозначности политических понятий:

• интересы духовного и политического сословия;

• сущностная дискуссионность всего политического словаря;

• историческая изменчивость всех идеологий.

Отсюда вытекает, что модификации любой идеологии описывать

 

значительно легче, нежели понять идеологию в целом. Этот вывод относится и к либерализму.

Политические понятия используются для одобрения или осуждения конкретных политических идеологий, систем,


партий и движений. Поэтому спорные дефиниции либерализма могут быть истолкованы как результаты действия противоположных интересов. Это относится и к внутренней истории любой идеологии.

Например, в 1970- е гг. внутри либерализма возник коммунитаризм. Коммунитаристы решительно отбрасывают марксизм-ленинизм, русско- советский коллективизм, всю политическую историю и практику социалистических стран. Но не менее резко они критикуют либерализм. Коммунитаристы развивают тезис о социальной природе человека. И отвергают главное положение либерализма: индивиды рождаются свободными от социальных связей и обязательств и живут в совершенной изоляции от общества. По мнению коммунитаристов, либерализм есть концепция, основанная на социальной лжи и моральном аутизме.

В ответ на эту критику современные либералы отвечают: коммунитаристы создали пародию на либерализм; в настоящее время только сумасшедший или морально ущербный человек может не быть либералом (см.: 2, 179—196).

Безусловно, полемика внутри либерализма не свободна от конкретно- исторических обстоятельств. Как известно, « холодная война» закончилась совсем недавно. На протяжении почти всего XX в. мир был расколот на страны либеральной демократии и « лагерь мирового социализма». Политическим следствием раскола была абсолютизация борьбы конкурирующих идеологий. В том числе между различными тенденциями в либерализме.

Однако конфронтация двух систем мешала понять сложность современного мира. Так, в странах Запада более ста лет существует социал- демократия. Она выступает против неконтролируемого развития капитализма и однопартийного государства одновременно. Социал-демократы кардинально отличаются от либеральных демократов. Первые отбрасывают идею о законности частной собственности на средства производства, вторые ее признают.

Консерваторы тоже подчеркивают свое отличие от либералов. Главную роль в поддержании национальной идентич-


ности и морального консенсуса граждан они приписывают государству. Современные коммунисты в России утверждают то же самое. В результате становится все труднее провести различие между либерализмом, социал- демократией, консерватизмом и коммунизмом.

Иначе говоря, неоднозначность политического словаря дополняется идеологической неопределенностью программ политических партий. Поэтому определение либерализма никогда не было и не будет свободным от конкретно- исторических обстоятельств политической борьбы.

Но отсюда не следует, что все попытки строгого определения политических идеологий бесполезны. Такие попытки не являются также частью идеологических кампаний. Эти кампании могут варьироваться от крестовых походов и бескомпромиссной идеологической борьбы до предвыборной риторики. Во всех случаях они проводятся противниками той или иной идеологии. В идеологических кампаниях взгляды конкурентов представляются как логически противоречивые и политически вредные. На протяжении XX в. ученые и политики заметили эту опасность. Было потрачено немало усилий для ее устранения. Многие политические движения пытались установить определенный корпус убеждений, верность которым должны соблюдать последователи той или иной идеологии.

Деятельность В.И.Ленина может служить наиболее показательным примером. Невозможно однозначно ответить на вопрос: на что Ленин потратил большую часть своей жизни — на борьбу с самодержавием или на опровержение « неправильных» взглядов других марксистов? Зато без труда можно доказать: Ленин создал такую партию, каждый член которой твердо знал, что должны делать и думать все остальные. Отсюда вытекало исключение мягкотелых и инакомыслящих.

Аналогичные тенденции можно обнаружить и в других религиозных и светских идеологиях. Либерализм отличается от них прежде всего тем, что такой тенденции в нем не существует. Либерализм провозглашает толерантность. И


не связывает сторонников определенной и канонизированной системой убеждений. Поэтому споры о ней длятся более 300 лет.

В общем виде либерализм можно определить как идеологию, главной ценностью которой является свобода индивида. Все социальные и, политические системы и институты оцениваются в соответствии с данной ценностью как универсальным критерием.

Но такое определение сразу вызывает комплекс вопросов: что такое свобода? как относится свобода общества к свободе всех его членов? идет ли речь о негативной или позитивной свободе? что такое индивид? можно ли считать свободными индивидами детей, сумасшедших и представителей других наций, проживающих в данной стране?

Окончательных ответов на эти вопросы нет и не будет. Есть комплекс конкурирующих концепций по каждому вопросу. И каждая очередная попытка ответа будет провоцировать дальнейшие дискуссии. В этом смысле главное понятие либерализма удовлетворяет критерию спорности. Однако надо установить направление, в котором должна двигаться такая дискуссия. Например, дискуссия об определении стола или стула имеет предел, за которым ее продолжение бессмысленно. В отношении политических понятий, концепций и идеологий такого предела нет. Если понятия политики по природе спорные, то как их вообще определять, не впадая в дурную бесконечность?

return false">ссылка скрыта

Политические понятия обладают определенным и непротиворечивым ядром бесспорных значений. В противном случае дискуссия о них была бы бессмысленной. Каждое понятие обладает онтологическим содержанием. Заключенный — образцовый пример несвободного индивида. По отношению к нему нетрудно установить иерархию степеней свободы. Человека могут объявить сумасшедшим, посадить в тюрьму или изгнать из отечества за то, что он написал книгу определенного содержания ( как это было в царской и советской России). Нетрудно понять, что при любых формах авторитарной власти люди менее свободны, чем при демократи-


ческом устройстве общества. В последнем случае перечисленные кары людям не угрожают.

Следовательно, политические термины постоянно приобретают новое содержание и значение. В этом смысле они не отличаются от юридических понятий. В ходе политических и правовых дискуссий происходит переосмысление тех и других. Можно ли указать главные итоги дискуссии в отношении свободы — смыслового ядра либерализма?