Общая социология


В-третьих, это упор на юридическое оформление частных прав и интересов, иногда направленное против привилегий государства, иногда находящееся за пределами обычной сферы деятельности государственных ведомств. У этого процесса было два аспекта. Один относился к «правам англичанина», которые включали судеб­ное решение о законности ареста, право на справедливое судеб­ное разбирательство с участием защиты, гарантированность жили­ща от произвольных обысков и далее вплоть до свободы слова, собраний и т.д. Другой аспект касался собственности и контрак­та — фундаментальных основ индустриальной революции»*.

Эти институционально-нормативные комплексы: организация западно-христианской церкви и ее идеология; городская община с нарождающейся буржуазией, в число которой могли попасть и вы­ходцы из бедных слоев городской общины; римско-государственная традиция установления всесилия закона и единой власти, охрана прав человека, признание его независимости от произвола государ­ства, право вступать в контрактные отношения и соответствующую ответственность, — как относительно устойчивые системы образцов повседневного поведения стали основными точками роста, кристалли­зации новых институциональных порядков.

Трудно сказать, какой из этих «мостиков» оказался важнее.

Например, рынок сыграл огромную революционизирующую роль в развитии экономических институтов. Ведь рынок — это конкурен­ция тех, кто предлагает свой товар, и, чтобы продать свой товар в условиях конкуренции, надо сделать его качественным, дешевым. Рынку безразлично, кто произвел этот товар — для него важны до­стижения, качество, а это возможно лишь в условиях дифференци­ации производства, специализации хозяйственной деятельности.

Эти «мостики», точки роста, кристаллизации нового институ­ционального порядка повседневности способствовали как нарас­танию новых достиженчески-универсальных норм регуляции ин­ститутов, так и их дифференциации.

Пунктирно обозначим траектории этих процессов. Экономика уверенно развивается, формируются не только чисто экономи­чески-хозяйственные предприятия, учреждения (мануфактуры и т.д.), но и хозяйственные, присущие лишь экономическим ин­ститутам нормы регуляции.

Рационализация норм экономических взаимодействий испытывала противодействие не только со стороны комфортного аскриптивно-го традиционализма семейно-родовой регуляции (ориентация на рынок, прибыль буквально разрывает аскриптивность), но и со сто­роны религии, которая фактически сама устанавливала «регулятив­ные нормы» жизни традиционного (феодального) общества и по­этому препятствовала становлению специализированных норм для

* Парсонс Т. Система современных обществ, с. 87. 258


экономики, политики, науки, образования. Церковь стремилась регу­лировать нормы жизни на основе религиозно-моральных канонов, и экономике пришлось вступить в идеологический спор с религи­озными установлениями о «моральности» ростовщичества. Поло­жительное решение этого вопроса стало легитимной основой фор­мирования внутри экономических институтов финансовых институ­тов, что резко ускорило развитие экономики.

В политических социальных институтах при безусловном сохра­
нении таких аскриптивных черт, как престолонаследие, сословная
организация общественно-политической жизни, наследственность
аристократии, являвшейся политической элитой, резко усиливает­
ся тенденция универсализма, предусматривающего установление
единого мощного государства с всесилием закона и в то же время
охрану сословно-наследственных прав. Характерная для раннего
феодализма нерасчлененность власти и (экономического) богат­
ства, власти и управления хозяйством начинает постепенно сме­
няться тенденциями дифференциации. Богатство может оказаться в
руках у более удачливых буржуа, банкиров, которые ссужают день­
ги не только аристократам, но и королю, вступающему с ними в
договорные отношения кредита, залога и т.д. '

ллтп.сиииг Логика социально-исторического анализа ин-

ииврьмьнныь

(МОДЕРНЫЕ) ститутов определяет те критерии, показатели,

ИНСТИТУТЫ в соответствии с которыми в социологии при-

нято анализировать современные (модерные) ин­ституты — институты, возникшие в результате коренных пре­образований общественной жизни, произошедших в странах За­падной Европы в последние два-три столетия. Хотя в различных странах мира в зависимости от специфики культуры, традиций институциональные изменения воплощались в различные спе­цифические (национальные) формы, общее направление разви­тия институтов (от традиционных к модерным, от доминирова­ния кровно-родственной мотивации кдостиженчески-универсаль-ной ориентации на другого человека), по крайней мере в Запад­ной Европе, сохраняется. Конечно, эти тенденции в разных стра­нах проявляются с разной быстротой и в различных националь­но-исторических формах*.

