В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ФУНКЦИИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

 

Поляков С.Б., доктор юридических наук, профессор кафедры теории и истории государства и права Пермского государственного национального исследовательского университета.

 

Принцип приоритета прав личности, закрепленный в ст. ст. 2 и 18 Конституции РФ, позволяет при решении конкретных дел сформулировать ясные правовые позиции для решения коллизий интересов личности и государства. Например, "цели одной рациональной организации деятельности органов власти не могут служить основанием для ограничения прав и свобод" (п. 4 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 13 июля 2010 г. N 15-П).

Однако многие изменения в законодательстве и судебная практика России последних лет показывают, что смыслом содержания и применения законов, деятельности законодательной, исполнительной и судебной властей являются не права и свободы человека и гражданина, как должно быть согласно ст. 18 Конституции РФ, а интересы государственных органов, удобство их деятельности. Различные проявления такой тенденции убедительно показаны, например, в докладе Федеральной палаты адвокатов РФ "Конституция Российской Федерации и защита прав гражданина (позиция российской адвокатуры)", в котором отмечается: "К тому же, "интересы государства" оказываются при ближайшем рассмотрении интересами чиновничьего сословия, что только усугубляет беззащитность граждан" <1>.

--------------------------------

<1> https://www.google.ru/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=1&ved=0CCsQFjAA&url=http%3A%2F%2Fwww.fparf.ru%2Fuserfiles%2FDoklad_2013(4).doc&ei=9dpWU7fkAev8yw0PiIDgBA&usg=AFQjCNGMXpm1r1e4Bv0anB63fJb4YC8G0A&sig2=5SaBFnk_3tyQ_RoKaceUQ&bvm=bv.65177938,d.bGQ&cad=rjt (с. 4) (дата обращения: 18 декабря 2013 г.)

 

Особенно пагубным для развития страны является приоритет интересов чиновников в экономике, определяющей основу благополучия народа.

Политические заявления о поддержке предпринимательства делаются постоянно. Однако правотворческая и правоприменительная деятельность государства в сфере экономики осуществляется с оглядкой на интересы административного аппарата.

Важными шагами, дисциплинирующими органы государства и местного самоуправления в отношениях с бизнесом, стали Федеральный закон от 8 августа 2001 г. N 134-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля (надзора)", а затем Федеральный закон от 26 декабря 2008 г. N 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля".

Но уже вскоре Федеральными законами от 18 июля 2011 г. N 242-ФЗ, от 21 ноября 2011 г. N 327-ФЗ, внесшими изменения в ст. 3 Федерального закона от 26 декабря 2008 г. N 294-ФЗ и дополнившими его ч. 3.1 ст. 1, был существенно расширен круг полномочий административных органов, на которые этот Закон не распространяется, т.е. Российское государство поспешило снять ограничения административного давления на предпринимателей.

Составы административных правонарушений для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в КоАП РФ, за редким исключением, изложены бланкетным образом.

Никто не оценивает экономическую возможность выполнения всех неограниченно устанавливаемых и изменяемых правил административными органами, которые затем сами же и контролируют исполнение введенных ими требований и штрафуют за их неисполнение. Выполнить все безграничные в своем количестве и детализации требования административных нормативных правовых актов, регулирующих предпринимательскую деятельность, невозможно. Субъект экономической деятельности при административной проверке неизбежно становится правонарушителем. Практически при всех плановых проверках административными органами субъектов предпринимательской деятельности выявляются нарушения каких-либо СанПиНов, ТУ и прочих правил. Напрашивается вопрос: если все субъекты экономической деятельности правонарушители, что это за правопорядок? Нормальный правопорядок, наверное, предполагает, что правонарушителей меньше, чем законопослушных субъектов, т.е. нормой должно быть правомерное поведение.

Судебная практика твердо подтверждает законность привлечения субъектов предпринимательской деятельности к административной ответственности за формальные по составу правонарушения.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27 апреля 2001 г. N 7-П признал, что возможность освобождения от административной ответственности только при наличии непреодолимой силы и возложение бремени доказывания собственной невиновности на лицо, привлекаемое к ответственности, не противоречат Конституции. В специальной литературе это Постановление Конституционного Суда РФ без разногласий толкуется как возложение на юридическое лицо обязанности доказывать свою невиновность и наличие обстоятельств непреодолимой силы для освобождения от административной ответственности <1>.

--------------------------------

<1> См.: Иванов Л. Административная ответственность юридических лиц // Российская юстиция. 2001. N 3. С. 23; Черкаев Д.И. Административная ответственность юридических лиц // Законодательство. 2001. N 11. С. 55 - 57; Колесниченко Ю.Ю. Некоторые аспекты вины юридических лиц, привлекаемых к административной ответственности // Журнал российского права. 2003. N 1. С. 77; Козлов К.П. КоАП РФ: "строгая" ответственность юридических лиц (сравнительно-правовое исследование) // Российская юстиция. 2009. N 2. С. 37 - 40, и др.

