Составитель: С.П. Цецохо
МИНИСТЕРСТВО СПОРТА И ТУРИЗМА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
НАЦИОНАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ТУРИЗМУ
Автор-составитель: С.П. ЦЕЦОХО
«ЛИНИЯ СТАЛИНА»
КОНТРОЛЬНЫЙ ТЕКСТ ЭКСКУРСИИ
Рецензент:
научный сотрудник Белорусского государственного музея истории
Великой Отечественной войны
Р.А. ЧЕРНОГЛАЗОВА
Минск
Прикрывая Родину собою
В сорок первом…
летом в дымной мгле,
Вы сражались так, что отзвук боя
Вечно будет слышен на земле.
Бронислав Спринчан
Война… Отзвук боя той самой кровопролитной войны слышен до сего времени, несмотря на то, что с тех июньских теплых дней прошло 65 лет. Подвиг народа увековечен в многочисленных памятниках, обелисках, любовно по горстке земли насыпанных Курганах Славы, величественных мемориалах. Только на Минщине их более 1200 больших и малых. 30 июня 2005 года был открыт историко-культурный комплекс военно-исторический музей «Линия Сталина».
«Линия Сталина» – это цепь оборонительных укреплений вдоль старой (до 1939 года) оборонительной границы б. СССР от Карельского перешейка до берегов Черного моря. Состояла она из двадцати одного укрепленного района. Протяженность этого мощного железобетонного заслона 1200 км.
Один из этих двадцати одного был Минский укрепленный район (получивший сокращенное название МиУР). С историей его строительства, боевыми действиями бойцов и командиров на ближайших подступах к Минску в первые дни войны лета 1941 года вы познакомитесь, побывав в музее под открытым небом «Линия Сталина», увидите доты и дзоты, полукапониры и надолбы, прикоснетесь к «живым» экспонатам, которые не просто разрешено трогать руками, там можно сесть и покрутить стволы зенитного орудия, почувствовать упругость его рычагов. Есть в музее и «переправа», парк артиллерийской и другой военной техники как времен войны, так и современной. Здесь все экспонаты существуют одновременно в реальном пространстве настоящего и прошлого.
Побывав сегодня в этом музее, посетив места боев, мы как бы пройдем по горячему следу фронтовых дорог, еще и еще раз преклоняясь перед силой духа живых и мертвых защитников Отечества.
Событиям Второй мировой войны никогда не суждено стать прошлым. Великая Отечественная война неотъемлемая и составная часть Второй мировой войны, одна из ее ярчайших страниц. Она превзошла все войны прошлого, превзошла по стратегическому размаху и протяженности, по числу участвовавших в ней людей и по количеству военной техники и вооружения. Если в Первой мировой войне участвовало 36 государств с населением свыше одного миллиарда человек, то во Второй мировой войне – 72 государства с населением 1 миллиард 700 миллионов человек, т.е. 3/4 всего населения планеты Земля. Военные действия развернулись на трех континентах – в Европе, Азии и Африке, на территории 40 стран. Но всю тяжесть войны вынес на своих плечах бывший Советский Союз.
Разрабатывая план нападения на Советский Союз, фашистская Германия ставила своей целью ликвидировать Советский Союз, захватить новые земли, уничтожить или выселить из европейской части миллионы людей. Согласно плана «Барбаросса», который Гитлер утвердил 18 декабря 1940 года, фашисты рассчитывали до наступления зимы разгромить основные силы Красной Армии и победоносно закончить войну. Самоуверенные фашистские генералы спорили о сроках разгрома СССР, называя от 9 до 17 недель. Сам же Гитлер хвастливо заявлял, что с Советским Союзом будет покончено в течение шести, а может быть и трех недель.
По личному указанию фюрера в глубочайшей тайне разрабатывались пути увековечения будущего военного триумфа Германии, «призванной» править всем миром. Символ, олицетворяющий эту идею гегемонии, подсказал сам Гитлер, приказав создать под строжайшим секретом проект памятника победы, который должен был бы венчать громадный орел, вонзивший свои когти в зажатый земной шар. Памятник намечалось соорудить в центре столицы фашистской Германии – Берлине.
