М. К. Ганди и перемены в деятельности ИНК

Значительное расширение социальной базы нацио­нального движения за счет участия в нем крестьян­ства, ремесленников, мелких торговцев, фабрично-заводских рабочих потребовало выдви­жения на политическую авансцену деятелей, спо­собных отразить интересы и социальную психологию самых широких слоев индийского общества.

Лидером, сумевшим превратить ИНК в массовую партию, стал Мохандас Карамчанд Ганди (1869—1948). В 1915 г. Ганди возвра­тился в Индию из Южной Африки, где он, занимаясь адвокатской практикой, возглавил движение против дискриминации индийцев методами ненасильственного сопротивления. К моменту возвраще­ния на родину у Ганди был накоплен большой опыт практической деятельности и разработаны формы и методы антиколониальной борьбы. Ганди успешно провел в Индии две кампании гражданского неповиновения — сатьяграха («упорство в истине»), часто выступал в прессе и на митингах, что сделало его к началу 20-х гг. одной из наиболее популярных фигур в среде индийских националистов.

Значение деятельности М.К.Ганди как политика и национального лидера определилось тем, что ему удалось разработать и обосновать такую политическую модель, в рамках которой антиколониальный протест вводился в русло конституционного диалога властей и мест­ной элиты. Он упрочил консолидацию различных слоев индийской буржуазии, соединив идеологию либералов и радикалов (его апелля­ция к ненасилию удовлетворяла «умеренных», а призывы к массо­вым антиимпериалистическим действиям воодушевили «крайних»). В его общественно-политических и философских взглядах нашли вы­ражение интересы и других слоев индийского общества: крестьянства, ремесленников, кустарей, мелких торговцев.

Ганди имел отклик и в среде фабрично-заводских рабочих. При­зыв к единству был основан на морально-этических ценностях, спо­собных объединить имущих и неимущих, брахманов и неприкасаемых, индусов и мусульман, преодолеть этнические перегородки и возро­дить общеиндийские социально-культурные институты. Основной политической целью, которую поставил перед Индией Ганди, стало поэтапное и постепенное продвижение к независимости, а главной политической задачей для достижения этой цели — объединение всех социально-классовых групп и партийно-политических сил под еди­ным руководством наиболее авторитетной и представительной об­щеиндийской организации — Конгресса.

В сатьяграхе, сочетавшей активную оппозицию колониальному режиму с ненасилием, Ганди видел универсальную форму нацио­нальной и социальной консолидации под эгидой буржуазно-нацио­нальных сил.

Проведение массовой общеиндийской кампании гражданского несотрудничества должно было пройти два этапа. Первый этап пред­полагал такие формы бойкота колониального режима, как отказ от почетных должностей и званий, бойкот официальных приемов, бой­кот английских школ и колледжей, бойкот английских судов, бойкот выборов в законодательные органы, бойкот иностранных товаров, второй — уклонение от уплаты государственных налогов. Основной метод политической борьбы был определен как мирный, конституци­онный, основанный на философском принципе ахимсы (непричине­ния зла всему живому), характерном для религий Индостана.

Наряду с проведением массовых кампаний гражданского несотруд­ничества Ганди предлагал Конгрессу так называемую «конструктив­ную программу», состоявшую из трех пунктов: всемерное развитие ручного ткачества и прядения, борьба за налаживание отношений между индусской и мусульманской общинами, борьба за ликвидацию «неприкасаемости». Следование пунктам «конструктивной програм­мы» было обязательным для всех участников гандистского движения.

В сентябре 1920 г. на чрезвычайном съезде ИНК в Калькутте была принята предложенная Ганди программа несотрудничества, а прохо­дивший в декабре того же года очередной съезд в Нагпуре закрепил победу Ганди. Конгресс стал основывать свою деятельность на идей­ных установках этого лидера. Под руководством Ганди Конгресс пре­вратился из элитарной в массовую демократическую организацию.

Перестройка структуры ИНК и первая ин­дийская кампания гражданского неповиновения

Новые задачи и цели потребовали перестройки орга­низационной структуры Конгресса, деятельность партии среди различных социальных, этнических, конфессиональных, кастовых, региональных групп требовала координации на общеиндийском уровне. Основным координирующим органом стал Рабочий комитет Конгресса.