Первая группа признаков модерных институтов (индустриаль­ного общества), взятых как идеальный тип:

• безусловное доминирование во всех основных сферах обще­ственной жизни (кроме семьи) достиженческой регуляции. В эко-

* Так, в Голландии особую роль в становлении модерных институтов, очевидно, сыграл фактор урбанизации: в 1515 г. горожане составляли 51% населения Голландии, в 1795 г. —65% (Бродель Ф. Материальная цивилизация: экономи­ка и капитализм, XV—XVIII вв. Т. I. — М., 1986, с. 514).

259


номике доминируют деньги и рынок с его режимом свободной кон­куренции (вместо натурального хозяйства, бартерного обмена и т.д.), в политике внедрены демократические институты, для которых ха­рактерны конкурентно-достиженческий механизм (всеобщие вы­боры, многопартийность, гражданское общество и т.д.), универса­лизм закона, равенство всех перед ним;

• развитие института образования, цель которого — распрос­
транение компетентности, профессионализма, что становится ба­
зовой предпосылкой развития других институтов достиженческо-
го типа. ,

Доминирование достиженческой нормативной регуляции стало важнейшим (если не главным) фактором высокой динамичности индустриального общества, научно-технического прогресса и т.д.

Вторая группа признаков — дифференциация и автономизация институтов, что проявляется:

• в отделении экономики и от семьи, и от государства (со­
хранена лишь налоговая связь государства с экономикой
и законодательно-правовое регулирование экономической
деятельности), формирований специфических норматив­
ных регуляторов экономической жизни, обеспечивающих
эффективную хозяйственную деятельность.

Происходит внутренняя дифференциация политических инсти­тутов,, ярким свидетельством которого является разделение зако­нодательной, исполнительной и судебной .власти. Образование от­деляется от религии, приобретая безусловно светский характер;

• в ускорении процесса возникновения новых социальных
институтов.

Так, экономические институты находятся в состоянии постоянной дифференциации и специализации (машиностроение, топливно-энергетические комплексы, перерабатывающая промышленность и т.д.), возникают и укрепляются финансовые институты, которые, в свою очередь, специализируются в зависимости от функций(инве­стиционные фонды, пенсионно-накопительные банки и т.д.); управ­ление хозяйством отделяется от его владения, возникает институт менеджмента; дифференцируется владение (наряду с чисто се­мейными возникают акционерно-корпоративные формы владения); в образовании возникает стройная система высшего образования, профессионально-технического образования, система повышения -квалификации и др. Подобное происходит и в здравоохранении, социальной сфере и т.д.

Каждый из новых институтов имеет собственные четкие пра­вила, нормы, призванные ббеспечить регулярное выполнение на высоком (конкурентоспособном) уровне своих профессио­нальных обязанностей. В результате дифференциация, помножен­ная на достиженчество, резкО'повышает адаптационные способ-

260


ности сфер общественной жизни, общества в целом к новым вызовам истории, внешней среды, обеспечивает высокую дина­мичность, новаторство, отзывчивость на новое, большую эф­фективность и стабильность, устойчивость институциональной структуры общества;

• в усилении автономии социальных институтов, которая про­
является не только в относительной независимости органи­
заций, учреждений данного социального института, специ­
фичности его правил, норм, но ив способности института
к саморазвитию, инновациям в целях повышения эффекта
(так, из общего образования развился социальный инсти­
тут высшего образования);

• в усилении взаимозависимости сфер общественной жиз­
ни, которая проявляется тем сильнее, чем глубже специа­
лизация и автономия институтов. Возникает эффект нара­
стания целостности общества, его системности по мере внут­
реннего усложнения его основной структуры.