Опьяненный легкими победами в Западной Европе, Гитлер был уверен в своих последующих победах. Ведь для захвата Голландии гитлеровцам понадобилось лишь 4 дня, Бельгии – 18, Польши – 20, Дании – 21, Греции – 23, Франции – 42 дня.
Опьяненный легкими победами на Западе, еще задолго до нападения на бывший СССР, Гитлер приказал привозить к берегу Одера в районе города Фюрстенберга, что в 90 км от Берлина, готовые детали памятника – гранитные и мраморные плиты и глыбы из Швеции, Норвегии и Финляндии. Планировалось строительство будущего дворца на 180 тысяч мест, где Гитлер мечтал прославлять победу Германского оружия[1].
Как известно, история саркастически посмеялась над незадачливыми завоевателями, их бредовыми планами. Действительно были воздвигнуты памятники и мемориалы в честь Победы: грандиозный ансамбль в Трептов парке в Берлине и мемориал в Панкове. Гранит и мрамор нашли свое достойное применение.
К началу Великой Отечественной войны Германия располагала огромной военной мощью. Она опиралась на экономический потенциал покоренных стран почти всей покоренной Западной Европы. Ее вооруженные силы к июню 1941 года превышали 8,5 миллионов человек, на восточном направлении было сконцентрировано 5,5-миллионная армия.
22 июня 1941 г. фашистские войска вторглись в пределы бывшего Советского Союза. Одной из первых приняла удар Белоруссия.
В 3 часа 30 минут утра за полчаса до завершения дипломатических формальностей в Кремле и Берлине грохот нацистских орудий по фронту, протянувшемуся на сотни километров, развеял иллюзии Москвы относительно дружбы с фашистской Германией. Пакт (договор) с Германией о дружбе и ненападении, подписанный в августе 1939 года, был нарушен.
Следует отметить, что Гитлер бросил на Восток свою армаду накануне годовщины вторжения в Россию «великой армады» Наполеона.
Проводя параллель между событиями 1812 года и минувшей войны фашистский генерал Блюмментрит (он в июне 1941 г. был у стен Брестской крепости) писал: «…И Наполеон и Гитлер верили, что их войны в России закончатся также быстро и успешно, как и многие другие, которые они вели до этого. Оба они неправильно представляли себе внутренние силы и размеры России…
…1812 и 1941 годы доказали, что… невозможно в короткое время завоевать огромное пространство России»[2]
Боевые действия на советско-германском фронте развернулись одновременно на трех основных направлениях: Северо-Западном, Западном и Юго-Западном. В первые дни войны и недели немецкие войска наступали, как и предписывалось планом «Барбаросса», тремя ударными группировками. От Восточной Пруссии через Прибалтику рвалась группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала Лееба.
С Юго-Востока Польши, из района Люблина и южнее в направлении Житомира и Киева – группа армий «Юг» под командованием генерал-фельдмаршала Рунштедта.
Группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала Бока, исходным плацдармом которой была Восточная Польша, наносила удар в направлении Минска, Смоленска на Москву.
В 4 часа утра на аэродромы, склады с горючим и боеприпасами, казармы воинских частей и соединений, летние военные лагеря, находившиеся в западной части страны внезапно обрушился шквал огня, тысячи бомб, артиллерийских снарядов и мин.
К Минску гитлеровцы рвались с двух сторон: из района Сувалок через Вильнюс – Молодечно – Радошковичи и Лиду – Раков 9-й полевой армией генерала Штрауса (в ее составе было 12 пехотных дивизий) и 3-ей танковой группой генерала Гота (4 танковые и 3 моторизованные дивизии); из района Бреста через Барановичи – Столбцы – Дзержинск 4-й полевой армией генерала фон Клюге (19 пехотных дивизий) и 2-й танковой группой генералов Гудериана (5 танковых, 2 моторизованных, 1 кавалерийская дивизий, дивизия СС «Рейх» и моторизованный полк СС «Великая Германия»).
На Брестском направлении путь немецким частям преградила 55-я стрелковая дивизия (командир полковник Иванюк Д.И.). На Вильнюсском направлении на пути гитлеровских войск генерала Гота встали войска 50-й стрелковой дивизии (генерал-майор Евдокимов В.П.).