Расширение функций партии привело к созданию партийного ап­парата, составленного-из политиков-профессионалов. Деятельность Конгресса была реорганизована по национальному признаку. В нем были созданы региональные комитеты ИНК, призванные улучшить организацию политического процесса на местном уровне — в провин­циях и дистриктах. Были приняты решения о борьбе за создание про­винций на лингвистической основе и схема нового административного деления, предусматривавшая уничтожение княжеств и разделение Ин­дии на 21 языковую провинцию (соответственно им создавался 21 ре­гиональный комитет): Мадрас, Андхра, Карнатик, Керала, Бомбей, Махараштра, Гуджерат, Синд, Соединенные провинции, Пенджаб, Се­веро-Западная пограничная провинция, Дели, Аджмер, Мервара и Раджпутана, Центральные провинции (хиндустани), Центральные провинции (маратхи), Берар, Бихар, Уткал (Орисса), Бенгалия, Ас­сам, Бирма (входила в состав Британской Индии до 1935 г.).

Решения Конгресса по национальному вопросу обеспечили ему контроль над движением за создание провинций на лингвистиче­ской основе, но, безусловно, не могли перекрыть процесс создания региональных политических организации, самостоятельно отстаи­вающих свои права.

Конгресс предпринял первые шаги по созданию под своей эги­дой крестьянских, а затем и рабочих организаций. В создании кре­стьянских союзов принимали активнейшее участие начинавший свою политическую деятельность Джавахарлал Неру, который за участие в крестьянском движении подвергся первому аресту. Пер­вым председателем Всеиндийского конгресса профсоюзов, основан­ного в 1920 г., стал один из лидеров ИНК — Лала Ладжпат Рай, а в 1921 г. был создан специальный комитет конгресса по усилению работы в профсоюзах.

1 августа 1920 г. была начата первая в истории страны общеин­дийская кампания гражданского неповиновения (проводимые Ган­ди в период с 1915 по 1919 гг. сатьяграхи носили локальный характер). Она проходила в форме митингов, демонстраций, харталов на фоне разворачивания крестьянского движения и стачечной борьбы, пе­рерастая временами рамки ненасилия. Кровавые события февраля 1922 г. (сожжение толпой крестьян обстрелявших их полицейских в местечке Чаури-Чаура, Соединенные провинции) послужили для Ганди предлогом для прекращения сатьяграхи. Это знаменовало сво­рачивание национально-освободительного движения и поворот к осуществлению «конструктивной программы», призванной подго­товить почву для следующего этапа крупномасштабных действий и послужить своеобразной мирной передышкой для участников сатьяграхи.

Вместе с тем Ганди считал возможным осуществление несотруд­ничества в «ограниченных» масштабах: либо в форме локальной кам­пании неповиновения, либо в виде «индивидуальной» сатьяграхи конгрессистов, одной из наиболее распространенных форм которой стало добровольное тюремное заключение в результате публичного совершения антибританской акции и последующая за ним голодовка.

Подключение халифатистов к кампании гражданского непо­виновения и тесные связи Ганди с лидерами этого движения Мухамме­дом и Шаукатом Али создавали предпосылки для совместных действий двух основных конфессий — индусов и мусульман. Халифатисты пред­ставляли в начале 20-х гг. заметную силу в мусульманской общине и выступали в защиту турецкого султана-халифа, считавшегося гла­вой суннитов, против расчленения Оттоманской империи.

Однако Мусульманская Лига, возглавляемая М.А.Джинной, не поддержала гандистской тактики и осудила как массовое несотруд­ничество, так и халифатистское движение. В 1921 г. Джинна поки­нул ИНК. Практика одновременного проведения сессий Лиги и ИНК (1916—1921), сменилась периодом конфронтации. Временное затишье в 1923—1926 гг., последовавшее за массовым движением несот­рудничества 1918—1922 гг., явилось периодом перегруппировки по­литических сил как внутри ИНК, так и вне его.