А.П. Назаретян// Практикум по философии: Социальная философия. – Мн., 2007. С.639-643.

1)Каковы научные предпосылки становления концепции коэволюции природы и общества:

Концепция всемирной истории изначально носила ев­роцентричный характер, за что в XIX и особенно в XX в. подверглась острой критике сторонниками «цивилизационного» под­хода (Н.Я.Данилевский, О. Шпенглер, ранний А. Тойнбиидр.),азатем «исторического партикуляризма», «постмодернизма», национального и религиозного фундаментализма. Вместе с евроцентричной идеологией была отвергнута сама идея общечеловеческой истории, вплоть до того, что Шпенглер предложил сохранить за понятием человечество исклю­чительно «зоологическое» значение. в первой половине XX в. было установлено глубокое взаимовлияние геологических, биотических и социальных процессов; в результате оформилось новое направление междисциплинарных ис­следований эволюции — глобальная история (от лат. globus — шар). Это история Земли, рассматриваемая как последовательное образование, развитие и взаимодействие планетарных сфер, в процессе которых биота, а затем общество становились ведущими агентами преобразований.

Основоположниками глобальной истории стали советский биохи­мик В.И. Вернадский, а также французские антрополог П. Тейяр де Шарден и философ Э. Леруа, доказавшие, что история человечества представляет собой фазу эволюции земного шара, которая заверша­ется созданием ноосферы. Такой подход остается влиятельным и в современной науке

2) Что такое Универсальная (Большая) история:

Концепция Универсальной (Большой) истории как цельной картины эволюционных процессов от Большого Взрыва до современного обще­ства оформилась в 1980-90-х годах. Ее предпосылками послужили два ключевыхдостижения в науке XX в. Во-первых, релятивистские модели эволюционной космологии получили косвенные подтверждения (эффект красного смещения, реликтовое излучение и т.д.) и широкое признание. Идея историзма глубоко проникла в физику и химию: все объекты ма­териального мира, от нуклонов до галактик, стали рассматриваться как временные продукты определенной эволюционной стадии, имеющие свою историю, предысторию и конечную перспективу. Во-вторых, был выявлен ряд механизмов, посредством которых открытые физические системы способны спонтанно удаляться от равновесия с внешней средой и, используя ее ресурсы, стабилизировать неравновесное состояние. Модели самоорганизации сделались предметом интереса едва ли не во всех научных дисциплинах. В итоге обнаружилось, что социальная (в том числе духовная), био­логическая, геологическая и космофизическая истории представляют собой стадии единого эволюционного процесса, пронизанного сквоз­ными векторами, или мегатенденциями. При этом, хотя универсальные тенденции реализовались без нарушения физических законов необрати­мости (прежде всего, второго начала термодинамики), их направление не укладывается в парадигму классического естествознания.

3) Какова природа эндоэкзогенных кризисов:

Еще в 1947г. Э. Шредингер показал, что работа против энтропии не может производиться иначе, как за счет «потребления упорядоченнос­ти», т.е. ценой роста энтропии других систем. При внешнем изобилии открытые неравновесные системы наращивают объем антиэнтропийной работы, захватывая в меру возможностей пространство жизнедеятель­ности. Рано или поздно экстенсивный рост приводит к исчерпанию доступных ресурсов — и в результате обостряется специфический кризис в отношениях между неравновесной системой и средой. Кризисы такого типа экологи назвали эндоэкзогенными: система (организм, биологическая популяция, общество) сталкивается с не­благоприятными изменениями среды, вызванными ее собственной активностью. Эндоэкзогенные кризисы, к числу которых относятся, конечно, и все кризисы антропогенного (техногенного) происхожде­ния, играют особую роль в эволюции. Когда наработанные механизмы антиэнтропийной активности становятся контрпродуктивными, чре­ватыми катастрофическим ростом энтропии, наступает бифуркаци­онная фаза. Если невозможно сменить среду обитания, то дальнейшие события сводятся, в конечном счете, к двум сценариям.

4)Каким образом человечество выходит из этих кризисов:

Сценарий выхода из кризиса за счет повышения уровня неравно­весности называется странным аттрактором. Это уже «квазицелевая» ситуация — в том смысле, что актуальная задача сохранения оборачи­вается устремленностью системы к качественно новому состоянию. В развитом обществе эта общеэволюционная закономерность принимает форму сознательных проектов по переустройству технологической базы, организационных и психологических основ. Применение синергетической модели в культурной антропологии позволило включить в Универсально-исторический контекст генезис и эволюцию духовной культуры, также опосредованные антропогенными кризисами. Показано, в частности, что инструментальный интеллект, как всякий орган антиэнтропийной активности, при определенном уровне развития обернулся смертельной опасностью для ранних гоминид: был нарушен этологический баланс между природной вооруженностью животных и прочностью инстинктивного торможения внутривидовой агрессии. В новых противоестественных условиях выжить смогли лишь немногие стада Homo habilis, в которых сформировались специфические фобии, искусственно ограничившие агрессию против сородичей и выра­зившиеся заботой о мертвых, а также о больных и раненых. Такие стада стали первыми носителями протокультуры и зачинателями качественно нового витка эволюции. В последующем социальные организмы оставались жизнеспособны­ми постольку, поскольку качество культурной регуляции уравновеши­вало их технологический потенциал. Периодически образовывающиеся диспропорции в развитии инструментальной и гуманитарной культуры влекли за собой всплеск экологической и (или) геополитической аг­рессии, за которым чаще всего следовал обвал: общество подрывало природные и организационные основы собственного существования. Такой механизм отбора и отбраковки внутренне разбалансированных социумов обеспечивал до сих пор сохранение человечества: при истори­чески последовательном росте убойной силы оружия и демографической плотности процент жертв социального насилия от общей численности населения на протяжении тысячелетий не только не увеличивался, но и, в долгосрочной тенденции, сокращался. конструктивное разрешение каждого антропоген­ного кризиса сопровождалось очередным повышением неравновесности социальной системы, усилением искусственной опосредованности со-циоприродных и внутрисоциальных отношений и в целом - удалением общества вместе с природной средой от естественного (дикого) состо­яния. Чтобы убедиться в этом, достаточно сопоставить собирательство и охоту с земледелием и скотоводством (неолитическая революция), сельское хозяйство с промышленностью (индустриальная революция) или промышленное производство с компьютерным (информационная революция).