Ближайшие подступы к Минску на линии оборонительных сооружений Минского укрепрайона было приказано занять оборону войскам 44-го стрелкового корпуса (комдив Юшкевич В.А.).
Уже 25 июня в бой вступили подразделения 64-й стрелковой дивизии (командир дивизии полковник Иовлев С.И.) в районе Радошковичей – Заславля – Ракова с передовыми частями 3-й танковой группы генерала Гота. В ночь с 23 на 24 июня полковник Ефремов получил приказ командира дивизии полковника Иовлева создать два подвижных отряда численностью до роты каждый для борьбы с вражеским десантом. И уже к вечеру в районе местечка Радошковичи один из отрядов уничтожил около двадцати переодетых парашютистов.
26 июня воины 108-й стрелковой дивизии (генерал-майор Мавричев А.И.) в районе Дзержинска приняли удар рвущейся к Минску со стороны Бреста танковой армады генерала Гудериана. 26 июня в районе Острошицкого Городка вступили в бой с гитлеровским десантом войска 2-го стрелкового корпуса (генерал-майор Ермаков А.Н.) в составе 100-й ордена Ленина стрелковой дивизии (генерал-майор Руссиянов И.Н.) и 161-й (полковник Михайлов А.И.). Они прикрывали Минск с севера.
Части и соединения, прикрывающие фашистам путь на Минск, практически не имели танков (если не считать несколько десятков машин устаревшего типа в разведывательных батальонах). В период подготовки атак на позиции воинов 64-й, 100-й, 108-й, 161 стрелковых дивизий, оборонявших Минск, немецким командованием была осуществлена операция по заброске в тылы Красной Армии огромного числа диверсантов, провокаторов, шпионов, больших групп десантников. После нанесения массированных воздушных ударов в горящие города гитлеровцы выбрасывали крупные силы десантников с целью создания паники в тылу обороняющихся частей.
Один из таких десантов был выброшен 26 июня в город Минск и обнаружен в районе пл. Свободы.
Враг действовал нагло, дерзко, стремился посеять панику, деморализовать население, расстроить систему управления войсками. В этот день впервые в бой с фашистами вступил капитан Якубовский (будущий маршал дважды герой Советского Союза Иван Иванович Якубовский), который прибыл в Минск накануне войны на должность командира батальона средних танков в 52-й танковый полк 26 танковой дивизии (генерал-майор Обухов В.Т.).
Личным составом полк был укомплектован, но танков и спецмашин почти не имели. Они должны были прибыть из района Могилева, но не успели прибыть к началу войны. На вооружении в полку были только 45-ти и 76-ти-миллиметровые пушки, винтовки, пулеметы и несколько танков Т-26.
Вот как вспоминает об этом бое И. Якубовский в своей книге «Земля в огне»: «…В этот день (26 июня) мне пришлось впервые вступить в схватку с фашистами. Наш полк вел бой по уничтожению вражеских подразделений, заброшенных в город. В мое распоряжение было выделено семь танков Т-26. После предварительной разведки я прибыл в район завода им. К.Е. Ворошилова. Гитлеровцы еще не успели просочиться сюда… Мы мчимся по направлению к площади Свободы, где по данным разведчиков, обнаружен диверсионный фашистский отряд. Враг действовал нагло… Наша задача состояла в том, чтобы как можно быстрее уничтожить этот отряд… У перекрестка улицы Ленина и одного узкого переулка наш головной отряд устроил засаду. Проходившая по улице колонна немецких мотоциклистов была обстреляна нами и рассеяна. Уцелевшие гитлеровцы, напуганные дерзким огневым ударом, разбежались по ближайшим подъездам, бросив около 15-ти мотоциклов. Наши танкисты довершили дело… Расчет на внезапность оправдался… Бой длился около трех часов… Десант был уничтожен. Но вскоре стало известно, что в ресторане на углу улиц Интернациональной и Ленина засела группа пьяных фашистов. Шум боя их не волновал, они считали себя победителями и не ожидали появления бойцов Красной Армии. Они были расстреляны чуть ли не в упор…»[3]
Так закончился первый бой на улицах Минска, но не последний. Война в городе продолжалась с первого дня его оккупации и длилась 1100 дней и ночей.
