Письмо 91

От виконта де Вальмонл к пркзидентше де Турвель Расстроенный вашим письмом, сударыня, я не знаю даже, как мне на негоответить. Конечно, если надо выбирать между вашим несчастьем и моим, ядолжен принести себя в жертву, и я готов сделать это без колебаний. Но делоэто столь важное, что, мне кажется, оно заслуживает предварительногообсуждения и выяснения. А как это сделать, если нам нельзя будет ни говоритьдруг с другом, ни видеться? Подумайте только. Нас связуют самые нежные чувства, а между темдостаточно будет какого-то пустого страха, чтобы разлучить нас и, можетбыть, навсегда! Тщетно нежная дружба, пламенная любовь станут заявлять своиправа - голос их не будет услышан. А почему? Какая близкая опасность грозитвам? Ах, поверьте мне, подобные опасения, притом возникающие даже безвсякого повода, сами по себе дают, на мой взгляд, достаточное основание длябезопасности. Позвольте мне сказать, что здесь я усматриваю признаки тогонеблагоприятного представления обо мне, которое вам внушили. Если уважаютчеловека, то в его присутствии не дрожат, а главное - не гонят от себя того,кого сочли достойным дружеских чувств. Страшатся и избегают человекаопасного. А между тем был ли когда-нибудь человек более почтительный и покорный,чем я? Вы видите, я уже слежу за собой, я не разрешаю себе употреблять этихимен, столь нежных, столь дорогих моему сердцу, которыми оно не перестаетназывать вас про себя! Я уже не тот верный и несчастный обожатель,получающий советы и утешения от нежной и чувствительной подруги, я -обвиняемый, представший перед судьей, раб перед лицом господина. В этомновом положении у меня появились, конечно, и новые обязанности, и я даюслово все их выполнять. Выслушайте, и, если вы осудите меня, я подчинюсь иуеду. Я обещаю и больше. Предпочитаете вы деспотизм, который обвиняет, невыслушивая? Чувствуете ли вы в себе мужество быть несправедливой? Прикажите,и я снова подчинюсь. Но это решение или этот приказ я должен услышать из ваших уст. Апочему? - спросите вы в свой черед. Ах, если вы зададите этот вопрос, значит- вы плохо знаете любовь и мое сердце! Разве увидеть вас еще хоть раз - этопустяк? Ах, когда вы внесете отчаяние в мою душу, может быть, вашвзгляд-утешитель не даст ей окончательно погибнуть. Наконец, если я долженотказаться от любви, от дружбы, для которых только и существую, вы покрайней мере увидите дело рук своих, и мне останется ваша жалость. Даже еслия не заслужил этой незначительной милости, я все же могу на нее надеяться:ведь я готов заплатить за нее дорогой ценой. Возможно ли? Вы удаляете меня от себя! Вы, стало быть, согласны на то,чтобы мы стали чужими друг другу? Да что я говорю? Конечно, вы этого хотите,и, уверяя меня, что мое отсутствие не изменит ваших чувств, вы торопите меняс отъездом лишь для того, чтобы вам легче было их совсем уничтожить. Вы уже говорите о замене их благодарностью. Значит, вы предлагаете мнето, что получил бы от вас любой посторонний человек за самую мелкую услугу,даже ваш враг за то, что он перестал бы вам вредить! И вы хотите, чтобы моесердце удовлетворилось этим? Но загляните в свое собственное сердце. Если бываш возлюбленный или ваш друг пришли к вам когда-нибудь говорить о своейпризнательности, разве не сказали бы вы с возмущением: уйдите,неблагодарные! Я умолкаю и молю вас о снисходительности. Простите за порыв скорби,вами же порожденной: она не умалит полной моей покорности вашей воле. Но язаклинаю вас, в свою очередь, во имя тех же сладостных чувств, к которым ивы взываете, не отказывайтесь выслушать меня и хотя бы из жалости к тойсмертельной тоске, в которую вы меня погрузили, не отдаляйте этогомгновения. Прощайте, сударыня. Из ***, 27 сентября 17.., вечером.