 

Так, в административном деле N А50-9976/2013, по которому вынесено решение Арбитражного суда Пермского края от 31 июля 2013 г., ООО поясняло, что не получило ветеринарную справку на продукцию, с которой была задержана автомашина при ее перевозке к месту реализации, по причине отсутствия ветеринара на рабочем месте. Его сотрудники приняли все возможные меры для выполнения требований: заключили договор на ветеринарное обслуживание с ГБУВК "Пермская СББЖ", пытались обеспечить явку ветеринара этой организации 25 марта 2013 г. в цех для проверки мясной продукции и выдачи ветеринарных сопроводительных документов, однако ни одного из двух ветеринаров, обслуживающих организации в Кировском районе г. Перми, найти не удалось, что является обычным явлением при таком количестве ветеринаров на объем работы и организаций, которые подлежат обслуживанию.

Административный орган обосновал наличие вины тем, что ООО должно было прекратить хозяйственную деятельность, пока не найдет ветеринара.

В решении суда на приведенный довод об отсутствии вины указано только: "Заявителем не представлено ни суду, ни административному органу в ходе административного производства доказательств объективной невозможности исполнения обществом требований действующего законодательства". Согласно этому выводу суда не административный орган должен был доказать, что ветеринарный врач 25 марта 2013 г. работал и не прибыл в цех ООО по уважительным причинам либо ввиду отсутствия к нему от ООО заявки, а общество, привлекаемое к административной ответственности, должно доказать отсутствие своей вины дополнительными к приведенным обстоятельствами.

Сотрудники Управления Россельхознадзора не занимаются организацией ветеринарного обслуживания предпринимателей, производящих мясные продукты, не контролируют работу ветеринаров в целях реальной пищевой безопасности потребителей, а на посту ГИБДД выявляют следствие ненадлежащей работы ветеринаров - перевозку продукции без требуемых документов, составляют административные протоколы, решают фискальные задачи и добиваются высоких показателей своей административной активности вместо решения основной задачи - охраны здоровья населения. Если организовать работу ветеринарной службы в целях охраны здоровья потребителей и безопасной экономической деятельности, то показателей работы Россельхознадзора в виде взысканных штрафов не будет. Предприниматели должны либо прекращать реализацию продукции и уничтожать ее, либо попадаться ожидающим их поимки для штрафов сотрудникам Россельхознадзора. Таков смысл деятельности последних, обеспечиваемый правосудием.

В арбитражном судопроизводстве существенно снижены гарантии судебной защиты от незаконного и необоснованного привлечения к административной ответственности субъектов экономической деятельности из-за внесенных Федеральным законом от 25 июня 2012 г. N 86-ФЗ в АПК РФ изменений. Теперь дела об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности, а также дела об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если в соответствующих ненормативном правовом акте, решении содержится требование об уплате денежных средств или предусмотрено взыскание денежных средств либо обращение взыскания на иное имущество заявителя при условии, что указанные акты, решения оспариваются заявителем в части требования об уплате денежных средств или взыскания денежных средств либо обращения взыскания на иное имущество заявителя и при этом оспариваемая заявителем сумма не превышает сто тысяч рублей, о привлечении к административной ответственности, о взыскании обязательных платежей и санкций рассматриваются в упрощенном производстве (ч. 1 ст. 207, п. п. 2 - 5 ч. 1 ст. 227 гл. 29 АПК РФ), т.е. заочно, когда заявитель лишен возможности лично донести суду свою позицию.

Суду легче, не общаясь лично с предпринимателями, игнорировать их доводы о необоснованности и незаконности административных наказаний.

В специальной литературе отмечалось, что административная ответственность субъектов предпринимательской деятельности в современных условиях имеет ярко выраженную фискальную направленность <1>.

--------------------------------

<1> См.: Панов А.Б. Понятие административной ответственности // Административное право и процесс. 2011. N 12. С. 45; Кононов П.И. О некоторых актуальных проблемах применения и совершенствования Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях // Административное право и процесс. 2008. N 4; Он же. О некоторых актуальных проблемах административной ответственности юридических лиц (по материалам арбитражно-судебной практики) // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. N 3; и др.

 

Если многочисленные экономически затруднительные или даже невозможные требования нельзя выполнить, то приходится договариваться за меньшую, чем штраф, мзду, чтобы проверяющие не обнаружили нарушения, что, как известно, регулярно происходит в подтверждение зависимости между бланкетными нормами права и незаконным использованием властных правомочий, отраженной в подп. "г" п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. N 96.

Таким образом, субъекты хозяйственной деятельности используются для фискальных целей государства, для "кормления" и демонстрации административного рвения чиновников, ничего не производящих и получающих содержание в зависимости не от показателей экономического роста, а от показателей поборов среди производителей материальных благ и услуг, что явно не идет на пользу экономике.