Под Минском сбивали фашистские самолеты воины как авиационных, так и пехотных частей, и артиллеристы. Первый самолет над Минском был сбит
22 июня недалеко от ст. Ратомка.
Минск с неба прикрывали части 43-й истребительской дивизии полковника Захарова. 160-й полк майора Костромина и 163-й майора Лагутина получили приказ перебазироваться из аэродрома Болбасово на аэродром Лошица с задачей прикрыть Минск. Взлетая из Лошицы, летчики 160-го на устаревших самолетах, пытались предотвратить налеты на Минск. Сбили несколько бомбардировщиков, но силы были не равными.
Отчаянно дрались и летчики 163-го полка. Командир полка во главе шестерки И-16 вступил в бой с 26 немецкими истребителями. Шесть самолетов было сбито. Младший лейтенант Ахметов в одиночку рассеял группу из 15 немецких бомбардировщиков. Во второй половине дня 22 июня у оперного театра рухнул немецкий самолет Ю-88, сбитый комдивом Захаровым. Летчик-истребитель Г.А. Григорьев во время обороны Минска сбил в одном из воздушных боев два бомбардировщика врага «Юнкерс-88». За 22 июня 1941 г. наши летчики сделали 1836 боевых вылетов, сбили 143 немецких самолета, но и сами понесли огромные потери, сбитых и сожженных на аэродромах только за этот день 738 самолетов, из них 387 истребителей. На аэродромах сгорело 528, так и не поднявшись в воздух.
К исходу дня генерал-фельдмаршал Кессельринг (командующий 2-м воздушным флотом) докладывал в Берлин: «Воздушный блицкриг удался, удался полностью! Основные силы ВВС русских в Белоруссии уничтожены! Истребителей больше нет… Немецкий танковый паток беспрепятственно движется на Минск». А в тоже самое время безвестный немецкий унтер-офицер из танковой армии генерала Гудериана записал в своем дневнике: «22.6.41. около 20 неприятельских бомбардировщиков атакуют нас. Бомба за бомбой падают на нас. Мы прячемся за танки. Взрывы раздаются со всех сторон. Наших истребителей не видно. Война с русскими будет тяжелой…» На следующий день он продолжил: «23.06.41. Бомбардировщики и истребители противника наступают. Становится очень тяжело…»[4]
Война только начиналась.
28 июня фашисты заняли Минск, которого практически не было. Вот как описывает город тех дней автор книги «Обретение надежды» М. Герчик: «Города не было. Всюду насколько хватало глаз, дымились черные развалины. Остро пахло гарью, черная жирная копоть висела в воздухе, затемняя солнце, забивая легкие. Битое стекло хрустело, как ракушечник на пляже. Горел мединститут, черный дым все еще клубился над университетом. Советская улица была завалена обломками стен, горами кирпича… Многотысячный город словно вымер, превратился в пустыню, загроможденную руинами и засыпанную пеплом» (показ снимка).
В эти дни на улицах Минска прошли первые колонны военнопленных красноармейцев, появились первые концлагеря: в районе Старожевского кладбища, Пушкинских казарм (ул. Я. Коласа), урочище Дрозды. Был открыт и один из самых крупных концлагерей на оккупированной территории Беларуси – концлагерь «Масюковщина» (Шталаг 352).
В ХХ веке земли Европы дважды полыхали в мировых войнах. Есть ли страны, где бы не лежали останки солдат и офицеров, сраженных осколком, пулей, газом, где бы не было могилы безымянной или именем погибшего. Любая война не обходится без такого явления как плен. В годы Великой Отечественной войны пленение солдат и офицеров приобрело невиданный размах. Только на территории Беларуси было открыто 260 концлагерей и лагерей смерти.
Один из самых крупных концлагерь «Масюковщина» (Шталаг 352), панорама которого открывается справа по ходу движения автобуса.
В августе 1941 г. около д. Масюковщина (тогда это было за чертой города) был организован стационарный лагерь для советских военнопленных. Он стал одним из самых больших мест принудительного содержания людей на оккупированной территории Беларуси. Сюда доставлялись пленные с различных участков советско-германского фронта. После выхода Италии из гитлеровской коалиции, когда стали они противниками, в лагере стали содержаться интернированные итальянские военнослужащие.
