Базаров и Одинцова.

Тургенев не был бы Тургеневым, если бы не провёл главного героя через испытание любовью.

В начале романа Базаров относится к любви точно так же, как и ко всему другому, - с практической, утилитарной или естественнонаучной точки зрения. Великое чувство он объяснял исключительно одной физиологией и медициной.

Встреча с Одинцовой опровергла его внутреннее убеждение. Отличие героини от других женщин он отметил сразу же в присущей ему грубоватой манере: «На остальных баб не похожа». Постепенно к нему приходят незнакомые прежде чувства, которые он раньше старательно отвергал. В сцене признания в любви (глава 18) Базаров нервничает, раскрывает свою страсть, а Одинцова, добившись этого признания, сразу с холодом отступает, испугавшись изменений в Базарове и их возможных последствий для её спокойной отлаженной жизни: «…бог знает, куда бы это повело, этим нельзя шутить, спокойствие всё-таки лучше всего на свете».

Но если столь серьёзны были чувства Базарова к Одинцовой, то для чего же в романе Фенечка и особенно эта сцена в беседке в 23-й главе? Ведь и перед смертью Базаров позовёт не Фенечку, а именно Анну Сергеевну.

Здесь могут быть различные версии. Ясно, что к Одинцовой Базаров испытывает те самые чувства, которые раньше не признавал. Но в поединке с ней он терпит поражение, хотя нравственно выглядит достойней, чем она. Фенечка могла стать для Евгения своего рода отдушиной для нереализованной нежности. В её доступности и простоте ребёнка он ищет спасение от недоступности и аристократического рационализма Одинцовой. Тургенев пишет: «Фенечке нравился Базаров: но и она ему нравилась. Даже лицо его изменялось, когда он с ней разговаривал: оно принимало выражение ясное, почти доброе…»

Интересно при этом, что «взрослая» и расчётливая Одинцова боялась Базарова, в то время как Фенечка, как и все дети, совсем нет.

Возможно и другое объяснение. Увлечение Фенечкой – то самое базаровское, чисто физиологическое – словно оттеняет подлинность любви к Одинцовой. И драма Евгения в том, что жизнь не подтвердила его теоретического цинизма. Не только любовь к Одинцовой, но и влюблённость в Фенечку оказались по преимуществу нравственно-эстетическим чувством, а не биологическим инстинктом.

Так в романе Тургенев разрушил нигилизм Базарова и воздал должное его красивой и сильной человеческой натуре.