История «Шталага-352» – одна из самых драматичных страниц Второй мировой войны, в которую вписаны имена тысяч жертв варварского обращения с военнопленными.
Шталаг-352 размещался на территории бывшего военного городка кавалерийской части. Он располагался между железной дорогой Минск –Молодечно и грунтовой дорогой в дер. Масюковщина. По названию этой деревни назывался и лагерь. На территории лагеря имелась 21 деревянная казарма, в которых до войны размещалось 9,5 тыс. человек. Периметр лагеря был обнесен несколькими рядами колючей проволоки, укрепленных на бетонных столбах высотой до 3 метров. Вдоль заграждения были сооружены сторожевые вышки, установлены прожекторы, организовано патрулирование. Внешняя охрана лагеря включала 15 постов, внутренняя – 29. Одновременно в охране было задействовано 135 человек.
Военнопленные в лагерь доставлялись, главным образом, по железной дороге. Поступившие в лагерь пленные проходили регистрацию. Заключенные размещались в бараках, бывших конюшнях по 400 – 500 человек. Везде была большая скученность, спать приходилось на одном боку, повернуться можно было только всем вместе.
Зимой 1941 – 1942 около 80 процентов пленных оставалось и вовсе под открытым небом. Зима 1941 – 1942 года была самой тяжелой для пленных. В это время большинство из них погибло.
Сохранившиеся архивные документы позволяют проследить динамику движения пленных из лагеря. В 1941 – 1942 г. в нем находилось до 140 тысяч, к лету 1942 осталось 8 – 10 тысяч, к лету 1943-го – 5-6 тысяч, к январю 1944 г. – около 5 тысяч. Около 50 тысяч пленных было вывезено в Германию, погибло свыше 80 тысяч, они были закопаны в 197 ямах-могилах.
Осенью 1943 г. в этом концлагере и других лагерях Беларуси и Украины появились пленные итальянцы. Это были военнослужащие, которые после выхода Италии из гитлеровской коалиции, отказались продолжать борьбу на стороне Германии. Как следует из немецких источников, из 1,5 миллиона итальянских солдат и офицеров 749 тысяч были интернированы и взяты в плен. В Масюковщину поступило более 5 тысяч итальянцев.
В момент освобождения лагеря советскими войсками в лазарете были обнаружены 9425 больничных карточек военнопленных и 98 итальянцев в крайне тяжелом состоянии.
Эвакуацию лагеря немцы начали 3 июня 1944 г. (за месяц до освобождения Минска). 26 июня начали вывозить последних узников, двигались и пешие колонны пленных. Маршрут их проходил от Масюковщины на Молодечно – Парафьяново – Вильно в город Алитус в дулаг-230, а затем в Польшу.
Сразу же после освобождения республики от немецко-фашистских захватчиков началось благоустройство захоронений бывшего шталага-352. В 1964 году к 20-летию освобождения Беларуси, на этом месте был сооружен мемориал.
До недавнего времени в глубине мемориала в ротонде (небольшом строении) хранилась «Книга Памяти» с именами советских солдат, погибших в немецком концлагере, но похищенная неизвестными злодеями.
Участники международного семинара «Война и плен», проходившего в Минске 7—9 мая 2004 года приняли решение эти списки опубликовать, что было и сделано. В 2005 году вышла книга «Война и плен» (Мартиролог), где наряду с докладами, выступлениями и сообщениями опубликованы и списки погибших в концлагере Шталаг-352.
У подножья мемориала горит Вечный Огонь – символ неугасимой памяти народной. 9 мая 2004 года в Минске побывала группа парафиян церкви Святых Римских Первомучеников во главе с ее настоятелем профессором доном Кармелью Джарратана. Они возложили венок к Вечному Огню – как дань памяти всем здесь замученным советским и итальянским солдатам. Была отслужена месса.
Война и пленение людей – явление историческое и сегодня в плену оказываются тысячи солдат. И сегодня отвратительно жестокое отношение к ним, сопряженное с унижением пленных и цинизмом пленителей, мало чем отличается от того, что переживали пленные Первой и Второй мировых войн.
Впереди панорама жел. станции Ждановичи, далее Ратомка. Сюда в ночь с 20 на 21 июня начали прибывать подразделения 108-й и 64-й стрелковых дивизий.
С началом военных действий 108-я стрелковая дивизия получила приказ командира 44 стрелкового корпуса занять оборону на участие Красное – Дзержинск – Столбцы, протяженность участка обороны составляла 40 км. Сил было явно недостаточно, тем более что по прибытии сюда в район Ратомки командование дивизии по распоряжению штаба корпуса, которому она была подчинена, выделила часть сил в оперативную группу штаба Западного фронта для ликвидации авиадесанта противника. Боеприпасы и другое военное имущество были выгружены на станции Ратомка. Ожесточенные бои 108 СД пришлось вести на пути фашистов к Минску у дороги Рубежевичи—Дзержинск, особенно тяжелым был день 27 июня. Фашисты, пытаясь сломить оборону дивизии, прибегли к помощи авиации. Методично, один за другим, самолеты сбрасывали смертоносный груз на позиции 108-й, на Доты Минского укрепрайона в р-не Рубежевичей и Дзержинска. Потери были велики, но и фашисты несли потери не меньшие, но они не оставляли попытку прорваться к Дзержинску.
Это там, под Дзержинском, нашей разведке удалось в Макавчицком лесу задержать немецкого лазутчика в форме майора Красной Армии. На допросе он сказал, что заброшен с заданием указать авиации доты укрепрайона. И тогда командир пулеметного дота, куда привели задержанного, решил использовать полученные данные. Узнав, что две красные и одна зеленая ракета указывают идущую в тыл колонну наших войск, выпустил серию ракет в сторону немецких войск. Тут же появившиеся немецкие самолеты устремились к дороге, по которой двигалась немецкая колонна: автомашины, танки, мотоциклисты, пехота и стали бомбить и расстреливать колонну из пулеметов. Израсходовав весь запас, гитлеровские самолеты улетели.
На дороге остались груды искареженного металла, сотни трупов, десятки обгоревших машин.
Перед нами панорама станции Ратомка, сюда из Нарвских казарм, что в Смоленске и Дорогобуже, прибыли в район намечающихся учений 64-я и 108-я стрелковые дивизии. Утром 22 июня командир 30-го стрелкового полка полковник Ефремов выехал на рекогноцировку местности, чтобы наметить, где будет стрельбище, учебные поля – учения намечались на 23 июня. Но война уже началась и во второй половине этого дня воинами 30-го полка над Ратомкой был сбит немецкий самолет, а на рассвете 23 июня воины одного из созданных истребительских отрядов вели бой с немецкими парашютистами в районе поселка Радошковичи. 24 июня 64-я дивизия получила приказ занять оборону по линии Радошковичи – Заславль – Раков.
Задолго до рассвета 25 июня в штаб дивизии был срочно вызван командир разведбатальона майор Чумаков. Был получен приказ совместно с разведчиками 108-й дивизии провести разведывательный поиск в направлении Радошковичи – Красное – Молодечно. В ходе разведки в районе местечка Красное был обнаружен штаб 39-го танкового корпуса. Часть штаба была разгромлена, захвачены документы. Особую важность представляла карта-схема, где были обозначены направления ударов войск группы армий «Центр», с указанием сроков захвата наших городов и крупных населенных пунктов вплоть до Смоленска. Стало известно, что немцы рвутся к Минску двумя крупными танковыми группами: со стороны Бреста танковой группой Гудериана, из Вильнюса танковой группой Гота. Документы срочно были переданы в штаб корпуса, затем Западного фронта, а оттуда в Генеральный штаб Красной Армии.
К вечеру 25 июня гитлеровцы обрушили удары на позиции дивизии. 25 танковый полк танковой дивизии гитлеровцев атаковал позиции 30-го стрелкового полка, а мотополк седьмой танковой дивизии всей мощью огня обрушился на позиции 159-го полка 64-й стрелковой дивизии (командир полка подполковник Белов А.И.). 24 июня полк получил приказ занять оборону на подступах к древнему городу Заславлю в полосе Заславль – Раков, протяженностью 18 км.